Марья Никитична ждала лето, как ждут долгожданный отпуск — с тайной надеждой и затаённой радостью. Всю зиму и весну ей снилось одно и то же: распахнутые настежь окна, лёгкий ветерок, играющий занавесками, и тот самый, ни с чем не сравнимый запах ночной улицы. В детстве она всегда спала с открытыми окнами. Тогда казалось, что так и засыпать легче, и сны снятся волшебнее.
«Эх, вот бы и сейчас...» — мечтала бабушка, кутаясь в плед перед телевизором в промозглый мартовский вечер.
Она твёрдо решила: этим летом обязательно наверстает упущенное. Никаких форточек на щёлочку! Только окна — настежь, чтобы вдохнуть полной грудью аромат цветущей липы и послушать, как засыпает город.
Марья Никитична даже заранее помыла окна, натерла их до блеска и запаслась терпением. И вот оно — лето! Тёплое, щедрое, настоящее.
Вечером, заварив себе чаю с мелиссой, она с удовольствием распахнула оба окна настежь. В комнату ворвался свежий воздух, а вместе с ним — и целая симфония летних звуков. Марья Никитична улыбнулась, укуталась в любимый халат и подумала:
«Ну вот, теперь-то я высплюсь...»
Но кто бы мог подумать, что летние ночи хранят столько сюрпризов?
В 11 вечера, когда она только-только устроилась поудобнее, раздался звук. Что-то громко капало. Старушка высунулась в окно: нет, не почудилось.
"Кап-кап..."
Капли воды с грохотом разбивались о металлическую крышу подвала прямо под её окном.
Кряхтя, Марья Никитична встала с кровати, накинула халат, сунула ноги в тапки и вышла во двор. Ещё не совсем стемнело, фонарь светил ярко — можно было спокойно провести расследование. Источник беды быстро нашёлся: это капало из кондиционера соседей с пятого этажа.
Бабушка поохала, вернулась к себе (благо жила на втором), порылась в шкафу, нашла старое одеяло, снова вышла и заботливо накрыла им крышу подвала. Звук стал тише. Она с облегчением вздохнула, улеглась поудобнее и уже начала засыпать...
И тут раздался звук скрипки. Будто Паганини решил дать сольный концерт прямо у неё над ухом! Марья Никитична заткнула уши — не помогает. Проснулась. Скрипача нет. Зато комариный писк — хоть уши отрезай.
Включив свет и вооружившись полотенцем, она устроила сафари на стене: "хлоп!" — есть один! На потолке обнаружились ещё двое. Пришлось доставать из закромов флакон дихлофоса «без запаха» (запах, конечно, был, но бабушка его мужественно игнорировала). Пшик — и тишина... почти.
Через час (а может, и два) к подъезду подъехала машина. Из неё гремела музыка такой громкости, что Марья Никитична трижды перекрестилась. То ли крест помог, то ли водитель сжалился, но машина вскоре уехала.
Глянув на часы (стрелка где-то между тремя и четырьмя), старушка повернулась на правый бок и закрыла глаза.
«Машка, Машка, выходи!» — раздалось с улицы.
Немного подумав и не припомнив деда, который мог бы её так звать, она вспомнила одно очень ёмкое слово, но вслух только сказала:
— Гады!
А потом пьяный мужской голос затянул:
— Мы с конём вдвоем по полю пойдём!...
Бабушка, проводив «коней» тяжёлыми мыслями, наконец уснула.
Не проспав и пары часов, она услышала звук триммера. 6 утра. Дворник Петька начал косить траву. Будь он неладен!
В обед позвонила внучка:
— Бабушка! Ты чего к телефону так долго не подходишь?!
— Так спала я, внученька.
— Днём выспишься, а ночью что делать будешь? - спросила она.
— Ночью? Слушать капание кондиционера, пищание комаров, песни под окном, косилку Петьки... Да много ещё чего! — вздохнула бабушка.
Вот и помечтай...
Марья Никитична положила трубку, улыбнулась и снова закрыла глаза. Сон, конечно, был безбожно испорчен, но на душе отчего-то стало тепло. Всё-таки лето — это не только жара, комары и шумные соседи. Это ещё и воспоминания, и бесплатный цирк под окном.
Она повернулась на бок, поправила подушку, которая уже давно жила своей жизнью, и пробормотала себе под нос:
— Ну и пусть не высплюсь. Зато как вспомню — хоть книгу пиши!
И тут в голове всплыло далёкое эхо из молодости. Ведь и Колька ей когда-то так же кричал:
— Машка, Машка, выходи!
Морщинки на её лице сложились в хитрую улыбку.
За окном уже ярко светило солнце, обещая новый, полный сюрпризов летний день. Марья Никитична сладко потянулась и решила: «Ну, держитесь, соседи! Сегодня я вам устрою симфонию с оркестром — буду храпеть на все лады!»
Основано на реальных событиях