Почти все знают о том, что Александр Селкирк, прототип Робинзона Крузо, провел на теплом необитаемом острове несколько лет. Про его реальные и выдуманные приключения написана не одна книга. Про сибирского Робинзона Якова Мынькова, которому довелось провести на Командорских островах 4 года в одиночестве, романов не сочинили. А жаль.
В отличие от Селкирка, которого оставили на необитаемом острове в наказание за, скажем так, плохое поведение, и в отличие от Робинзона, угодившего в кораблекрушение, Якова Мынькова соратники оставили на острове Беринга одного по делу. «Посторожи, друг Яков, добытые шкуры, а мы сейчас туда-обратно-и назад. За тобой и шкурами вернемся и поплывем домой, продадим там песца, разбогатеем».
В общем, так получилось, что на остров Беринга в 1809 году высадилась артель зверобоев, промышлять песца. Дело шло неплохо – добыли 600 шкурок, после чего артельщики решили перебраться на остров Медный, а чтобы добытое добро не попортилось, оставили его на острове вместе со сторожем – Яковом Мыньковым. Так как планировалось, что все это ненадолго, то сторожу оставили только топор, зачем ему много снаряжения и оружия, кто в дальнем краю на необитаемом острове на добычу артельщиков позарится! «Ненадолго» превратилось в итоге в 4 года.
Где-то далеко, на другом краю Земли, Наполеон успел сходить в поход до Москвы и обратно. В Европе гремели баталии Наполеоновских войн, а на острове Беринга один единственный русский Робинзон сначала добыл себе огонь с помощью бритвы, найденного кремня и древесной губки от тальника. Мыньков собирал птичьи яйца, ловил рыбу, на острове росли грибы и морошка. Постоянно занимаясь делами и питаясь морошкой и тюленьим жиром, Мыньков не заболел цингой, от которой погибали в те времена не только одиночные сторожа, а целые промысловые артели и исследовательские экспедиции. А Мынькову повезло: он дождался, когда к острову прибыло спасение – корабль Российской-Американской компании.
Песцовые шкуры сохранить за столько лет в товарном виде не удалось. Но зато они помогли Мынькову укрываться в холодную погоду в вырытой землянке, зарывшись в шкурки песцов. В 1813 году к острову причалил бриг РАК «Новая Финляндия». И штурман брига Иван Васильев обнаружил на земле, которая считалась необитаемой, человека. А Миньков «долго не мог промолвить ни слова и только проливал слезы, стоя на коленях…»
Остальные артельщики тоже обнаружились на острове Медном. Почему не вернулись за Мыньковым?! Побоялись плыть на тех утлых лодках, которые имелись в распоряжении. Сидели на острове и ждали, когда приплывут товарищи с Большой земли. Хорошо, что корабль РАК все-таки добрался до того дальнего края.
Что случилось дальше с русским Робинзоном, к сожалению неизвестно. Герои русского фронтира не остались на страницах мировой литературы. Они просто осваивали далекий и холодный край, близ Ледяного океана, несмотря на все трудности. Хорошо, если им нашлось место в скупых отчетах чиновников и офицеров РАК.