Там за рекой – лес. Белый, как Божий храм. Из-за реки смерть Тихо ползёт к нам. Каплей со лба пот. Лоб холодит сталь. Сорок второй год. Вязьма. Мороз. Февраль. Танки идут в ряд. Чёрная полоса. Я отвожу взгляд В серые небеса. Время прядёт нить Ветер - и тот стих. Чтоб мы могли жить Надо убить их. Просто как дважды два. Просто как «Отче наш». Падают вниз слова Кровью на патронташ. Хочется выть – «Нет!!!» И с головой в снег. Хочется жить сто лет И умереть во сне. Только как я отдам Рощу родных берёз? Утро и птичий гам? Запах её волос? Берег речной крут. Нету воды коням. Дальше они пройдут Только убив меня.
Там за рекой – лес.
Белый, как Божий храм.
Из-за реки смерть
Тихо ползёт к нам.
Каплей со лба пот.
Лоб холодит сталь.
Сорок второй год.
Вязьма. Мороз. Февраль.
Танки идут в ряд.
Чёрная полоса.
Я отвожу взгляд
В серые небеса.
Время прядёт нить
Ветер - и тот стих.
Чтоб мы могли жить
Надо убить их.
Просто как дважды два.
Просто как «Отче наш».
Падают вниз слова
Кровью на патронташ.
Хочется выть – «Нет!!!»
И с головой в снег.
Хочется жить сто лет
И умереть во сне.
Только как я отдам
Рощу родных берёз?
Утро и птичий гам?
Запах её волос?
Берег речной крут.
Нету воды коням.
Дальше они пройдут
Только убив меня.