В нашей стране до сих пор нет закона о домашнем насилии. Русская православная церковь является одним из главных институтов, который выступает против этого закона. В церкви действует специальная комиссия, которая активно выступает против принятия закона - Патриаршая комиссия по вопросам семьи, защиты материнства и детства.
В церкви утверждают, что закон нарушает конституционные права граждан, такие как право на неприкосновенность личной и семейной жизни, право на защиту информации о частной жизни, право на частную собственность, право на жилище и право на презумпцию невиновности.
Не совсем ясно, каким образом эти права находятся выше права на жизнь члена семьи, который подвергается насилию. Главный мотив, из-за которого религиозные организации, в том числе РПЦ, выступают против законопроекта - это сохранение семьи. Считается, что если один из членов семьи страдает, то государство не должно вмешиваться в их личные дела, потому что семью нужно сохранить.
Ранее я публиковал выдержки из работы «Жизнь "Ивана"» этнографа Ольги Семеновой-Тянь-Шанской, которая описывала, как в крестьянских семьях Рязанской губернии на рубеже 19-20 вв. относились к детям. Она также отмечает закрепившийся образ поведения между мужем и женой, который часто сопровождался рукоприкладством. Этот аспект семейной крестьянской жизни она описывает в разделе "Как часто бил Степан Акулину, как и за что":
В трезвом виде бил редко, в пьяном часто и чем попало. Вообще замечено, что более всего бьют жен пьяницы: бьют либо за то, что жена скажет что-нибудь «поперек» (упрекнет, напр., в пьянстве: «опять нализался» или «нажрался кобель»); бьют из ревности. Бьют и палкой, и рогачом (ухват), и сапогами, и ведром, и чем попало — кулаками, пинком. Таскают за косы (через порог), так что голова только «ту-ту-ту».
Муж молодой, убедившись, что «молодая» не целомудренна, в первую же брачную ночь жестоко ее иногда избивает, что служит прелюдией к дальнейшему битью (иногда в течение нескольких месяцев).
Пьяный муж бьет иногда жену, если она откажется исполнить какое-нибудь его приказание (снять с него сапоги, уложить его спать). Достанется также ей, если она откажется лечь с ним спать и т. п. Словом, за всякое неисполнение мужниной воли.
Один из ранних примеров домашнего насилия со стороны мужа приводит английская писательница 17 века Анна Вентворт. В своих автобиографических трудах он выступает не только против мужа, но и против церкви, которая защищала насильника-мужа. На кону была не только ее собственная жизнь и жизнь дочери, но и репутация баптистской церкви, членами которой они все были.
Анна вышла замуж за Уильяма, торговца перчатками, примерно в 1652 году. Они жили в Лондоне, где состояли в баптистской общине. Почти 20 лет Уильям издевался над Анной.
К 40 годам она была физически и эмоционально истощена. Вскоре Анна сильно захворала, но смогла оправиться, что подтолкнуло ее поверить, будто Бог спас ее, но не просто так, а чтобы она засвидетельствовала всем о делах мужа.
Всего за четыре года она опубликовала четыре рассказа, два из них посвятила пережитому опыту отношений с мужем и церковью: "Подлинная история о жестоком, несправедливом и бесчеловечном обращении с Анной Вентворт со стороны тех, кого называют анабаптистами" 1676 года и "Оправдание Анны Вентворт" 1677 года.
Ее история была встречена враждебно, как она и предполагала. По словам баптистов, она была "гордой, страстной, мстительной, недовольной и безумной женщиной", которая "необоснованно публиковала вещи, порочащие мужа". Она рассказала о десятилетиях жестокого обращения, но именно Анну, а не Уильяма, вызвали к церковным лидерам с обвинением об отречении от церкви.
Вскоре после этого муж Анны выгнал ее из дома. Через месяц Анна с дочерью были вынуждены скрываться. Но уже через год ей удалось вернуться домой, и она сразу же сменила замки, чтобы муж не смог больше войти.
Не сказать, что сегодня происходит то же самое. Но интересно, как религиозные организации продолжают использовать похожую риторику ради сохранения того, что они считают непреложной ценностью.