Сейчас он — легенда. Зрители помнят его по «Гаражу», «Семнадцати мгновениям весны» и сотням других ролей. Коллеги цитируют его едкие эпиграммы и снимают шляпу перед талантом.
Но мало кто знает другого Гафта.
Маленького Вали, который в послевоенной Москве рос среди воров и проституток. И который боялся отца больше, чем бандитов с соседней улицы. Он провёл жизнь в погоне за любовью — отцовской, женской, детской. Но даже когда получил её, расплата оказалась слишком страшной.
Перед смертью он смотрел в потолок и звал дочь. Она ушла за 18 лет до него.
История Валентина Гафта — это не байка о том, как сложно быть сыном прокурора. И не мелодрама о театральной богеме. Это трагедия человека, который умел играть чужие судьбы, но так и не научился справляться со своей.
Глава 1. В двух шагах от «Матросской тишины»
2 сентября 1935 года. Москва, улица Матросская Тишина. Дом, где родился Валентин Гафт, находился в эпицентре криминальной жизни столицы. Справа — знаменитая тюрьма, слева — рынок, прямо — психиатрическая больница.
«Весь мир в миниатюре», — иронизировал потом актёр.
Отец, Иосиф Рувимович, был прокурором — человеком железной воли и крутого нрава. Мать, Гита Давыдовна, занималась домом и детьми. Семья перебралась в Москву из Черниговской области незадолго до рождения Валентина. Жили бедно, но отец держал марку: даже в самые голодные годы он требовал, чтобы сын выглядел прилично.
Гитлер напал на Советский Союз в день, когда Гафты должны были уехать на Украину к родственникам. Билеты были куплены на 22 июня. Поезд, на котором они должны были ехать, разбомбили. «Судьба!», — скажет потом Гафт.
Отец и старший брат ушли на фронт. Брат вернулся инвалидом — без лёгкого, без ноги, весь в осколках. А отца привезли в госпиталь в 1944-м. Маленький Валя пришёл навестить его и не узнал — лицо было забинтовано. Зато на тумбочке лежали горы вкусной еды: шоколад, фрукты, конфеты. Мальчик всё это с удовольствием съел, пока отец лежал без сознания.
Но не это запомнилось Гафту на всю жизнь. А унизительные сцены, когда мать выпрашивала у соседей хлеб, а отец, вернувшись с войны, кричал на неё при посторонних.
Глава 2. Удар, который изменил всё
Театром Валентин заболел случайно. В четвёртом классе его сводили на спектакль «Особое задание» Сергея Михалкова. Он настолько проникся, что даже не сразу понял, что на сцене — игра.
Заниматься в школьной самодеятельности ему приходилось в сложных условиях: учился он в школе, где учениками были только мальчики. Женские роли — а их в пьесах хватало — приходилось играть ему, худому и застенчивому парню. Он надевал платья, кудряшки и чувствовал себя нелепо, но невыносимо счастливо.
Отец был против. Иосиф Рувимович видел сына либо юристом, как он сам, либо военным. Актерство считал «цыганщиной» и постоянно твердил: «Найди нормальную мужскую профессию».
Но судьбу решила драка.
В старших классах Гафт, который всегда предпочитал решать споры словами, всё же ввязался в одну передрягу. Ему выбили два передних зуба. Родители были в ужасе, а отец даже обрадовался: мол, теперь сын одумается и забудет о сцене. Но мать настояла на протезировании. Во рту у Вали засверкали золотые коронки.
Отец посмотрел на него, махнул рукой и ушёл.
На экзамен в Школу-студию МХАТ Гафт пришёл вразвалочку, в алой рубашке — дерзкий, худой, сверкающий золотом. И покорил приёмную комиссию. Поступил с первой попытки, скрывая это от родителей до последнего.
Глава 3. Первый блин комом
Закончив учёбу в 1957-м, Гафт попал в Театр имени Моссовета. Роли давали эпизодические, массовку. Он чувствовал себя лишним, зажатым, неуклюжим. А дебют в кино — фильм «Убийство на улице Данте» — чуть не стал последним. Отец, посмотрев картину, пришёл в ярость.
«Позорище! — заявил он. — Посмотри на Козакова — вальяжный, стильный. А ты что? Весь сжался, скукожился. Не артист ты, Валентин!».
Эти слова Гафт помнил всю жизнь.
Он метался по театрам: «Ленком», театр Сатиры, снова «Ленком», «Современник»... 12 лет мытарств, которые коллеги называли «неуживчивостью», а сам актёр — поиском себя.
