— Папа, познакомься, это Виктор.
Мужчина медленно снял очки и посмотрел Сергею прямо в глаза. На его губах заиграла тонкая, едва уловимая усмешка, в которой читалось холодное торжество.
— Ну, здравствуй, Сережа.
В гостиной Соколовых пахло запеченной уткой и дорогим парфюмом.
Сергей, поправляя галстук перед зеркалом, то и дело поглядывал на часы. Его раздражала эта суета, но еще больше раздражала неопределенность.
— Лена, ты можешь мне объяснить, к чему такие почести? — Сергей обернулся к жене, которая расставляла на столе фамильное серебро. — Алина просто приводит парня.
Ей девятнадцать, это нормально. Почему мы принимаем его как арабского шейха?
— Сережа, не ворчи, — Елена сгладила складку на скатерти. — Она сказала, что это очень серьезно. Что он человек состоявшийся, взрослый. Ей важно наше одобрение.
— «Состоявшийся» в девятнадцать лет? — Сергей усмехнулся. — Значит, мажор. Либо папа купил бизнес, либо просто пускает пыль в глаза. Я этих молодых львов за версту чую.
— Она просила быть вежливым, — Елена подошла к мужу и коснулась его плеча. — Пожалуйста, забудь сегодня о своих тендерах и стройках. Просто побудь отцом.
— Ладно, — Сергей вздохнул. — Буду сама любезность. Если он, конечно, не начнет учить меня жизни после первого же бокала.
В прихожей щелкнул замок. Сергей выпрямился, стараясь придать лицу выражение гостеприимной сдержанности. В коридоре послышались шаги и звонкий, взволнованный голос дочери.
— Мам, пап, мы здесь! Мы немного опоздали из-за пробок.
Сергей вышел навстречу. Алина, сияющая и нарядная, держала под руку мужчину.
Когда Сергей перевел взгляд на гостя, мир на мгновение замер. Это не был «молодой лев». Это был человек, чье лицо снилось Сергею в кошмарах последние десять лет.
— Папа, познакомься, это Виктор, — голос Алины дрожал от счастья. — Витя, это мой папа, Сергей Михайлович.
Мужчина медленно снял очки и посмотрел Сергею прямо в глаза. На его губах заиграла тонкая, едва уловимая усмешка, в которой читалось холодное торжество.
— Ну, здравствуй, Сережа, — произнес Виктор низким, уверенным баритоном. — Сколько лет прошло? Наверное, с того самого выпуска мы и не виделись так близко.
Сергей почувствовал, как кр..вь приливает к лицу, а кулаки сжимаются сами собой.
Перед ним стоял Виктор Савицкий. Бывший одноклассник, бывший «друг», а ныне — самый беспринципный конкурент на строительном рынке, который дважды пытался обанкротить фирму Сергея, подкупая чиновников и перехватывая заказы.
— Ты? — только и смог выдохнуть Сергей. — Что ты здесь делаешь?
— Папа, вы знакомы? — Алина удивленно перевела взгляд с одного на другого.
— Знакомы ли мы? — Виктор усмехнулся, не сводя взгляда с хозяина дома. — Мы с твоим отцом, Алиночка, прошли долгий путь. От одной школьной парты до... скажем так, разных берегов одного бизнеса.
— Алина, уйди в комнату, — голос Сергея сорвался на хрип. — Савицкий, пошел вон из моего дома. Сейчас же.
— Сережа, что ты такое говоришь! — Елена выбежала в прихожую. Увидев гостя, она побледнела. — Виктор?
— Елена, — Савицкий галантно кивнул. — Ты прекрасна, как и двадцать лет назад. Жалею, что наша встреча происходит при таких... обстоятельствах.
— Папа, ты с ума сошел? — Алина встала между отцом и Виктором. — Ты почему так разговариваешь с моим мужчиной? Это же дикость!
— Твой «мужчина» старше тебя на двадцать пять лет, Алина! — закричал Сергей. — Он мой ровесник! Это человек, который обманул половину города! Он пришел сюда не к тебе, он пришел ко мне!
