1990 год, Сан-Франциско, открытая площадка в парке, 30 тысяч зрителей в смокингах и вечерних платьях, прямая телетрансляция на всю Америку .
Именинник — великий скрипач Айзек Стерн, которому стукнуло 70. Гости — сливки мирового искусства. Специально приглашённый гость — актёр Грегори Пек, легендарный Аттикус Финч из «Убить пересмешника». В программе — сюита «Карнавал животных» Сен-Санса. Пек должен читать трогательный текст о том, как Стерн встретил свою жену Веру и сравнил её с белым лебедем.
И тут на сцену выплывает она.
Крупноватая «балерина» в пачке, белом трико, диадеме и пуантах 43-го размера . Спиной к залу, плавно взмахивая руками, пародируя Майю Плисецкую. «Лебедь» доходит до виолончели, садится, широко расставляет ноги в трико… и вдруг начинает играть «Умирающего лебедя» Сен-Санса.
Зал в шоке. Оркестранты думают: «Старая подруга Стерна, наверное, балерина в возрасте решила поздравить». Никто не смеётся .
«Лебедь» делает паузу. Встаёт. Снова «плывёт» к ящику с канифолью, смачно натирает смычок и дует на него. И тут зал взрывается. Потому что все наконец узнают в «балерине» Мстислава Ростроповича — величайшего виолончелиста современности, главного дирижёра Вашингтонского оркестра, друга Стерна .
Овации такие, каких, по признанию маэстро, у него не было никогда.
КАК ЭТО БЫЛО ЗАДУМАНО
Операция по розыгрышу готовилась как спецоперация .
Ростропович поставил организаторам ультиматум: он приедет, только если никто не будет знать — ни публика, ни оркестр, ни сам Стерн. Ему нужен отдельный отель, отдельная машина, а также портниха и сапожник из оперного театра. Когда приехали и сняли мерки, сапожник офигел — пуанты 43-го размера он ещё не шил .
За пять часов до концерта Ростропович тайно прибыл на площадку, закрылся в отдельной комнате и отдал себя в руки гримёров. А потом совершил контрольный выход в… женский туалет. Чтобы проверить реакцию дам. Подошёл к зеркалу, поправил диадему. Никто не обратил внимания — приняли за свою .
На сцене тем временем разворачивался спектакль. Концертмейстер виолончелей симулировал приступ боли, схватился за живот и «уполз» за кулисы, оставив инструмент. Три доктора из публики бросились его спасать . Пианист получил указание играть вступление к «Лебедю» по кругу — «та-ра-ри-ра, та-ра-ри-ра» — хоть полчаса. И он играл. Играл долго. Очень долго .
Зрители уже начинали нервно ёрзать. И тут из-за кулис выплыло Оно.
ФИНАЛ: ДРУГ ОБИДЕЛСЯ
Ростропович доиграл номер под бешеный рёв толпы. Но главная драма разыгралась за кулисами.
Вера Стерн, жена юбиляра, позже рассказала Ростроповичу, как всё прошло на самом деле. Айзек Стерн хохотал так сильно, что… ну, в общем, обмочился. Смех был настолько мощным, что контроль над организмом был потерян .
Но это полбеды. На следующее утро все главные газеты Америки — The New York Times, Los Angeles Times, Washington Post — вышли с фотографиями… балерины Ростроповича в пачке. Ни одного портрета Стерна. У 70-летнего юбиляра украли весь хайп.
«Разумеется, Айзек на меня обиделся», — рассказывал потом маэстро .
А ВЫ КАК ДУМАЕТЕ?
Это была гениальная дружеская шутка или виолончелист просто перетянул одеяло на себя?
Друзья познаются в беде. А в юбилей?
#Ростропович #Стерн #ГрегориПек #классическаямузыка #историяодногофото