Она пошла в городскую администрацию, занимавшую небольшое здание, и поговорила там с одним из сотрудников. На вид ему было лет восемнадцать, и судя по выражению лица, ему все наскучило до смерти. «Бедняга, наверняка сидит тут целыми днями и ему совсем нечем заняться», – подумала Инна.
Когда она сказала ему, что хочет найти владельцев домов в старом переулке, он тоже крайне заинтересовался. Очевидно, что раньше вопрос о собственниках не приходил ему в голову.
Они прошли к темным полкам архива в другом конце здания, сотрудник администрации выдал ей несколько толстых бухгалтерских книг и попросил поискать в них, пока он просматривает другие документы.
Через два часа, усталая и вся в пыли, Инна вдруг с удивлением обнаружила информацию, которая ей была нужна. Она несколько раз перечитала отчет, не в силах поверить в происходящее.
Владельцем оказался не кто иной, как Петр!
Инна не сказала сотруднику, что нашла ответ на свой вопрос, поскольку Петр вряд ли хотел бы, чтобы вся деревня узнала, что он является хозяином трущоб. Она от души поблагодарила сотрудника за помощь и вышла на улицу, щурясь от яркого солнца.
Она пошла в особняк.
Инна позвонила в дверной звонок и подождала. У Петра и Светы не было привратника, который распахивал бы дверь перед посетителями, и визитерам приходилось ждать, пока хозяева им откроют.
Наконец дверь отворилась.
– Какой приятный сюрприз! – обрадовалась Света и впустила дочь внутрь.
Инна спросила, где сейчас Петр. Света ответила, что тот читает в библиотеке, и пошла за ним. Она заварила чай, и все втроем они сели за кухонный стол.
– Вы знаете, как мы с Димой приводили в порядок дом дела Олега? Отчасти поэтому я и пришла.
– Конечно, мы знаем! – кивнул Петр. – Это прекрасный поступок.
– Что ж… – Инна помолчала, неожиданно испугавшись, что может
обидеть Петра, если ему вдруг покажется, что она его в чем-то обвиняет. С другой стороны, ему не следовало оставлять целую улицу с домами, представляющими историческую ценность, разрушаться до основания, особенно если учесть, что в одном из зданий еще живет Олег, так что Инне хотелось послушать, что Петр скажет на этот счет. – Что ж, после всей проделанной нами работы мне стало интересно, кто владеет домами в переулке. Один принадлежит Олегу. Но и у остальных должны быть хозяева.
– Хороший вопрос, девочка. – Петр задумался. – Я этим не интересовался, но полагаю, что они принадлежат городу, и поскольку администрация построила для жителей переулка новые комфортабельные дома, эти они оставили на произвол судьбы.
– Дело в том, что, – начала Инна, почувствовав облегчение, что Петр ничего не знал об их владельцах, – как я выяснила, они не принадлежат администрации. Судя по записям… их владелец – кто-то из жителей деревни.
– Что ж, если и так… – Петра уже не слишком интересовал этот разговор, и он наливал себе очередную чашку чая.
– Если быть точной… вы и есть их владелец.
– Что? – воскликнул Петр. Он широко раскрыл глаза от удивления и пролил немного чая на скатерть. Инна не могла понять, злится он или удивляется. Или и то, и другое. – Могу заверить, что это невозможно. Я не имею отношения к тем домам. Ни разу не видел ни одного клочка бумаги, в котором было бы сказано нечто подобное!
Инна поняла, что его оскорбила одна мысль о том, что он мог допустить, чтобы что-то из его собственности пришло в такую негодность.
– Я думаю, что дело в этом, – продолжила она. – В смысле, вы ничего не знали о том, что владеете домами. Это было единственное объяснение в сложившейся ситуации! Я знала, что вы никогда бы не допустили, чтобы вокруг Олега была такая разруха, и позаботились бы о зданиях. Но факт в том, что их владелец – вы.
Инна посмотрела на мать – та была тоже удивлена. Но Свету было не так просто сбить с толку, поэтому она выглядела так, словно ее вся эта история даже немного забавляет.