— Сергей Михайлович, вы слишком высокого мнения о своей персоне, — спокойно ответил Виктор, поправляя воротник кашемирового пальто. — Я встретил Алину в университете, на лекции по архитектуре.
Я и понятия не имел, что она дочь того самого Соколова. Но когда узнал... признаться, это стало приятным дополнением.
— Врешь! — Сергей шагнул вперед. — Ты все просчитал. Каждое движение! Ты нашел мою дочь, чтобы...
— Папа, замолчи! — Алина закрыла лицо руками. — Ты превращаешь мою жизнь в свой бесконечный тендер!
Виктор любит меня. Он заботится обо мне так, как ты никогда не заботился! Он видит во мне человека, а не просто «дочку, которую надо выдать замуж за правильного парня».
— Алина, он использует тебя! — Сергей попытался взять дочь за плечи, но она оттолкнула его.
— Нет, это ты пытаешься использовать меня, чтобы оправдать свою ненависть к нему! — крикнула она. — Витя, пойдем. Мне здесь душно.
— Алина, стой! — Елена попыталась преградить им путь. — Давайте просто сядем за стол и поговорим. Витя, проходи, пожалуйста...
— Нет, Лена, — Виктор мягко отстранил ее. — Боюсь, хозяин дома не настроен на светскую беседу. Алина, дорогая, я подожду тебя в машине. Решай сама.
Он развернулся и спокойно вышел, даже не хлопнув дверью. Алина, бросив на отца взгляд, полный слез и ярости, схватила свою сумочку.
— Если ты хоть слово еще скажешь против него, я больше никогда не приду в этот дом, — прошептала она. — Ты всегда был эго..истом, папа. Но сегодня ты превзошел сам себя.
Она выбежала следом. Сергей остался стоять в пустой прихожей, глядя на закрытую дверь.
— Ты видела его глаза, Лена? — Сергей повернулся к жене. — Он победил. Он пришел в мой дом и забрал мою дочь, даже не повысив голоса.
— Ты сам ее отдал, Сережа, — тихо ответила Елена, присаживаясь на пуф. — Своими криками и своей злостью. Теперь она будет защищать его просто назло тебе.
— Я не позволю ему сломать ей жизнь, — Сергей ударил кулаком по стене. — Я уничтожу его раньше, чем он успеет сделать ей больно.
***
Через неделю Алина переехала. Она не брала трубку, когда звонил отец, и лишь изредка отвечала на сообщения матери короткими фразами: «У меня все хорошо», «Мы счастливы», «Не ищите со мной встреч, пока папа не извинится».
Сергей не находил себе места. Его рабочий кабинет превратился в штаб по изучению жизни Виктора Савицкого. Он знал теперь, где они ужинают, какие театры посещают и в какой фитнес-клуб ходит его дочь.
Наконец, ему удалось выловить Алину в небольшом кафе возле ее университета. Она сидела у окна с учебником, выглядя необычайно взрослой в строгом сером костюме.
— Здравствуй, Алина, — Сергей присел напротив, не дожидаясь приглашения.
Дочь вздрогнула, захлопнула книгу и посмотрела на него устало.
— Папа, я же просила. Зачем ты это делаешь?
— Я пришел поговорить как взрослый человек со взрослым человеком, — Сергей старался говорить тихо. — Алина, я не враг тебе. Ты понимаешь, что этот человек — старый раз...врат...ник? Ему сорок пять лет. Что у вас может быть общего?
— Старый? — Алина горько усмехнулась. — Он в прекрасной форме. И, в отличие от твоих друзей-ровесников, он не обсуждает на охоте, какую новую секретаршу завести.
С ним я обсуждаю историю искусства, политику, наши будущие проекты.
— Твои проекты? Алина, ты студентка второго курса! — Сергей подался вперед. — Он просто льстит тебе. Это классическая схема манипуляции.
Он создает иллюзию твоей значимости, чтобы ты полностью от него зависела.
