Рассвет выдался бесцветным и безрадостным, будто кто-то размазал по небу старую золу мокрой половой тряпкой. Во внутреннем дворе княжеской башни царила суета: слуги бегали с тюками и баулами, стража проверяла подпруги, оруженосцы ругались между собой так громко, словно собирались не в поход, а на ярмарочную драку. Посреди этого хаоса, тяжело опираясь на украшенную чернёным золотом трость, стоял князь Ярополк. Боевого коня подвели ещё затемно. Огромный вороной жеребец с толстенными ногами косил глазом и беспокойно бил копытом по брусчатке. Конюх дважды пытался заплести ему хвост в тугую косу, но первый раз — был обгажен, во второй — едва увернулся от тяжёлого удара. На третий раз, по всей видимости, он решил не искушать судьбу. «Мускулистый жеребец не был объезжен, подобрали наспех», и Ярополк понимал это с первого взгляда. «Выбрали по масти, чтоб уважить», — следом догадался он. — Ты мне кого привёл, сучий сын? — прохрипел князь конюху. — Это конь или осадная башня? Хочешь, чтоб он мне
Публикация доступна с подпиской
Тайные письма лесного эльфа