В театре Сатиры случился самый страшный позор. Он играл в спектакле, куда пришли и родители, и его первая девушка Алёна. Гафт настолько переволновался, что двигался по сцене на ватных ногах, шептал реплики и в итоге... рухнул с балкона в оркестровую яму.
Отец закатил скандал и снова потребовал бросить «это балаганство». Мать плакала. А Алёна, которую он привёл знакомить с родителями, вдруг заступилась за него и уверила, что он гений.
В 1960-м они поженились.
Глава 4. Алёна Изергина: любовь, которую упустили
Елена Изергина была одной из самых красивых женщин Москвы. Манекенщица Общесоюзного дома моделей, она блистала на подиуме и в жизни.
А Гафт тогда был никем. Без денег, без квартиры, без постоянной работы. Но Алёна поверила в него. Когда его выгнали из театра Сатиры — с треском, под крики режиссёра — именно она узнала об этом последней и утешала его, когда другие отворачивались.
Но брак дал трещину.
Гафт был молод и, по его собственному признанию, «не умел хранить верность». Он заглядывался на других, Алёна страдала. В конце концов она ушла к киноведу Далю Орлову.
Расставание было болезненным. Валентин по ночам набирал её номер и молчал в трубку, слушая родной голос. А однажды, напившись, признался друзьям: «Я её не ценил. А теперь поздно».
С Алёной они официально развелись в 1968-м.
Глава 5. Роман, о котором молчали 40 лет
Примерно в то же время в жизни Гафта появилась художница Елена Никитина.
Это был лёгкий, ни к чему не обязывающий роман. Свидания в кафе, прогулки по Москве, ночные разговоры. Никитина была старше, опытнее и прекрасно понимала, что актёр не строит серьёзных планов.
Но однажды она забеременела.
По словам самой Елены, когда она сообщила Гафту эту новость, он сидел в кресле. И вдруг она увидела перед собой абсолютно другого человека — чужого, жёсткого, закрытого. Он встал и ушёл.
Никитина родила сына Вадима в 1971 году. Одна. Без мужа, без помощи, без надежды на поддержку. В советской Москве внебрачный ребёнок был приговором — её не брали на работу, осуждали соседи, от неё отвернулись даже друзья. Она уехала с сыном в Бразилию, где жила её сестра, и дала ребёнку свою фамилию.
Гафт узнал о существовании сына только через три года, случайно встретив Никитину на улице.
Они не виделись больше 40 лет. Вадим вырос, закончил университет, женился, родил сына. А Гафт так и не решился на встречу. До 2014 года.
Их первое свидание произошло в программе «Сегодня вечером» у Андрея Малахова. Вадим прилетел из Сан-Паулу специально, чтобы обнять отца. Зал рыдал. А Гафт с дрожью в голосе прошептал: «Он нежнейший человек... Он умница».
Вадим не просил денег, не требовал наследства. Он пришёл просто потому, что хотел сказать: «Отец, не надо чувствовать обязанность быть мне отцом. Я тебя люблю как большого друга».
Они успели увидеться ещё несколько раз. А потом Гафт заболел.
Глава 6. Инна Елисеева: ультиматум, унижения и цыплёнок
Следующая жена, Инна Елисеева, была дочерью лауреата Сталинской премии — девушкой из очень обеспеченной семьи. Она была красива, образованна, но обладала тяжелейшим характером.
Их отношения начались с ультиматума. Елисеева забеременела и заявила: «Либо ты женишься, либо я убью себя». Гафт, напуганный и растерянный, скрепил себя узами брака.
Сразу после свадьбы он понял, что совершил ошибку.
Инна оказалась тираном. Она контролировала каждый его шаг, сама забирала его зарплату, запрещала встречаться с друзьями, устраивала истерики. А её родители — люди с высокими связями — постоянно унижали зятя, напоминая, что он «бездарный актеришка».
В 1973 году родилась дочь Ольга. Гафт души в ней не чаял. Но брак с каждым годом становился всё невыносимее.
Решающий момент наступил за обедом. Гафт робко попросил добавки цыплёнка. И услышал в ответ ледяной голос тещи: «Вот когда будете нормально зарабатывать, тогда и получите».
Он встал из-за стола, взял пальто и ушёл навсегда.
Развод был тяжёлым и мучительным. Елисеева отсудила всё, что могла, и, главное, запретила Гафту видеться с дочерью.
Глава 7. Крест, который он нёс до конца
Ольга осталась с матерью. Но это было не спасение, а тюрьма.
По воспоминаниям Николая Цискаридзе, который дружил с Ольгой, её мать буквально изводила девушку. Оскорбляла, унижала, била. Запрещала общаться с отцом — они встречались тайком, урывками.
