У Оли была талант - она сочиняла песни. Раньше, молоденькой девушкой, она даже выступала со своими песнями на вечерах в институте. А теперь - вышла замуж, и всё куда-то исчезло. И вечера, и концерты, и песни. Иногда, когда мужа не было дома, она брала гитару, и начинала брать аккорды, наигрывая непонятно откуда взявшийся в голове ритм. И тут же – сами собой – в голову приходили слова песни.
Вот и сейчас, после того, она как пришла с работы, руки, почему-то, сами потянулись к запылённому инструменту, который давно висел на стене без дела.
Взяла, тряпочкой смахнула пыль, аккуратно положила левую руку на лады, правой несколько раз тренькнула по струнам, и в голове сразу появилась строчка пока ещё не сочинённой песни: «Время движется к разводу…»
И в это же время в прихожей щёлкнул замок.
- Как всегда, он пришёл не вовремя… - пробормотала Оля, продолжая тренькать на гитаре.
- Ты что, за старое взялась? – раздался из прихожей недовольный голос мужа. – Больше заняться нечем?
- Толик, я между-прочим, только что сама с работы пришла, - нервно ответила жена, не выпуская гитары из рук. – У меня сегодня был тяжёлый день.
- Тем более, - муж стоял в дверях и с укором смотрел на жену. – Могла бы поставить греть ужин.
- Я очень устала.
- А на гитаре играть – не устала?
- Я взяла её, чтобы успокоить нервы.
- Ты взяла её, чтобы поиграть на моих нервах. Ты же знаешь, как я отношусь к этой твоей игре?
- Я взяла гитару первый раз за последние полгода! – изо всех сил пыталась защищаться Оля.
- Не оправдывайся! – Толик прошёл на кухню, и нервно стал греметь посудой. – Ты когда-нибудь дождёшься, и я твою гитару кому-нибудь отдам.
- И я сразу куплю себе новую!
Муж выглянул из кухни, и с удивлением уставился на супругу.
- Не понял. Тебе что, гитара важней мужа?
- Толя, как ты не понимаешь? Гитара для меня – это проводник.
- Чего?
- Ты же знаешь, что я сочиняю песни.
- Господи… - усмехнулся он. – Не смеши меня. Если бы ты зарабатывали на этом, я бы ещё мог смириться. Но просто так заниматься этими глупостями – удел неудачников.
- Ещё раз говорю – гитара мой проводник. Через неё я разговариваю с небом.
- Скажи ещё – с Богом.
- Да. И скажу. Потому что небо и Бог – это одно и то же. Между прочим, слова моих песен ко мне приходят сами - просто так. Я даже не напрягаюсь.
- Поэтому твои песни - бездарны! – резко воскликнул Толик, и посмотрел на жену так, что казалось, она должна была испугаться.
Но произошло всё ровно наоборот. В этот раз Оля на ненавидящий взгляд мужа ответила странной улыбкой.
- А ты знаешь, Толик, мне, пока тебя не было, в голову пришла странная строчка новой песни.
- Откуда пришла?
- Я же объясняю – с неба. Хочешь узнать, что это за строчка?
- Нет, не хочу.
- А зря. Она звучит вот так: «Время движется к разводу. С каждым вздохом - всё быстрей…» Что в этой песне будет дальше - я ещё не знаю, но… Как тебе? Понравилось?
- Очередная белиберда.
- Зря ты так говоришь. – Оля печально вздохнула. – Эта строчка пришла неспроста. Она – кармическая.
- Что?
- И провидческая.
- Хватит говорить чушь! – с раздражением бросил муж. – Бросай свою гитару, и марш на кухню! Я есть хочу.
- А я хочу дописать песню.
- Оля, не зли меня.
- Толик, а ведь, правда же, наше время движется к разводу. Неужели ты этого не замечаешь?
- Думай, что говоришь.
- Я думаю. Время движется к разводу. С каждым вздохом – всё быстрей. Мы промучились два года. Это - сколько будет дней? – Оля смотрела на мужа глазами, полными тоски. - А, Толик? Триста шестьдесят пять дней помножить на два... Семьсот тридцать дней и ночей я притворялась, что люблю тебя…
- Притворялась? – До Толика только сейчас стал доходить смысл всего этого странного разговора. – Оля, ты что говоришь?
- Правду, Толя. Правду. Я ведь думала, что смогу победить в себе желание творить. Тем более что тебе моё творчество совсем не нравится. Мне казалось, что это поможет смириться и стать женой, которая смотрит в рот мужу. Но чем больше ты запрещал мне быть собой, тем больше я отдалялась от тебя.
- Оля! – испуганно воскликнула муж. - Замолчи немедленно! Ты понимаешь, что ты сейчас делаешь?
- Я сочиняю песню, Толя.
- Какую ещё песню?!
- Песню, которую ты уже заранее ненавидишь. Ты же все мои песни ненавидишь, а эту - тем более. Но она – чистая правда. Помнишь, у меня есть старая-старая песня? Сейчас, я тебе напомню. Оля заиграла на гитаре и запела: «Всё что выросло на обмане – чистой правдой уже не станет. Я жалею о том, что было, то - что не было - не зову. Жили-были, я оглянулась – время горькие дни листает. Жили-были, я испугалась, то, что завтра – опять совру…» - Оля замолчала, и ещё раз спросила: - Помнишь эту песню?
- Нет… - хмуро ответил муж.
- Так вот, Толя. Я устала врать. Пора нам завершать нашу совместную печальную песню. Завтра же я подам на развод.
В комнате повисла страшная, мрачная пауза.
- Ты твёрдо это решила? – наконец, упавшим голосом спросил Толик.
- Ну, конечно. Из песни, даже - грустной, слов не выкинешь.
- И ты помнишь, что это квартира – моя собственность? Тебе придётся отсюда уйти.
- Ещё бы. Конечно, помню. Но ты не переживай, я заберу только свои личные вещи и эту гитару. И уйду я прямо сейчас. Быстро соберусь, и позвоню маме, чтобы застелила мне диван. А ты ужинай, Толик. Ужинай. Мои песни закончились, и больше я тебя ничем не потревожу.
Они расстались тихо. Когда Оля, уходя навсегда, закрывала за собой дверь, ей в эту минуту показалось, что она была у Толика всего лишь в гостях. Просто, задержалась, зачем-то, на целых два года. ©
Всем моим дорогим читателям - радости и душевного тепла! Давайте вместе делать этот мир добрее!
Обнимаю. Ваш А. Анисимов