— Россия как стояла, так и стоит, — Лена аккуратно разворачивала фольгу с варёным яйцом. — Просто все стонут, что дорого.
Купе. Поезд Москва-Адлер, апрель 2026. Соседка по нижней полке — Елена, бухгалтер из Воронежа, лет сорока пяти, едет в Сочи третий год подряд.
— Я тут списочек составила, — сказала я. — Восемь мест, куда народ перестал ездить. И если хотите, могу объяснить, почему дело не в деньгах.
Лена прищурилась. И отложила яйцо.
Сначала факты. По данным Сергея Ромашкина из РСТ, внутренний турпоток в 2025 году вырос всего на 3–4% — вдвое меньше, чем годом раньше. Но за этой средней цифрой по стране прячутся обвалы по конкретным городам, от которых в 2026 году свои отворачиваются демонстративно.
Не «дорого». Дороже стало везде. Но в одни места всё равно едут, а в другие — нет. И вот восемь точек, по которым этот водораздел виден лучше всего.
1. Анапа
В 2024 году Анапа приняла 4,3 миллиона туристов. В 2025 — около 1,7 миллиона. Минус шестьдесят процентов. Курорт потерял примерно миллиард рублей выручки, а санаторий «ДиЛуч» впервые за сто лет работы не открыл два корпуса.
Причина, как все знают, — мазут. В декабре 2024 года в Керченском проливе разломило два танкера, в воду попало около 2400 тонн нефтепродуктов. К весне 2025 Роспотребнадзор признал 141 пляж непригодным для купания. И когда в феврале 2026 шторм «Валли» поднял мазут со дна, всем стало ясно: это надолго.
Знакомая мамы лежала в «ДиЛуче» в августе. Зовут Ольга Степановна, ей шестьдесят семь. Сказала по телефону:
— Море вижу из окна. К морю не подхожу. Что-то не так с этим, понимаешь?
Цены при этом упали — отдых в Анапе сейчас на двадцать процентов дешевле соседних курортов. И всё равно свои не едут. Дешевизна не отменяет ощущения, что ты лежишь не на пляже, а в зоне ЧС.
2. Сочи
Сочи провалился иначе. Бархатный сезон-2025 просел на двадцать процентов — впервые за десять лет. Постоянные клиенты ушли в Турцию и ОАЭ.
Причина — не цены сами по себе, а перекос. В августе 2025 в Адлере вода прогрелась до +18, воздух не поднимался выше +21. При этом лежак на пляже стоил 400 рублей, бунгало — 1500 рублей в час, такси от аэропорта до вокзала — 800. А билеты на новогодний поезд из Сочи в Москву подорожали на пятьдесят процентов.
Лена нахмурилась.
— Ну так это же про цены и есть.
— Нет, — сказала я. — Это про сервис. За турецкие деньги — не турецкий уровень. Люди в этом году впервые сравнили на калькуляторе.
И уехали. На майские праздники продажи зарубежных туров идут на 60% активнее, чем год назад. Сочи проигрывает не Анапе. Сочи проигрывает Анталье.
3. Териберка
Тут совсем другая история. Деньги ни при чём — Териберка изначально не про экономию. Сюда ехали за концом света, китами и северным сиянием.
Что получили в итоге? Туризм-конвейер. В январе 2025 года местные жаловались, что туристы оставляют после себя свинарник в гостевых домах. В ноябре 2025 пошли отзывы: «заказали ежа — в тарелку накидали ракушки, камни и какие-то ветки». А 16 февраля 2026 в селе застряли 480 человек, 343 из которых были иностранцы. Вертолёт из Териберки — тридцать тысяч рублей с человека.
Знакомый мурманчанин Андрей сформулировал это так:
— Мы перестали ездить в Териберку, когда поняли, что туда едут все.
Это и есть момент отказа. Когда место становится фотозоной, северяне поворачивают на Кольский в другую сторону — на Рыбачий, в Ловозерскую тундру, на Хибины. А Териберка достаётся москвичам с дронами.
4. Ольхон
С Ольхоном случилось двойное. Сначала перегруз — летом 2025 туристы часами стояли на паромной переправе, отзывы в местной прессе пестрели формулировкой «переоценённое место». Потом — 20 февраля 2026 года под лёд у мыса Хобой ушёл УАЗ с туристами. Погибли семь человек.
Иркутские блогеры пересказывают одну сцену с местным жителем посёлка Хужир:
— Звонят мне туристки из Калининграда: «Мы хотим сердце из брусники на льду Байкала!» Насмотрелись сторис своих.