— А от тебя я не зависела? — Алина вскинула подбородок. — «Алина, надень это платье», «Алина, поступай на экономический, мне нужен помощник», «Алина, этот мальчик тебе не пара, у него отец — простой инженер». Это ли не зависимость?
— Я хотел тебе добра! — воскликнул Сергей, привлекая внимание соседних столиков.
— Виктор дает мне право на ошибку, папа. Он ценит мою личность. Ты знаешь, что он предложил мне стать стажером в его проектном бюро? Настоящим стажером, с зарплатой, а не просто «дочкой шефа».
— Он вводит тебя в свой бизнес? — Сергей почувствовал, как холодеет внутри. — Алина, ты же понимаешь, зачем это? Он хочет знать мои планы через тебя. Он будет задавать вопросы о моих тендерах, о документах, которые я приношу домой...
— Опять ты об этом! — Алина резко встала. — Неужели ты не можешь допустить, что он просто любит меня? Что ему плевать на твои кирпичи и цемент?
— Ему не плевать на власть, — Сергей тоже встал. — Виктор всегда хотел победить меня. И сейчас он нашел самый дешевый способ. Он сп..ит с моей дочерью, чтобы чувствовать себя хозяином ситуации.
— Ты отвратителен, папа, — прошептала Алина. — Это все, что ты можешь придумать? Свести наши чувства к физиологии и деньгам? Значит, ты совсем меня не знаешь.
В этот момент к кафе подъехал черный внедорожник. Из него вышел Виктор. Он не торопясь подошел к витрине, увидел Сергея и, улыбнувшись, вошел внутрь.
— Сергей Михайлович, — Виктор кивнул, подходя к столу. — Снова пытаетесь диктовать условия? Боюсь, в этом тендере ваше предложение неконкурентоспособно.
— Послушай, Савицкий, — Сергей сделал шаг к нему, его голос дрожал от сдерживаемой ярости. — Если ты хоть пальцем ее тронешь, если она из-за тебя хоть одну слезу прольет — я тебя в бетон закатаю. И мне плевать на сроки и законы.
— Папа, замолчи! — Алина схватила Виктора за руку. — Витя, пойдем отсюда.
— Погоди, дорогая, — Виктор мягко погладил ее ладонь, продолжая смотреть на Сергея. — Сергей, ты ведешь себя как проигравший. Ты не смог стать для дочери авторитетом, и теперь винишь в этом того, кто им стал.
Алина — свободный человек. Она сама выбрала, с кем ей быть. И если этот выбор — я, тебе остается только смириться. Или потерять ее окончательно.
— Выбрала? — Сергей усмехнулся. — Ты ее купил. Этими шмотками, этой псевдо-мудростью. Но запомни: маски рано или поздно сползают.
— Моя маска приросла ко мне слишком крепко, — ответил Виктор. — Пойдем, Алина. У нас сегодня забронирован стол в «Олимпе». Не будем тратить время на пустые разговоры.
Они вышли вместе. Сергей смотрел сквозь стекло, как Виктор открывает перед Алиной дверь машины. Она села, даже не оглянувшись.
Вечером Сергей сидел на кухне, глядя в одну точку. Елена вошла и молча поставила перед ним чай.
— Ты был слишком груб, — сказала она. — Ты не даешь ей шанса вернуться к нам, не потеряв лица.
— Она не вернется, пока верит в его святость, — Сергей поднял глаза на жену. — Лена, нам нужно их пригласить.
— Куда? Домой? — Елена удивилась.
— Да. Семейный ужин. Повод — мое «примирение». Я должен сыграть роль кающегося отца. Только так я смогу подобраться к нему достаточно близко, чтобы он расслабился.
— Ты что-то задумал? — Елена тревожно посмотрела на мужа. — Сережа, не делай глупостей.
— Я просто хочу, чтобы он заговорил, Лена. Виктор — игрок. А каждый игрок рано или поздно начинает хвастаться своими картами, если думает, что противник сдался. Пригласи их на субботу. Скажи, что я все осознал.
