Немецкие танки появились на советской территории задолго до начала Великой Отечественной войны. Ирония истории заключалась в том, что первые машины рейхсвера оказались под Казанью вовсе не как враги, а практически как союзники. В конце 1920-х годов здесь действовал секретный учебный центр ТЕКО, формально относившийся к Осоавиахиму. На деле же именно там немецкие специалисты испытывали свои перспективные танки, обучали экипажи и изучали возможности будущей бронетехники.
Советская сторона также получила доступ к этим машинам и технологиям. Предполагалось, что обучение будет совместным, однако на практике процесс шел тяжело. Немецкие танки того времени были еще крайне сырыми, часто ломались и требовали постоянной доработки. После прихода нацистов к власти сотрудничество свернули, а учебный центр закрыли. Но спустя несколько лет немецкие танки вновь появились под Казанью — уже как трофеи войны.
Первый современный немецкий танк оказался в СССР еще в 1937 году. Тогда советским специалистам достался легкий Pz.Kpfw.I. Затем в 1939 году Красная Армия получила два Pz.Kpfw.II. Но настоящий интерес вызвал другой танк — Pz.Kpfw.III, который стал основной ударной машиной немецких танковых дивизий в начале войны.
Любопытно, что первый Pz.Kpfw.III попал в Советский Союз не как трофей. Его официально приобрели у Германии в 1940 году. Советские инженеры внимательно изучали машину, поскольку она считалась одной из самых современных в Европе. Именно этот танк оказал заметное влияние на развитие советских боевых машин нового поколения.
Особенно внимательно специалисты анализировали компоновку. Немецкая «трешка» имела трехместную башню, что позволяло командиру сосредоточиться на управлении боем, а не совмещать сразу несколько обязанностей. Для советского танкостроения это оказалось важным уроком. Некоторые решения Pz.Kpfw.III позднее пытались внедрять в Т-50 и перспективный Т-34М.
Однако испытания купленного танка проводились крайне осторожно. Машина существовала в единственном экземпляре, поэтому её берегли и не подвергали полноценным нагрузкам. Танк перевозили между заводами, изучали конструкцию, отдельные узлы и броню, но масштабных ходовых тестов почти не проводили.
Позже вокруг испытаний немецкой брони появилось множество мифов. Часто рассказывали, будто советские бронебойные снаряды раскалывались о немецкую сталь. На деле ситуация была иной. Во время обстрела треснул не сам броневой лист, а эвакуационный люк. К тому же многие забывают, что цементированную броню имели только отдельные участки корпуса и башни, тогда как остальные детали выполнялись из обычной гомогенной стали.
При этом советские специалисты изучали не самую совершенную версию Pz.Kpfw.III. Уже во второй половине 1940 года немецкий танк серьезно модернизировали. Он получил новую 50-мм пушку, дополнительные броневые экраны и усиленную защиту корпуса. Именно эти изменения сделали машину гораздо опаснее для советских танков первых месяцев войны.
К лету 1941 года основой немецких танковых дивизий стали версии Pz.Kpfw.III Ausf.F, G и H. Особенно интересным оказался Ausf.H — именно этот вариант Красная Армия начала массово захватывать в качестве трофеев.
Одним из таких танков стала машина с собственным именем Isabella. Она попала на НИБТ Полигон после боев 1941 года. Вскоре полигон эвакуировали под Казань — практически туда же, где за десять лет до этого проходили испытания довоенных немецких танков. Там трофейную «трешку» восстановили и начали полноценные тесты.
Именно тогда выяснилось, что вокруг Pz.Kpfw.III существует огромное количество заблуждений.
Например, немецкие документы указывали максимальную скорость почти 70 километров в час. Но в реальности уже после 40 километров начинался перегрев бандажей опорных катков. Из-за этого экипажам запрещалось долго двигаться на высокой скорости. Более того, модернизированная версия Ausf.H с новой коробкой передач вообще не могла развивать подобные показатели.
Еще серьезнее оказалась проблема проходимости. После усиления брони масса танка превысила 20 тонн, а давление на грунт стало слишком высоким. Именно поэтому немецкие машины так часто застревали осенью и зимой 1941 года.
Советские испытатели решили проверить немецкий танк в максимально тяжелых условиях. В сравнительных тестах вместе с Pz.Kpfw.III участвовали Т-34, британские Valentine II и Matilda III.
Результаты оказались крайне неприятными для немецкой машины.
Во время испытаний по преодолению рвов Т-34 справлялся с задачей практически сразу. Немецкому танку не помогали даже специальные фашины, которые подкладывали для проезда. Машина постоянно скатывалась назад из-за слабого сцепления гусениц с грунтом.
Еще хуже Pz.Kpfw.III показал себя в снегу. Там, где Т-34 проходил препятствие за считаные секунды, немецкий танк тратил более четверти часа. При попытках выбраться из глубоких рвов «трешка» беспомощно вращала гусеницами, не имея достаточного сцепления.
Летом 1942 года испытания продолжились. На этот раз в тестах участвовали также американские Medium Tank M3 и Light Tank M3. Немецкий танк действительно оказался достаточно быстрым на хороших дорогах. Средняя скорость по шоссе доходила до 35 километров в час. Но за это приходилось платить огромным расходом топлива.
На бездорожье ситуация вновь резко ухудшалась. При преодолении брода глубиной чуть больше метра танк быстро залило водой, после чего двигатель заглох. На болоте Pz.Kpfw.III тоже показал слабые результаты и быстро увяз.
Фактически испытания подтвердили главное: немецкая «трешка» была хороша только на твердой поверхности. В условиях советского бездорожья её возможности резко падали.
Не менее интересными оказались испытания бронезащиты.
Дополнительные 30-мм экраны действительно усиливали защиту от легких противотанковых пушек. Однако после нескольких попаданий крепления не выдерживали, и броневые листы попросту отваливались.
Борта корпуса и башни спокойно пробивались советскими 45-мм снарядами даже на значительных дистанциях. Исследования НИИ-48 также показали, что немецкая броня не представляла для советской артиллерии какой-то непреодолимой проблемы.
К 1942 году стало очевидно: Pz.Kpfw.III, считавшийся основой немецких танковых войск в начале войны, стремительно устаревает. Его модернизационный потенциал оказался почти исчерпан. Усиление брони приводило к падению проходимости, а конструкция шасси уже не позволяла серьезно наращивать боевые возможности.
На этом фоне Т-34 выглядел куда перспективнее. Советский танк превосходил немецкую «трешку» по проходимости, защищенности и возможностям дальнейшего развития.
Парадоксально, но немецкое командование слишком поздно осознало, что главным танком вермахта должен стать вовсе не Pz.Kpfw.III, а Pz.Kpfw.IV. Пока в Берлине пытались выжать максимум из уже устаревающей машины, Красная Армия постепенно получала все большее преимущество в бронетехнике.
Если понравилась статья, поддержите канал лайком и подпиской, а также делитесь своим мнением в комментариях.