Ольга мечтала стать балериной, но не сложилось. Пыталась поступить в театральный — провалилась. Гафт помогал деньгами, купил ей квартиру, но Елисеева не разрешила дочери съехать.
Личная жизнь тоже не задалась. Она встречалась с сыном Евгения Леонова, но родители парня были категорически против отношений с «дочерью того самого Гафта».
Трагедия случилась в августе 2002 года. Ольге было 29 лет.
Она выбросилась из окна.
Гафт узнал об этом по телефону. Он упал на колени прямо в гримёрке и завыл. Друзья говорят, что с того дня в нём что-то сломалось.
На похороны Инна не пришла. Она умерла через год — от рака желудка, не пережив гибели дочери.
А Гафт остался жить с чувством вины.
«Я перед ней виноват, — говорил он в редких интервью. — Никого больше не виню, только себя. Это мой груз. И я буду нести его до конца».
Глава 8. Ольга Остроумова: счастье, которое опоздало на 20 лет
Впервые Гафт увидел Ольгу Остроумову на съёмках «Гаража» в 1979 году. Она уже была известной актрисой, за плечами которой — бурный роман с Михаилом Левитиным, двое детей и болезненный развод.
Он влюбился сразу. Она — нет.
«Я даже не могу сказать, что влюбилась с первого взгляда, — вспоминала Остроумова. — Просто он меня всегда поражал».
Гафт позже признался: он поразился, услышав по телевизору её фразу: «Даже если это будет сама смерть, я буду её ждать, я её приму, потому что ей буду нужна только я и никто больше». Он тогда понял: вот женщина, ради которой стоит жить.
Но судьба распорядилась иначе.
Они встретились вновь только через 20 лет. Гафт позвонил Остроумовой и пригласил на корпоратив. Она согласилась, потому что почувствовала: там будет что-то важное.
Их роман развивался неспешно. Он водил её по своим «местам силы» в Москве, показывал дворы, где вырос, читал стихи, однажды они поехали на дачу и пели военные песни. «И это нас так сблизило», — говорила Остроумова.
Но Гафт долго не решался на брак. Его пугали неудачные прошлые союзы, пугал возраст, пугал квартирный вопрос. Остроумова жила с двумя детьми в «трёшке», у него самого была крошечная комнатушка. Выбить нормальное жильё помогла Наина Ельцина, но по закону для получения большой квартиры Гафт должен был быть женат.
И они расписались. В больничной палате.
Гафт попал в больницу с обострением язвы. Остроумова пригласила в палату даму из ЗАГСа, надела белый халат, а Гафт в пижаме поставил галочку в нужной графе. Свадьба продлилась полторы минуты.
Но это было счастье.
«Он очень поменялся, пока мы жили вместе, — вспоминала Остроумова. — Стал мне верить, перестал выражаться нецензурно... У него прекратился тик. Он мягче стал».
Глава 9. Тишина на Троекуровском
Последние годы Гафт тяжело болел. Перенёс инсульт, был прикован к кровати, почти не говорил. Остроумова не отходила от него ни на шаг — кормила, переворачивала, читала вслух.
Он умер 12 декабря 2020 года — в день, когда ему исполнилось 85 лет. Смотрел в потолок и шевелил губами. Друзья уверены: он звал дочь.
Похоронили Валентина Иосифовича на Троекуровском кладбище. Проститься пришли сотни людей. Остроумова стояла у гроба, держась за руку сына, и молчала.
Она была рядом с ним 20 лет. И ни разу не пожалела.
Эпилог. Человек, который верил в лучшее
У Гафта не было своих внуков. Сын Вадим родил мальчика, но видел его редко. Дочь ушла слишком рано.
Но он оставил после себя сотни ролей, тысячи реплик, десятки едких эпиграмм. И память о человеке, который, несмотря на все удары, умел любить.
Любить детей, которых терял. Женщин, которые уходили. Искусство, которое предавало.
«Я свою страну люблю, — сказал он в одном из последних интервью. — Я её понимаю и чувствую. У меня есть на это право».
Валентин Гафт прожил 85 лет. Из них почти 40 — в поиске той самой любви, которая не предаст. Нашёл. Но расплата оказалась слишком высокой.
— А вы помните Валентина Гафта в «Гараже»? Какую его роль считаете главной? Делитесь в комментариях и не забывайте ставить лайки.
Подписывайтесь на канал — впереди ещё много историй о тех, кто делал наше кино великим. И чья жизнь была сложнее любой роли.