Сначала мне казалось, что эта тема касается в основном молодых людей, начинающих свой путь с ориентацией на короткие видео из соцсетей. Но затем я понял, что она несколько шире и может затрагивать буквально любые возрасты. Это тема проявления, желания восхищать и восхищаться. Тема того, как мы предъявляем себя миру и что на самом деле стоит за этим предъявлением.
Часто, наблюдая, как люди калечат себя татуировками, пирсингом и прочими телесными «улучшениями», хочется понять: что ими движет? Зачем идти на опасные, безусловно имеющие последствия апгрейды? И тут, наверное, стоит разделить тех, кто следует «моде» и просто ещё не понимает себя, и тех, кто хочет улучшить уже сложившиеся обстоятельства, пребывая в заблуждении, что всё дело во внешности.
Первые: в погоне за миражом
Начнём с первых. И сразу хочется вспомнить про такое когнитивное искажение, как «относительная депривация». Это только звучит сложно. На самом деле суть его в том, что мы оцениваем себя хуже других. И здесь мы получаем весь набор биологических обоснований: чувствуя себя в более проигрышной позиции, мы испытываем негативные эмоции, потому что ощущаем себя менее значимыми, менее привлекательными, менее нужными — практически отверженными. В юном возрасте это особенно тревожно, когда только зарождается становление «себя» в мире, формируется самооценка и оцениваются свои шансы на будущее.
Почему это когнитивное искажение включается? Сейчас весь мир сосредоточен у подростка на экране смартфона. В нём нет настоящих людей, а только образы. Люди показывают себя в лучшем свете, выбирая лучшее из возможных представлений о себе, обрабатывают через ИИ и выставляют в режиме нон-стоп, как нечто обыденное, как то, что является основным наполнением их жизни. На этих фото и видео люди всегда красивы, умны, талантливы, здоровы, бесконечно путешествуют, посещают все возможные мероприятия одновременно и очень популярны. Но даже самые креативные не могут делать это 24 на 7. Физиология. Однако тот, кто потребляет контент, потребляет его из разных источников, и пока отдыхают одни суперзвезды, другие стараются вовсю.
Листая ленту, подросток погружается в ощущение, что все и всё время находятся в таком вот прекрасном мире. Все, понятно, кроме него. Это рождает фрустрацию и вот эти вот все ощущения никчёмности, о которых я писал выше. Чтобы как-то компенсировать, подтянуть себя к этому Олимпу, подросток (от 10 до 35 лет) копирует форму подачи. То есть не скиллы он подтягивает, а то, что видит. Он работает не над уверенностью, которая позволяет авторам выходить в свет, а над образами, которые, как ему кажется, и есть причина уверенности. И тут, как говорится, кто во что горазд: татуировки, дырки в ушах, губы, зубы, другие части тела. Всё, чтобы быть таким же уверенным и «крутым».
Развенчание мифа красоты
А ведь можно просто работать с уверенностью. Давайте развенчаем миф красоты: нет никаких универсальных красоток и красавцев. Есть объективные биологические критерии (здоровье и гигиена) и есть культурные (женщины Рубенса и тощие «чики нулевых»). Да, можно поговорить про симметрию лица, про рост, про интеллект. Но всё это разбивается об обычную статистику: будь ты хоть кто, ты не можешь понравиться всем. Какой-то устойчивый процент (примерно каждый десятый) из тех, кто нравится тебе, ответит тебе взаимностью. Потому что есть ещё много других обстоятельств, которые притягивают людей друг к другу: ум, доброта, сила, ответственность.
Единственное, что однозначно привлекает взгляд — даже не самих людей, а именно взгляд — это поведение. Уверенность в себе, глубинное знание, что ты достоин быть с тем, кто тебе нравится, — всё это считывается подсознательно.
