Деревенька Марьино стояла на берегу небольшого озера в окружении лесов. Сюда любили ездить рыбаки, и по выходным дням возле озера были видны палатки, машины – верный признак того, что рыба тут ловится.
Сама деревня состояла из двух десятков домов, половина из которых пустовала в зиму, но зато с весны до поздней осени тут жили дачники: москвичи, питерцы.
Новый жилец, купивший ещё зимой дом на самом краю деревни, ближе к озеру, взбудоражил местных жителей, в основном пенсионеров. Рассказывали, что хозяин крепкого домика с баней и богатым садом – ещё не старый мужчина, лет пятидесяти, стройный и моложавый. О его семье никто ничего не знал, и о намерениях тоже.
Соседка его Лидия Павловна, подошедшая первой познакомиться, не много информации принесла соседям. Только что жить он собирается в деревне почти постоянно.
- Вот странно, - рассуждали бабушки, - сам из Москвы, интеллигентного вида, и что он забыл тут, в нашей глухомани? Хоть кто по профессии-то?
Лидия Павловна виновато пожимала плечами, и обещала вызнать больше, как только хозяин появится позже. Она даже имени его не смогла спросить. Такой оказался он занятый и неразговорчивый.
Однако, как только оттаяла земля от апрельских лучей, так на участке появились люди. Это были два мастера, нанятые хозяином в ближнем провинциальном городке. Они начали ремонт дома, и почти месяц наводили порядок во всех помещениях, а также сделали отопление, установив электрический котёл, и провели из колодца воду в дом, и в баню.
Про хозяина мужчины тоже знали мало, сказали только, что зовут его Николай Степанович, и он бывший танцор, отдавший всю жизнь балету и сцене.
- Вот это птица к нам залетела…- поразились соседи, - кого, кого, а танцора из балета в нашей деревне мы и в глаза не видели, и что же он тут делать будет?
- А что делать? – ответили мастера, - отдыхать. Они же рано на пенсию выходят по здоровью. Потом где-нибудь преподают, в какой-нибудь балетной школе, а потом уже и уезжают кто куда на спокойную жизнь…
Так соседки стали ожидать нового переселенца, и надеялись познакомиться с ним поближе. Но когда мастера сделали свою работу и уехали, хозяин привёз в деревню семейную пару: мужчина и женщина лет сорока пяти стали наводить порядок на участке, вырубая старые деревья и разросшиеся кустарники. Затем перекопали почти всю землю, посадили газон, оставив только самые хорошие плодоносящие кусты ягод, а также яблони, сливы, вишни.
Супруги тоже ничего не знали о хозяине дома, а только понимали свою задачу – превратить участок в райское местечко. Так велел им Николай Степанович, дав и конкретные указания насчёт розария, гряды зелени, и установке хорошей теплицы.
Жители с интересом наблюдали, как преображается сад нового хозяина, который приезжал каждую неделю, но ненадолго, лишь глянет, как идут дела, и снова уезжает на своей машине.
- Красивый…- шептались женщины, - и молодой. Наверное, и жена его молодая красавица. У них, у балетных, все стройные, если не сказать худющие, и живут по сто лет.
Однако соседки не угадали. Как вскоре донесла Лидия Павловна, пара садовников сказала ей, что хозяин живёт один.
Но вскоре Николай привёз в дом женщину, лет шестидесяти, она была самой заурядной внешности, скромно одетая, с седеющими коротко стрижеными волосами.
Именно с ней и стала общаться Лидия Павловна и узнала, что Марина – так звали приезжую, старшая сестра Николая, и давно они мечтали о доме в деревне, не столько он, как она рвалась пожить на природе.
- Вот и сбылась моя мечта благодаря Николеньке, - улыбалась Марина, - буду за ним ухаживать, одни мы с ним остались. Родителей уже нет, я вдова, и он один.
- И семьи не удалось ему завести? – напрямую спросила Лидия Павловна.
- Почему? Была по молодости семья, и дочка имеется. Но при его работе, а жена тоже была из театра, редко у кого сохраняется нормальная семья. Ведь он был постоянно в разъездах, всю заграницу посмотрел на гастролях, а она часто выступала то в одной, то в другой труппе. Так и разошлись тихо и мирно… Стали чужими, - рассказала Марина.
Больше на тему личной жизни они не разговаривали. Для деревенских жителей и этого было достаточно, чтобы жалеть «не сложившуюся жизнь» артиста, и гадать чем он будет заниматься в деревне.
Когда садовники уехали, сделав свой объём работ, управляться с хозяйством стала Марина, а первой помощницей ей была Лидия Павловна. Если нужно было купить натуральных продуктов в деревне – Лидия тут как тут: и посоветует что и у кого брать, и в каком роднике вода холоднее и слаще, и как баню топить, и как ухаживать за томатами.
- О, вот теплицей заниматься желает сам Николенька, - рассмеялась Марина, - вот и пусть выращивает. Это вам не горшок на подоконнике с домашними помидорками, а настоящая теплица!
Приехал на жительство и сам Николай, закончив свои дела в столице. С ним была его любимая собака Багира, чёрная, гладкая и спокойная. Она не рвалась на улицу, а держалась всегда рядом с хозяином, и видно было: оба наслаждались деревенской жизнью, смакуя каждый погожий и непогожий день, сидя вечерами на крылечке, провожая солнце на сон.
Сестра готовила Николаю, звала к столу, и он выходил из теплицы со счастливым выражением лица и неся в руках только что сорванные огурчики.
- Нет, ты понюхай, Марочка, они пахнут! – восторгался Николай, и протягивал сестре зеленцы.
- Неужели? Да это в саду нашем летают феромоны счастья, мой родной. Вот и хорошо, что ты радуешься, и я с тобой.