— Она не поверит.
— Поверит. Она очень хочет, чтобы мы помирились. Это ее слабое место. И Савицкий придет — ему нужно насладиться моим поражением в моем же доме. Это будет его самая большая ошибка.
***
Субботний вечер в доме Соколовых начался в подчеркнуто вежливой обстановке. Сергей лично открыл дверь гостям и, пересилив себя, пожал Виктору руку.
— Рад, что вы пришли, — Сергей старался, чтобы голос звучал ровно. — Проходите. Лена там расстаралась, Алина, твои любимые профитроли тоже будут.
— Спасибо, пап, — Алина выглядела напряженной, но в ее глазах светилась надежда. Она прижалась к плечу отца. — Я знала, что ты поймешь. Правда.
— Главное — семья, дочка, — Сергей потрепал ее по щеке. — Виктор, проходи в гостиную. Коньяк? Или, может, что-то полегче?
— Коньяк будет в самый раз, — Савицкий по-хозяйски расположился в кресле. — Приятно видеть, что здравый смысл возобладал над эмоциями, Сергей. Мы ведь деловые люди.
За ужином говорили о пустяках. Сергей мастерски разыгрывал роль человека, признавшего поражение. Он спрашивал Виктора о новых объектах, советовался по поводу поставщиков, даже хвалил его стратегию в последнем тендере.
— Знаешь, Виктор, — Сергей разлил коньяк по бокалам, когда с основным блюдом было покончено. — Я ведь старею. Начинаю понимать, что во..йна забирает слишком много сил.
Может, нам и правда стоит подумать о слиянии активов? Консорциум «Соколов-Савицкий»... Звучит неплохо.
Алина просияла, глядя на мужчин. Елена, напротив, сидела тише воды, внимательно наблюдая за мужем.
— Слияние? — Виктор прищурился, смакуя напиток. — Это интересное предложение. Но у меня условия жесткие, ты же знаешь.
— Условия обсуждаемы, — Сергей откинулся на спинку стула. — Тем более, раз уж вы с Алиной... это ведь теперь общее дело.
Кстати, дочка, помнишь ту папку с чертежами моста, которую я в кабинете забыл? Виктор сказал, ты ему помогала со спецификациями.
— Да, пап, — Алина кивнула. — Витя сказал, что это поможет нам найти точки соприкосновения в работе.
— Помогло, еще как, — Виктор усмехнулся, расслабившись под действием алкоголя и атмосферы капитуляции врага. — Знаешь, Сергей, твои инженеры — полные кре..тины.
Если бы не Алина, которая вынесла мне те предварительные расчеты, я бы потратил на месяц больше времени, чтобы понять, где вы собираетесь экономить на арматуре.
Алина замерла с вилкой в руке. Ее брови поползли вверх.
— Витя... я не выносила тебе расчеты. Ты просто попросил меня «посмотреть ошибки» в твоем ноутбуке, когда там был открыт файл папиной фирмы...
— Какая разница, детка? — Виктор пренебрежительно махнул рукой, глядя на Сергея. — Главное — результат.
Сергей, ты ведь понимаешь, что твоя дочь — просто идеальный ключик к твоему сейфу?
Я даже не ожидал, что она будет настолько... податливой. Одно слово о «великом будущем», и она готова была показать мне даже твои личные переписки с департаментом.
В комнате повисла ледяная тишина. Алина медленно положила приборы на стол. Ее лицо стало мертвенно-бледным.
— Виктор... о чем ты говоришь? — ее голос дрожал. — Ты сказал, что тебе интересны мои идеи. Что ты хочешь, чтобы я росла как профессионал...
— Алина, не будь ребенком, — Виктор повернулся к ней, и в его взгляде больше не было нежности. Только холодный расчет. — Какое «профессиональное бюро»?
Ты студентка-не..до..учка. Но зато ты Соколова. Ты была нужна мне, чтобы вытрясти из твоего папаши все, что он копил годами.