Почему так происходит? С точки зрения нейробиологии, наша лимбическая система — древний сканер угроз и социальных сигналов — за миллисекунды анализирует не статичную картинку лица, а микродинамику тела. Когда человек внутренне уверен, его поза открыта, мышечные зажимы минимальны, движения плавны и экономны. Зеркальные нейроны наблюдателя считывают это состояние как «безопасный, сильный, ресурсный» — и выдают ему бессознательную команду: «С этим человеком стоит быть рядом». Это биология выживания: уверенный — значит способный позаботиться о потомстве и защитить. Именно поэтому можно иметь какие угодно размеры частей тела, но при этом быть неотразимым. Потому что это идёт изнутри.
Вторые: зеркало, которое врёт
Теперь о вторых — о тех, кто недоволен собой не из подражания моде, а из глубинного ощущения, что «всё надо менять». На самом деле здесь стоит говорить о механизме проекции.
Весь наш мир — это вынесенный вовне внутренний образ, в котором, как в зеркале, отражаемся мы сами. И если что-то нас не устраивает в сложившемся положении вещей, то скорее всего мы захотим это изменить. И люди с возрастом, научившиеся понимать, что изменения всегда начинаются с себя, с себя, собственно, и начинают. Только меняют не то.
Во-первых, не все понимают, что желание себя улучшить — это на самом деле проблемы с обстоятельствами, в которых они оказались. Но подсознательно они это чувствуют и хотят с этим что-нибудь сделать. Часто смена работы, места жительства, привычек и прочего решает вопрос с внешностью гораздо эффективнее любых инвазивных вмешательств. «Ты так похорошела!» — слышат люди, которые съездили в отпуск. Это вот тот самый эффект. Только временный.
И отсюда во-вторых: внешние изменения меняют не только ландшафт за окном, но и автоматизмы, совокупностью которых мы, собственно, как личность и являемся. Чтобы что-то фундаментально изменить, нам нужно изменить наши способы жизни, реакции, внутренние правила, убеждения. Меняя свой мир, мы меняем и себя. Действительно меняем — а не губы накачали и иероглифы набили. И эти изменения дают нам то самое ощущение радости и уверенности в себе. Потому что только сильный, красивый, умный и устойчивый человек способен на такую внутреннюю трансформацию. И другие это тоже «считывают».
Лёгкий путь, который не работает
Всегда можно пойти лёгким путём: что-нибудь отрезать, пришить, покромсать, поцарапать и таким образом болью снять тревогу от внешней неудовлетворённости. Но этот путь не работает. Он делает человека зависимым от аутоагрессивного поведения — причинения себе боли. Каждая новая татуировка, каждый новый прокол на короткое время дают всплеск эндорфинов (организм отвечает естественным обезболиванием на микротравму) и иллюзию контроля: «Я изменил себя, я стал другим». Но фундаментально это не решает вопрос. Именно поэтому татуировки расползаются по телу, а процедуры становятся всё чаще. Это догоняющий механизм: тревога возвращается, и требуется новая доза «обезболивания».
Базовая комплектация
А по-настоящему удовлетворяющий путь начинается с принятия себя и тех возможностей, которые вам всегда были доступны в базовой комплектации.
Вам не нужно становиться кем-то другим, чтобы быть замеченным, оценённым и любимым. Вам нужно лишь перестать смотреть на мир через искажённую линзу чужих образов и увидеть себя настоящего. Не совершенного — но живого. Не обработанного фильтрами — но способного смотреть в глаза собеседнику без страха и позы.
Уверенность не рисуется на коже. Она прорастает изнутри, когда вы начинаете действовать: осваивать новое, говорить «нет», заявлять о своих желаниях, принимать отказы без самоуничтожения, выдерживать паузы, быть видимым без маски. Это больно? Да. Но это боль роста, а не боль самоистязания. И именно она ведёт к настоящей, а не нарисованной красоте.
Записаться ко мне онлайн можно на сайте сервиса по подбору специалиста «Прием»: https://priem.com/profile/10180/career
Узнать больше о психологии и мышлении можно на сайте Академии: https://ai.edpsychology.academy/dnevnik/s~D5fPd3