Новые жильцы никого в гости не звали, жили тихо, почти не слышали их соседи, даже старая собака их никогда не лаяла, а лишь ходила за хозяином след в след, а утомившись, ложилась в саду под яблоней и следила за Николаем, пока сон не одолевал её.
Вскоре приехали к Николаю и друзья. Это были весёлые шумные люди, которые открыто восхищались маленькой усадьбой, все вместе ходили на озеро, где устроили пикник и купание. А потом пели песни у костра до темна.
Спали друзья кто где: и в доме, и в летней кухоньке, и даже в бане. А через день компания уехала, и снова потекла спокойная жизнь.
- Не очень-то нас привечает новый жилец, - поговаривали соседи, - мы не его круга народ. Ну, и пусть, главное, что человек приличный, добропорядочный и тихий. Вон даже гостей увёл на озеро, чтобы тут не шумели.
Лишь Лидия Павловна была немного приближена к Марине и Николеньке, но и то приходила не часто, не вдруг, а только когда звали по делу или что спросить. Лидия Павловна посоветовала им купить дров у соседа Сашки, и его же нанять окашивать газон и просить на мелкие работы по саду.
Сама же Лидия помогала Марине тогда, когда надо было готовить на большую компанию, а это случалось не часто. Ближе к осени приехала к отцу дочь Алла с мужем и маленьким сыном. Погостили родные с неделю и уехали в столицу. И хозяин с ними. Надо было уладить в городе кое-какие дела.
Местные меж собой называли нового жильца Барином. Не за то, что не сажает картошку и капусту, а за благородное выражение лица, горделивую осанку, манеры и вежливое обращение.
Если доводилось встречаться с ним на улочке, то Николай непременно кланялся женщинам, и приветствовал: «Доброго здоровья!», чем особенно нравился соседкам.
А потом они стали называть его по имени-отчеству, когда узнали, что он перевёл приличную сумму денег местной школе к началу учебного года, что находилась в соседнем селе. Не успели соседки обсудить эту новость, как узнали новую: оказывается, Николай Степанович начал поддерживать взносами собачий приют, расположенный близ их районного городка. А ещё дал батюшке их храма пожертвования на ремонт…
- Послал нам Бог доброго соседа, - говорили пенсионерки, - вот тебе и танцор. Не всякого чиновника допросишься о помощи, а он – сам, по душевному позыву.
Зимой Николай подарил школьной библиотеке несколько коробок книг из своего личного собрания. Особенно учителя хвалили книги по культуре и художественную литературу – классику.
На средства «барина» был проведён косметический ремонт самой библиотеки в школе, а позже куплены новые мягкие стулья в количестве трёх десятков. Теперь в библиотеке было гораздо удобнее и приятнее проводить творческие встречи, собрания и праздники.
Узнав о таких добрых делах их нового жильца, бабушки в деревне сговорились сбавить цену на молоко, творог, сметану, картошку и яйца. Однако Марина, покупавшая у них продукты, категорически отказалась. Нельзя, брат заругает. Нельзя низко оплачивать крестьянский труд…
С наступлением весны соседки несли Марине и Николаю рассаду, цветы, пироги, и даже кое-что из своей старинной утвари, зная любовь танцора к старому укладу. Они дарили ему угольные утюги, крынки, чугунки, ухваты. Этому он радовался и, как и всегда, чуть кланялся, благодаря женщин, и словно ребёнок с горящими глазами рассматривал «музейные вещи», ставил их на видное место в кухне – на полки около русской печи.
Таким образом, соседки нашли «слабое место» своего столичного соседа и стали дарить ему даже прялки, деревянные бочонки, конскую упряжь, самовары. Скоро дом, кладовая, сени Николая превратились в музей. И приезжавшие к нему гости уже рассматривали экспонаты и поражались всё больше выбору места жительства своего друга.
Мал-по-малу деревенские женщины приучили брата и сестру отмечать праздники вместе, с застольем, песнями, и разговорами. Особенно любила такие посиделки Марина, которая раньше была учительницей русского языка. Она слушала говор соседок и улыбалась, когда те сыпали смешными поговорками и прибаутками. Николай уходил раньше, он долго не засиживался с женщинами, и в таких случаях сестра его говорила:
- Николенька пошёл к своим книгам. Очень любит читать. Без них не засыпает. И Багира, наверное, заждалась. Она его тень, его молчаливая слушательница, и душа…
Так и прижились новые столичные жители в деревне. Они, конечно, ездили периодически в город, то вместе, то по одному. У обоих там были квартиры, которые они сдавали. А ещё нужно было и показаться врачам, и оплатить коммунальные платежи, и навестить друзей, и театр.
Но, приезжая из шумного города в тихую деревеньку, Николай садился на крылечко, своё любимое место, вдыхал полной грудью и чуть прикрывал от удовольствия глаза:
- Как же хорошо, правда, Багира? Поживём ещё?
Собака льнула к нему, и дышала прямо в ладонь, которой он гладил её морду.
Лишь через два года жизни в деревне, Марина решилась рассказать Лидии Павловне, что у брата была три года назад обнаружена онкология, и он приехал в деревню в надежде пожить сколько доведётся... Но почему-то Господь решил не забирать его к себе. Последние обследования в больнице показали, что опухоль рассосалась. Диагноз сняли.
Только тогда поняли соседки некую отрешённость Николая Степановича и печаль в глазах. Но теперь уже нет и в помине того настроения, осталась неизменная выправка и грациозность артиста, его улыбка, а ещё уважение к простым людям, живущим в селе.
Спасибо за ЛАЙК, ОТКЛИКИ и ПОДПИСКУ! Благодарю за посильный донат!
Поделитесь, пожалуйста, ссылкой на рассказ!