И, как видишь, план сработал. Он сам теперь предлагает мне слияние на моих условиях.
— То есть... все это время... — Алина задохнулась от подступивших слез. — Цветы, разговоры об искусстве, та квартира... Это все было ради тендера?
— Ну почему же? — Виктор усмехнулся, допивая коньяк. — Ты красивая девочка, сп..ать с тобой было... эстетическим удовольствием. Но бизнес прежде всего.
Сергей, ну что, подпишем протокол о намерениях завтра? Или прямо сейчас на салфетке набросаем?
Сергей медленно встал. На его лице не было ярости — только бесконечная усталость и капля торжества.
— Знаешь, Виктор, — тихо произнес он. — Ты ведь всегда был слишком азартным. Это тебя и губит. Алина, дочка, посмотри на меня.
Алина подняла глаза, полные боли и осознания.
— Та папка, которую он видел... — Сергей сделал паузу. — Это был дезинформационный вброс. Специально для таких случаев.
Если бы Савицкий хоть немного разбирался в архитектуре, он бы понял, что по тем расчетам мост рухнет через неделю.
Но он так торопился «победить», что проглотил наживку вместе с крючком.
Виктор резко выпрямился, его лицо пошло пятнами.
— Что? Что ты несешь?
— Я несу правду, — Сергей подошел к дочери и положил руку ей на плечо. — Ты заигрался, Витя. Ты думал, что я сдамся, потому что ты забрал Алину.
А я просто ждал, когда ты сам признаешься в том, какой ты под...лец. При ней.
— Ты... ты подстроил это! — Виктор вскочил, опрокинув бокал. — Алина, не слушай его! Он врет, чтобы нас рассорить!
Алина медленно поднялась со стула. Она смотрела на Виктора так, словно видела перед собой кучу мусора. Слез больше не было — только выжженная пустота.
— Он не врет, — произнесла она ледяным голосом. — Ты только что сам сказал, что я «идеальный ключик к сейфу». Ты назвал меня «не..до..учкой». Витя... как же мне противно, что я тебе верила.
— Алина, послушай... — Виктор попытался взять ее за руку, но она с силой оттолкнула его.
— Вон из моего дома! — крикнула она. — Сейчас же! И если ты еще хоть раз ко мне приблизишься — я сама подам на тебя заявление за промышленный шпионаж. У папы есть все записи наших «консультаций».
Виктор обвел взглядом присутствующих. Сергей стоял непоколебимо, Елена плакала от облегчения, а Алина смотрела на него с такой ненавистью, которой он не встречал даже у самых заклятых врагов.
— Ну и сидите в своем болоте, — бросил он, хватая пиджак. — Все равно вы оба — вчерашний день. Алина, квартиру освободи до завтрашнего утра.
Дверь захлопнулась с такой силой, что задрожали стекла в буфете. В столовой воцарилась тишина.
Алина обессиленно опустилась на стул и закрыла лицо руками. Она зарыдала — громко, навзрыд, оплакивая свою растоптанную веру и свою глупость.
Сергей подошел к ней и крепко обнял, прижимая ее голову к своей груди.
— Ну все, все, девочка... Прости меня. Прости, что пришлось это устроить.
— Это я виновата, пап... — всхлипывала Алина. — Как я могла быть такой слепой? Он ведь так красиво говорил...
— Красивые слова легче всего подделать, — вздохнула Елена, подходя к ним и обнимая обоих. — Главное, что теперь все позади. Мы снова вместе.
Через несколько недель Алина вернулась в университет, окончательно забрав вещи из съемной квартиры.
Она погрузилась в учебу с утроенной силой, решив доказать себе и отцу, что ее профессионализм не зависит от чьей-то протекции.
Виктор Савицкий вскоре проиграл тот самый крупный тендер, доверившись ложным расчетам, и его репутация на рынке была серьезно подорвана.
Сергей больше никогда не напоминал дочери о ее ошибке, а Алина стала гораздо мудрее, научившись отличать искренние чувства от искусной манипуляции.