Всем привет!
Давно здесь ничего не публиковал. Последние недели и месяцы выдались настолько насыщенными, что на блог, к сожалению, почти не оставалось времени. Иногда, конечно, возникает желание прокомментировать отдельные правовые позиции и практику, которую коллеги разбирают в своих каналах, но самый ценный ресурс — это время. А когда перед тобой стоят реальные проблемы доверителей, они всегда важнее любых публикаций.
Тем не менее хочу коротко рассказать, что происходит по некоторым моим делам.
Первое и, пожалуй, самое важное.
Ранее я уже писал о деле, в котором Второй кассационный суд отменил решения нижестоящих судов и направил спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.
Суть истории, на первый взгляд, проста, но за ней — человеческая трагедия.
Пожилой мужчина тяжело переживал смерть супруги. На фоне горя он начал злоупотреблять алкоголем. Рядом оказался предприимчивый квартирант, который быстро понял состояние человека и, вместо помощи, стал это состояние использовать: поддерживал «задушевные беседы», регулярно приносил спиртное и постепенно подвел его к подписанию документов.
В результате последняя оставшаяся в собственности квартира была переоформлена на этого квартиранта. Изначально обсуждалась рента, но поскольку денег у приобретателя фактически не было, стороны в итоге подписали договор купли-продажи. Разумеется, появилась и расписка о получении денежных средств — сегодня такой документ почти автоматически воспринимается как «железное» доказательство, особенно когда речь идет о регистрации сделки.
Суд первой инстанции подошел к делу формально: увидел расписку, сослался на заключение специалиста о финансовой состоятельности ответчика, при этом аналогичное заключение со стороны истца фактически проигнорировал. Не получила должной оценки и аудиозапись, на которой содержатся важные признания.
В итоге в иске было отказано.
Кассация указала на недопустимость такого формального подхода: доказательства нужно исследовать в совокупности, а расписка не может автоматически иметь приоритет над всеми остальными обстоятельствами дела.
Сейчас, после возвращения дела, мы наконец находимся в настоящем состязательном процессе. В ближайшее время должен разрешиться вопрос о назначении финансовой и психолого-лингвистической экспертиз.
Отдельно отмечу: спустя полгода хождения по коридорам удалось добиться передачи уголовного дела в следственную часть УВД по САО. После длительного простоя расследование наконец сдвинулось с места. Поэтому сейчас можно осторожно сказать: мы движемся в правильном направлении.
Второе дело — казалось бы, самое простое: взыскание долга по расписке.
Это было одно из первых дел после моего увольнения и начала самостоятельной практики. На первый взгляд, ничего сложного: есть расписка, есть долг, есть требование о взыскании.
Но процесс оказался гораздо интереснее.
На стадии первого кассационного обжалования ответчик сменил команду представителей. Новые юристы смогли добиться отмены апелляционного определения, и дело было направлено в Мосгорсуд на повторное рассмотрение.
При повторном рассмотрении суд, вопреки нашей позиции, сократил часть долга, указав на пропуск срока исковой давности.
И здесь важный практический вывод: когда составляете расписки, будьте предельно внимательны к формулировкам. В нашем случае документ был написан буквально «на коленке», и в дальнейшем каждое слово в нем изучалось под лупой. К сожалению, в части толкования текста суд встал на сторону ответчика.
В итоге обе стороны остались недовольны определением судебной коллегии Мосгорсуда и подали кассационные жалобы. В апреле кассационный суд отказал и нам, и ответчику.
Теперь вопрос может перейти на уровень Верховного суда. С учетом того, что кассация там выборочная, посмотрим, заинтересует ли судебную коллегию эта правовая ситуация.
Третье дело касается трудовых прав.
Судья Пресненского районного суда города Москвы Жребец Т.Е. отказала в восстановлении нарушенных прав моей доверительницы Анастасии, несмотря на представленные доказательства того, что на протяжении четырех месяцев она последовательно пыталась уволиться, а работодатель, пользуясь своим положением, фактически препятствовал этому.
Такое решение суда противоречит позиции Верховного суда и не учитывает реальные обстоятельства дела.
Разумеется, мы будем его обжаловать. При необходимости дойдем до Верховного суда, потому что подобные решения не должны оставаться без проверки вышестоящих инстанций.
Четвертое направление — дистанционная судебная работа в Перми.
Есть несколько споров: один в суде общей юрисдикции и два — в Арбитражном суде Пермского края.
Результаты пока разные.
Суд общей юрисдикции, к сожалению, снова удивил: во взыскании долга было отказано. Почему? Видимо, вопрос риторический.
А вот Арбитражный суд Пермского края, напротив, оставил очень положительное впечатление. Суд внимательно рассмотрел спор, ориентировался во всех ходатайствах, отзывах и возражениях, а в результате полностью удовлетворил исковые требования.
И что особенно приятно — было видно, что дело действительно изучено, а не рассмотрено поверхностно.
Пока по основным событиям это всё.
Конечно, за кадром остается еще большой объем работы, о котором, надеюсь, смогу рассказать позже.
Всем хорошего дня. Не ссорьтесь.
А если вдруг спор все же возник — я всегда готов представить ваши интересы.