После трагедии турпоток на Байкал в феврале-марте 2026, по оценке ЦБ, оказался слабее, чем в прошлые годы. Не потому, что подорожало. Потому что страшно. И потому, что иркутяне сами всё чаще говорят: летом — на Малое море без переправы, зимой — на Байкальский тракт, на Листвянку. Сердце острова туристы переломали ногами.
5. Чемал
Алтай в целом растёт. Республика Алтай в 2025 году приняла 2,8 миллиона гостей — на сто тысяч больше, чем годом раньше. Цифра парадная, но за ней прячется неудобный факт: Алтайский заповедник на Телецком озере в 2025 году потерял одиннадцать процентов посетителей. А в «классическом» туристическом Чемале, по словам местных на форумах, этой зимой закрылись многие турбазы дальше райцентра.
Что произошло? Открылся «Манжерок» — большой новый курорт. Открылся «Мамисон» в Северной Осетии. Туристы перетекли туда. А постоянные алтайские путешественники, которые ездили сюда десятилетиями, ушли глубже — в Усть-Коксу, на плато Укок, в долину Джазатор.
Чемал стал тем, чем стала Териберка. Перевалочной фотозоной. И настоящие алтайцы её сдали.
6. Сулакский каньон
Самый глубокий каньон Европы. Бирюзовая вода, орлы, отвесные стены. На картинках — Гранд-каньон.
В реальности — другая картина. В апреле-мае 2025 в Дагестане случились два ЧП: авария катера в каньоне и массовое отравление около тридцати туристов на турбазе под Дербентом. К этому добавляется хроническое: с гор после дождей в каньон сносит мусор — пластик, пакеты, древесину. Пакеты плавают по той самой бирюзовой глади.
Дагестан в целом продолжает расти. Но постоянные путешественники по Кавказу уже год как избегают именно Сулака. Едут к озеру Кезеной-Ам, в Гуниб, в горные сёла Хунзахского района. Проблема Сулака не в самом месте, а в том, что инстаграм сделал из него штамп, штамп привёл толпу, а толпа привела беду.
И вот что важно: это типовой сценарий российского туризма последних трёх лет. Сначала вирусный пост, потом перегрев, потом ЧП, потом отток. Четыре стадии, и Сулак прошёл их все.
7. Геленджик
С Геленджиком — отдельная драма. В феврале 2022 аэропорт закрылся. Постоянные москвичи, которые двадцать лет летали туда на майские, перестроились — поехали в Сочи или в Турцию.
Открыли аэропорт только 18 июля 2025 года, почти через три с половиной года. И выяснилась неприятная штука: за это время постоянные клиенты ушли. Геленджик в 2025 принял 4,3 миллиона туристов, на бумаге это много. Но из них всё больше — однократные, а не возвращающиеся. Те, кто двадцать лет подряд снимал одну и ту же квартиру у одной и той же хозяйки на Тонком мысу, в массе своей не вернулись. И уже не вернутся: маршрут разрушен, привычка ушла, дети выросли.
8. Центральный Калининград
Самое неожиданное в списке. Калининградская область в 2025 году выросла на двенадцать процентов — рекордный рост, 2,5 миллиона гостей. А вот сам Калининград-город по итогам года потерял 19,1% постояльцев гостиниц. При этом Зеленоградск вырос на 5,8%, а маленький Балтийск — на 23,8%.
Что произошло? Постоянные клиенты, те самые, которые ездят повторно, не хотят жить в Калининграде. Хотят жить у моря. И едут сразу в Зеленоградск или в Светлогорск, минуя областной центр. Город из туристического превратился в транзитный: прилетел, забрал чемодан, поехал на побережье.
— Это нормально вообще, — пробормотала Лена. — Я бы тоже так делала.
— Вот, — сказала я. — Вы и есть тот самый турист 2026 года.
Лена закрыла яйцо в фольгу. Потом достала телефон.
— Сейчас покажу кое-что.
Открыла «Авиасейлс». Вкладка «Сохранённые»: Анталья, 12–19 июня. Двое взрослых. Тридцать восемь тысяч.
— Это для дочки. На всякий случай. Если в Сочи опять облом будет.
Я молчала. Лена тоже молчала.
Поезд шёл через Тульскую область, за окном была серая распутица. До Адлера оставалось двадцать восемь часов.
— Знаете, — сказала Лена через минуту. — Я ведь понимаю, про что вы. Мы с мужем в этом году в Карелию хотели. Не в Рускеалу. Туда уже все ездят. А в Костомукшу, на Северное.
Это был прогресс.
А вы заметили этот тренд по своему кругу? Куда ваши друзья и родители ездили десять лет подряд — и перестали? И главное: куда поехали вместо? Напишите в комментариях город «до» и город «после» — соберём народную карту.