В школе я прочитал о войне всё, что задавали. И не запомнил почти ничего. А потом, уже взрослым, случайно открыл тонкую повесть, написанную бывшим сапёром из Сталинграда. И понял: я вообще ничего не знал о войне.
За последние три года я целенаправленно искал книги, которые выпали из школьной программы или никогда в неё не попадали, написанные теми, кто сам лежал в окопах, ходил в разведку, выбирался из окружения. Шесть из них я считаю обязательными. Вот они.
***
1. Виктор Некрасов, «В окопах Сталинграда» (1946)
Я не сразу обратил внимание на одну деталь. Эту книгу наградили Сталинской премией в 1947 году. А через четверть века её автора вынудили уехать из страны, позже лишив советского гражданства. Уже один этот факт говорит о многом.
Некрасов сам воевал в Сталинграде. Был полковым инженером, служил в сапёрных частях. И написал не героическую эпопею, а тихий, точный рассказ о буднях лейтенанта на передовой. Здесь нет генеральских решений и стратегических карт. Есть разрушенные дома, усталость, короткий сон между обстрелами и разговоры ни о чём, за которыми прячется страх.
Я долго не мог понять, почему эта книга вышла из обихода. Некрасов стал неугоден власти, его имя старательно вычёркивали. А книга без автора в публичном пространстве теряется быстро.
***
2. Константин Воробьёв, «Убиты под Москвой» (1963)
Кремлёвские курсанты идут на фронт. Молодые, рослые, в новых шинелях, вооружены скупо, по-бедному. Через несколько дней от роты почти никого не остаётся.
Воробьёв сам был кремлёвским курсантом, воевал под Москвой. Попал в плен, бежал, командовал партизанской группой в Литве. Повесть написал в начале 1960-х, её долго не хотели печатать. Опубликовали в «Новом мире» Твардовского в 1963 году.
Мне читать было больно. Физически. Я несколько раз откладывал книгу, не в силах продолжать. Воробьёв не щадит читателя, как не щадили его самого. Мальчишки гибнут нелепо, быстро, и никакого «красивого» подвига здесь нет.
***
3. Вячеслав Кондратьев, «Сашка» (1979)
Ржев. Это слово долго почти ничего не значило для большинства. Ржевскую битву не изучали подробно, о потерях не говорили открыто. А потери были чудовищные.
Кондратьев воевал подо Ржевом и ждал много лет, прежде чем смог об этом написать. Его «Сашка» вышла в «Дружбе народов» в 1979-м. Это, на мой взгляд, самая человечная повесть о войне из всех, что я читал.
Главный герой берёт в плен немца, и комбат приказывает пленного расстрелять. Вот тут начинается настоящая история. Не о сражении, а о выборе. Простой солдат решает, остаться ли человеком, когда вокруг всё давно перестало быть человеческим.
Я перечитывал «Сашку» три раза. И каждый раз находил что-то новое. Если вы прочитаете из этого списка только одну книгу, пусть будет эта.
***
4. Виктор Астафьев, «Прокляты и убиты» (1990–1994)
Самый жёсткий и спорный роман в подборке. Я долго не мог его дочитать. Астафьев работал над ним почти всё начало девяностых, и я понимаю, почему так долго.
Здесь всё то, о чём в советской литературе молчали. Штрафные части, расстрелы своих за малейшую провинность, голод в запасных полках. Бессмысленные переправы под огнём, где гибли сотни ради невнятного приказа.
Астафьев ушёл на фронт добровольцем в 1942-м. Был тяжело ранен, контужен. Писал не по архивам, а по собственной памяти. Роман остался незавершённым: вышли две книги из задуманных трёх. Но и этого хватает, чтобы перевернуть привычную картину войны.
Книгу ненавидят и любят одновременно. Одни считают клеветой, другие называют самой правдивой прозой о Великой Отечественной. Я принадлежу ко вторым.
Если Астафьев бил наотмашь, то следующий автор действовал совсем иначе. Тише. И от этого было ещё страшнее.
***
5. Эммануил Казакевич, «Звезда» (1947)
Маленькая разведгруппа уходит за линию фронта. У них один на всех позывной: «Звезда». Им нужно выяснить, какие немецкие части сосредоточены в тылу, и передать сведения по рации. Сведения дойдут до штаба. А разведчики не вернутся.
Казакевич знал, о чём пишет. Сам прошёл путь от рядового разведчика до начальника разведки дивизии, ходил за линию фронта. Его повесть получилась камерной, почти интимной. Никаких масштабных баталий, лес, тишина, напряжение и негромкие переговоры по рации.
Мне запомнился ритм этой повести. Она идёт медленно, как сама разведка, и каждый шорох важен. Каждый шаг может стать последним. Когда рация замолкает, ты уже знаешь, что случилось. Но всё равно надеешься.
***
6. Василь Быков, «Мёртвым не больно» (1966)
Быков был призван в армию в 1942-м, на фронт попал в 1943-м, был ранен и однажды ошибочно попал в списки погибших. Его проза о войне всегда была неудобной для властей.
Название повести часто продолжают строкой «Больно живым». В самом тексте Быкова такой строки нет, но смысл всей повести именно об этом: мёртвым уже всё равно, а живые тащат груз памяти до конца своих дней.
Меня в этой повести зацепила её прямота. «Мёртвым не больно» после публикации в «Новом мире» подвергли разгромной критике. Быкова обвиняли в «очернительстве», в том, что он показывает советских офицеров трусами и карьеристами. А он показывал людей. Разных. Не плакатных, не бронзовых, а живых, со страхом, подлостью, но и с совестью.
Повесть ставит вопрос, на который нет удобного ответа: кто виноват в гибели солдат, если приказ был преступным, а не выполнить его было невозможно?
***
Почему именно эти шесть?
Я выбирал по одному простому критерию. Все эти авторы воевали сами. Ни один не писал «по мотивам» или «на основе архивных данных». Они писали по памяти, по шрамам, по ночным кошмарам. И в этом смысле они отличаются и от Симонова с его «Живыми и мёртвыми», и от Гроссмана с его «Жизнью и судьбой». Там был эпический замах, попытка охватить всю войну. А здесь окоп, рота, один день, одно решение.
В школьном учебнике война, как правило, состоит из дат, стрелок на картах и имён маршалов. Здесь она состоит из грязи, страха, абсурдных приказов и маленьких решений, которые стоят человеческой жизни. Это не парадно и не удобно.
Но это честно.
Мой собственный фаворит из этого списка меняется год от года. Если вы читали что-то из этого списка, расскажите, какая книга зацепила сильнее всего. А если нет, начните с «Сашки» Кондратьева. Она короткая, можно прочитать за вечер. Забыть уже не получится.