Своим успехом "Игра престолов" обязана не только драконам и интригам, но и на людях в кадре. Для многих актёров сериал стал мощным трамплином, превратив новичков в мировых звёзд. Однако за красивой картинкой часто скрывались изнурительные будни.
Работа над проектом не всегда была в радость. Одни сцены требовали от актёров железной выдержки и выносливости. Другие стали тяжёлым эмоциональным испытанием. В этом материале вспомним несколько сцен, съёмки в которых стали для актёров настоящим испытанием на прочность.
Лансель ползёт по подземелью
Финал шестого сезона вышел мощным, и в одной из самых эффектных сцен сериала Серсея взорвала септу Бейлора под пробирающую до мурашек музыку Рамина Джавади. Для Ланселя Ланнистера эта сцена стала последней - раненый и беспомощный, он полз по подземелью, пытаясь потушить фитиль.
В кадре всё длится недолго, но для актёра Юджина Саймона съёмки превратились в изнурительный марафон. Он вспоминал, что ему пришлось ползать целый день, и работу над сценой он коротко описал как "изнурительно, мокро, потно и темно".
Серсея и Септа Юнелла
После взрыва септы Серсея перешла к личной мести. Сцена, где она пытается сломить Юнеллу вином под леденящий душу монолог, выглядит эффектно, но для обеих актрис она стала кошмаром.
Ханна Уоддингем вспоминала этот день как худший в жизни после родов. Её привязали к деревянному столу и продержали в таком виде десять часов. К физическому дискомфорту добавился профессиональный риск: Ханна не только актриса, но и певица. Она всерьёз опасалась сорвать голос из-за постоянных криков в дублях с Горой.
Лина Хиди тоже не получила никакого удовольствия. Ей было настолько тошно раз за разом обливать коллегу вином, что от чувства вины она иногда специально лила напиток мимо, стараясь хоть как-то облегчить участь Ханны.
Совместные сцены Рамси и Теона
В "Игре престолов" полно мрака, но издевательства Рамси над Теоном - это запредельный уровень жестокости. И если физически актёра никто не калечил, то психологически Алфи Аллену пришлось выложиться на полную.
Чтобы вжиться в роль сломленного человека, Алфи вытаскивал на поверхность свои самые тяжёлые личные переживания и переносил эту боль в кадр. И хотя сцены их "игр" смотрятся пугающе реалистично, сам Аллен признавался, что этот период съёмок стал для него серьёзным испытанием.
Джон Сноу верхом на драконе
В начале финального сезона Джон Сноу наконец оседлал дракона. Понятно, что такие кадры не обходятся без графики, но актёру всё равно приходится часами сидеть на специальном механическом тренажёре. Если для Эмилии Кларк полёты на "зелёнке" давно стали рутиной, то Кит Харингтон запомнил этот опыт надолго и не с лучшей стороны.
Во время одного из дублей Кит умудрился защемить часть своего... мужского достоинства в механизме "дракона". Было чертовски больно - в какой-то момент актёр всерьёз испугался, что всё закончится плохо. К счастью, обошлось без серьёзных травм, но восторга от статуса наездника у Кита явно поубавилось.
Серсея, Эллария и Тиена
Разборка Серсеи с "песчаными змейками" в седьмом сезоне стала одной из самых мрачных сцен. Пока королева упивалась местью за дочь, актрисам в подземелье приходилось бороться не только с тяжёлыми эмоциями, но и с капризным реквизитом.
Главной бедой стали цепи. Оковы то сваливались с Индиры Вармы и Розабеллы Селлерс в самый неподходящий момент, то впивались в кожу. Закончилось всё и вовсе печально: после завершения съёмочного дня Индира (Эллария) просто не смогла освободиться. Замок заклинило намертво, и актрису пришлось вызволять из железного плена с помощью пилы.
Крещение Эурона Грейджоя
В шестом сезоне "Игры престолов" борьба за власть над Железными островами потребовала от героев немалой стойкости, а от актёров - физической выносливости. Пока Теон и Яра спасаются бегством, их безжалостный дядя Эурон Грейджой принимает корону.
По суровым традициям Железнорождённых, новый правитель обязан пройти обряд крещения: буквально утонуть в морской воде и с хрипом вернуться к жизни, ведь то, что мёртво, умереть не может.
Для Пилу Асбека этот этап съёмок превратился в настоящую пытку. Чтобы сцена выглядела пугающе правдоподобно, актёр раз за разом с головой уходил в ледяную воду, при этом ему приходилось держать рот и глаза широко открытыми. Кажется, что эпизод довольно прост в постановке, но на создание этих нескольких экранных минут ушло два полных, изматывающих дня.
Трапеза Дейенерис
По суеверным обычаям дотракийцев, будущая мать должна проглотить сырое конское сердце без единого приступа тошноты - только так можно доказать, что её ребёнок вырастет сильным воином.
Само собой, Эмилии Кларк не предлагали сырое мясо. Реквизиторы подготовили гигантский муляж из затвердевшего джема. Звучит как своеобразный десерт, но сама актриса позже признавалась, что на вкус эта субстанция напоминала сырые макароны, щедро приправленные отбеливателем.
Худшим в этом процессе стал масштаб. Для идеального кадра Кларк пришлось поглотить двадцать восемь таких фальшивых сердец. Желудок актрисы с трудом выдержал подобную химическую нагрузку, зато съёмочная группа получила безупречные эмоции. Эмилии даже не пришлось выдавливать из себя страдания - её отвращение и физические муки в кадре были настоящими.
Битва за Винтерфелл
Вся третья серия последнего сезона полностью посвящена грандиозному столкновению с армией мёртвых. Постановка Битвы за Винтерфелл обернулась настоящим испытанием на прочность для всего актёрского состава и технической команды.
Съёмочный процесс длился одиннадцать изматывающих недель. Работа шла исключительно по ночам на фоне пронизывающего холода. Смена начиналась в шесть вечера и заканчивалась только в пять утра. По словам Джейкоба Андерсона, сыгравшего Серого Червя, уже к третьей неделе этого ледяного марафона люди были полностью истощены - как физически, так и морально.
Режиссёр эпизода Мигель Сапочник позже заявлял, что ни при каких обстоятельствах не согласился бы пережить этот опыт заново. Постановщики трюков вторили ему, разгребая бесконечную лавину логистических и технических проблем на площадке.