Сообщение пришло в половине десятого вечера. Групповой чат «3-Б класс, родители». Сто сорок три участника, из которых активно писали двадцать, а читали все.
«Уважаемые родители! Предлагаю скинуться на подарок Елене Викторовне ко Дню учителя. По 2000 с семьи. Переводить на карту Светланы Юрьевны (родком). Срок — до пятницы».
Отправила Светлана Юрьевна Горбач. Председатель родительского комитета. Мать Кирилла из третьего ряда. Женщина, которая решала за всех уже второй год — ровно с того собрания, где никто не захотел быть председателем, и Светлана сказала: «Ладно, я возьму на себя».
С тех пор она брала на себя всё. И деньги — тоже.
***
Элина прочитала сообщение, лёжа на диване. Рядом сопел Тимофей, уткнувшись в подушку. Восемь лет, третий класс, засыпал с трудом.
Две тысячи. В прошлом месяце — полторы на цветы к первому сентября. В ноябре — тысяча на новогодние украшения для класса. В марте — две пятьсот на подарки к Восьмому марта: учительнице, завучу, уборщице. Элина складывала в голове: за два года набежало четырнадцать тысяч. Только на «скинуться».
Она работала кассиром в «Ленте». Зарплата — тридцать девять тысяч. Муж Павел — электрик, сорок пять. Ипотека, коммуналка, продукты, кружок по карате для Тимофея. Каждая тысяча на счету.
Элина набрала ответ. Стёрла. Набрала снова.
«Светлана Юрьевна, а можно узнать, что именно покупаем? И сколько стоит?»
Отправила. Телефон лёг на грудь экраном вниз.
***
Ответ пришёл через три минуты.
«Элина, мы каждый год дарим набор: букет, конфеты, подарочный сертификат. Сумму утвердили на собрании».
На каком собрании? Элина была на всех. Сумму не утверждали. Светлана назвала цифру, никто не возразил — это не голосование.
Она написала:
«Я была на собрании. Голосования не было. Сумму назвали вы, остальные промолчали. Это не то же самое, что утвердили».
Тишина. Двадцать секунд. Тридцать. Потом — посыпалось.
Ольга: «Элина, не усложняйте. Все скидываются, и вы скидывайтесь».
Настя: «Девочки, давайте без скандалов, Елена Викторовна замечательный педагог!»
Денис (единственный отец в чате): «А чек будет?»
Светлана: «Денис, вы мне не доверяете?»
Денис: «Я доверяю цифрам. Чек — это нормально».
***
Элина села на кухне. Чайник закипал. Павел смотрел футбол в комнате, было слышно, как комментатор кричит «Гооол!».
Она открыла заметки в телефоне и стала считать. Сентябрь: цветы, тысяча пятьсот. По чеку из цветочного букет стоит семьсот-восемьсот. Тридцать семей в классе, полторы тысячи с каждой — сорок пять тысяч собрали. А букет — на восемьсот. Куда ушли сорок четыре?
Ноябрь: украшения, тысяча. Мишура в «Фикс Прайсе» — сто пятьдесят за упаковку. Десять упаковок — полторы тысячи. Собрали тридцать. Куда двадцать восемь с половиной?
Март: две пятьсот. Три подарка. Даже щедрых — тысяч на десять. Собрали семьдесят пять. Куда делись шестьдесят пять?
Элина посчитала итого: за год собрали примерно двести десять тысяч. Потратили — от силы тридцать. Разница — сто восемьдесят тысяч.
Руки похолодели.
***
Утром она написала в чат:
«Светлана Юрьевна, прошу отчёт по расходам за учебный год. Сколько собрано, сколько потрачено, чеки. Прошу не обижаться — это стандартная практика для любого родительского комитета».
Ответа не было час. Два. В обед Элине позвонила Ольга.
— Элина, ну зачем вы это написали? Светлана обиделась, плачет.
— Я попросила отчёт. С чеками. Что обидного?
— Вы её воровкой выставляете!
— Я никого не выставляю. Я прошу документы. Если всё чисто — отчёт займёт десять минут.
Ольга повесила трубку. В чате появилось сообщение от Насти: «Девочки, Светлана столько делает для класса, давайте поддержим, а не нападаем!»
Денис написал: «Поддержать — это попросить чек. Я тоже за отчёт».
***
На следующий день Светлана прислала в чат фотографию тетрадного листа. Список расходов. Строчки написаны от руки: «Букет — 2000», «Конфеты — 1500», «Сертификат — 3000». Без чеков. Без дат.
Элина ответила:
«Спасибо. Но это список без подтверждений. Нужны чеки или скриншоты покупок. Букет за две тысячи — из какого магазина? Сертификат — откуда, номинал?»
Светлана: «Я два года трачу своё время на этот класс! И вместо спасибо — допрос!»
Элина: «Время — спасибо. Деньги — чеки. Одно другому не мешает».
Чат замолчал. Но в личные сообщения Элине написали трое. Анна: «Давно хотела спросить, не решалась. Спасибо». Марат: «Поддерживаю. У нас в прошлой школе так же было — потом выяснилось, что председатель на собранные деньги шубу купила». Денис: «Я за аудит. Если надо — соберём подписи».
***
В пятницу чеков не появилось. Светлана Юрьевна написала в чат:
«Я слагаю полномочия председателя родительского комитета. Раз мне не доверяют — пусть кто-то другой этим занимается. Удачи».
Ольга: «Вот видите, Элина? Добились своего? Теперь кто будет организовывать?»
Элина ответила:
«Я. Готова взять на себя. Первое, что сделаю — открою прозрачный счёт. Каждый перевод, каждый чек — в общий доступ. Никаких тетрадных листочков. Если согласны — голосуем в чате».
Проголосовали двадцать три «за». Два «против». Ольга написала: «Посмотрим».
Вечером Элина сидела на кухне с ноутбуком. Создала таблицу: дата, статья расхода, сумма, чек. Пустая, чистая, прозрачная.
Павел заглянул через плечо.
— Это что?
— Родительский комитет. Я теперь председатель.
— Ого. И сколько платят?
— Нисколько. Но теперь хотя бы понятно, куда платим мы.
Тимофей крикнул из комнаты: «Мам, проверь задачу по математике!»
Элина закрыла ноутбук. Проверила. Задача была на сложение. Ответ сошёлся.
У Элины ответы всегда сходились.