Жанна приехала в воскресенье вечером. Одна сумка, красные глаза, хриплый голос.
— Наташ, можно у вас пару дней? Игорь выгнал. Некуда идти.
Наталья посмотрела на золовку, на сумку, на мужа Виктора за спиной — тот кивал: пусти.
— Конечно. Проходи. Раскладушку поставлю в кабинете.
Жанна бросила сумку в угол и заплакала. Наталья налила чай, положила печенье. Виктор принёс подушку и одеяло. Жанна пила, плакала и рассказывала, как Игорь — «этот козёл» — сменил замки и выставил её чемоданы на лестницу.
Наталья жалела. Золовке сорок два, своей квартиры нет, съёмную потеряла, накоплений — ноль. Пара дней — невелика помощь.
***
Пара дней растянулась в неделю. Неделя — в две. На двадцать первый день Наталья поняла: Жанна уезжать не собирается.
Признаки расползались по квартире. Полка в холодильнике — «моя, не трогай». Шампунь в ванной — «мне только этот подходит, купи такой же». Зарядка в розетке у коридора — намертво, будто приросла.
Телевизор по вечерам: Жанна включала ток-шоу на полной громкости и комментировала каждую реплику. Наталья читала в спальне за закрытой дверью.
Мусор: Жанна не выносила ни разу. Посуду мыла только свою кружку. Готовила — ни разу: «Наташ, я не умею, ты же знаешь».
Стирала отдельно, в горячем режиме, от которого линяли полотенца.
Утром на кухне — крошки от тостов, лужица кофе у плиты, мокрое полотенце на стуле. Жанна завтракала, пока Наталья была на работе, и кухня после неё выглядела так, будто готовили трое.
И деньги. За три недели Жанна не предложила ни рубля.
***
На двадцать второй день Наталья сидела на кухне в шесть утра. Жанна спала до десяти — будильников не ставила. Виктор ушёл на работу.
Наталья считала. Коммуналка выросла: горячая вода — Жанна принимала ванну каждый вечер, по часу. Электричество — свет в коридоре горел круглосуточно, ноутбук на зарядке постоянно. Продукты: Жанна ела из общего холодильника, но покупала только йогурты для себя. Мясо, крупы, масло, овощи — Натальины.
Три недели: около шести тысяч сверху. Мелочь. Но мелочь, которая не заканчивается.
***
Вечером Наталья поговорила с мужем.
— Витя, Жанна у нас три недели.
— Знаю.
— Она не ищет жильё. Не устраивается на работу. За продукты не платит.
Виктор вздохнул. Потёр затылок.
— Она в трудной ситуации. Игорь выгнал, денег нет...
— За три недели можно хотя бы начать искать.
— Наташ, она моя сестра. Потерпи. Соберётся.
Наталья хотела спросить: «Когда?» Но знала ответ. Виктор будет повторять «потерпи» бесконечно. В детстве мать учила его: «Жанночка младшая, уступи». Жанночке сорок два, а он всё уступает.
Наталья убрала посуду после ужина. В раковине стояла Жаннина тарелка с присохшими макаронами — с обеда. Золовка ставила посуду «замочить» и забывала до вечера. Рядом — чашка из-под йогурта и ложка на столешнице. Мелочь. Но мелочей набралось больше, чем терпения.
***
Жанна вышла из туалета в тот момент, когда Наталья произнесла «за продукты не платит». Услышала или не услышала — дверь кабинета хлопнула. Потом открылась.
— Значит, вот как? — Жанна стояла в проёме, руки в бока. — Я мешаю. Родная сестра мужа — мешает.
— Жанна, я не это сказала.
— Это. Я слышала. Ты мне куски хлеба считаешь?
— Я считаю расходы. За три недели — ни рубля.
— У меня нет денег! Игорь всё забрал!
— Игорь выставил чемоданы на лестницу. Деньги забрать не мог. У тебя их не было.
Жанна покраснела. Виктор встал между ними.
— Хватит, девочки.
— Витя, сядь, — сказала Наталья. — Я не ругаюсь. Я предлагаю.
***
Она положила на стол лист бумаги. Распечатанный, с таблицей.
— Расходы на третьего жильца. Доля коммуналки — три тысячи триста. Продукты — четыре тысячи. Интернет — пятьсот. Итого: семь тысяч восемьсот. Округляем до восьми. Платишь первого числа.
Жанна смотрела на бумагу, как на повестку в суд.
— Ты берёшь деньги с родственников?
— Я беру деньги с человека, который живёт в моей квартире, ест мою еду и пользуется горячей водой по часу в день. Родственник или нет — значения не имеет.
— Виктор!
Виктор смотрел в пол.
— Жанн... Наташа права. Три недели. Хотя бы за продукты.
— Вы сговорились!
— Нет. Арифметика.
Жанна хлопнула дверью кабинета. Наталья убрала лист в ящик и вымыла посуду. Виктор курил на балконе.
***
Жанна собрала сумку утром. Молча. Ключ, который Виктор дал «на всякий случай», положила на тумбочку. На пороге обернулась.
— Передай своей жене: она жадина.
— Передай сама, — сказала Наталья из кухни.
Дверь хлопнула. Через час Виктору пришло сообщение: «Твоя жена — жадина. Не звони мне». Он показал экран Наталье.
— Переживёт, — сказала она.
Наталья сняла бельё с раскладушки. Сложила раскладушку, убрала в кладовку. Протёрла «Жаннину» полку в холодильнике. Вынула зарядку из розетки.
Квартира стала тише. Шире. Будто стены раздвинулись на полметра в каждую сторону.
Вечером Наталья и Виктор ужинали вдвоём. Картошка с грибами, тишина и два прибора на столе. Не три. Наталья открыла окно — майский воздух, запах сирени с балкона. Три недели окно не открывалось: Жанна мёрзла.
Тёплый ветер прошёл по кухне и шевельнул занавеску.