Ровно 46 лет назад 7 мая 1980 года мы с Малышом отправились домой, но не все было гладко, особенно со мной. Уже несколько человек отправились на дембель, а мы...Уж лето близится, а дембеля все нет.
До лета, правда, еще далеко, только начался май, но и дембель пропал с горизонта. Угроза ротного, посадить на гауптвахту после того, как весь призыв уйдет домой, не пугала но и не радовала. - Малыш, ты помнишь тех "партизан", что в нашей роте ночевали? - А что с ними? - Да там такие мужики, лет под 40 были, я на тумбочке как раз стоял, когда они в роту поднимались и каждый спрашивал у меня - Стакан есть? Может Божик меня хочет в армии оставить, пока мне лет 50 не стукнет. И тогда уже хочешь не хочешь, придется меня отпустить домой.
Или мне в менты податься, как нашему хлеборезу Притуле? Буду нашего Божика в городе отлавливать и штрафовать, штрафовать. - перебирал я различные варианты - Блин и майор наш в отпуск некстати ушел. Будем с тобой куковать тут до лета. Езжай может, один. Так ведь добром, ротный не отпустит, пока всю кровь не выпьет.
Ротный говорил Малышу, только скажи и сразу же поедешь домой, а вот твой друг останется еще на 2 недели после всех. Посажу я его в одиночку и пусть там сидит. Но увидев мою улыбку, передумал, а, нет, зачем в одиночку, продолжал свою речь капитан, в общую посажу, чтобы его гоняли полы мыть в штабе...
И вот, сидя на лавочке около нашей станции, под теплым весенним солнцем, мы лениво вели беседу, вернее говорил я, а Малыш вынашивал какой-то план. Потом он сорвался с места, минут через 30-ть вернулся довольный - Я кляузу на Божика накатал в политотдел - сообщил он радостно - Пусть и ему служба медом не кажется.
Но и это нам не помогло, ротного, конечно, стали таскать в политотдел, но он уперся рогом. Еще и его жена стала плакать, она у нас была телефонисткой. - Я ему всю плешь дома проела, чего ты к хорошим ребятам прицепился, разве у тебя нет в роте натуральных разгильдяев. Только, ведь, к Москве перебрались, хочешь опять на Север, к белым медведям? Малыш, забери письмо - говорила она. Но и он уперся.
Крови мы ротному попортили, конечно, а дело не двигалось. До сих пор сам удивляюсь, что он так на меня взъелся - пьяным не ловил, в самоходе не был, в нарядах регулярно. Отличник боевой и политической и прочее прочее. Не хамил, просто иногда вставлял едкие замечания, но за это я из нарядов не вылазил. Строго через день на ремень, если не дежурил на станции или не был в командировке.
И вот наступило 7 мая - День радио - наш праздник. С самого утра Малыш пел и плясал - Сегодня домой поедем. А что, было бы здорово - 7 мая призвали и 7-го уйти, ровно 2 года. Я в этот день дежурил на коммутаторе, до 14-00.
- Давай майора Курского поздравим - предложил он, когда мы подошли к телефонной станции, - пора и ему пошевелиться. Я соединил его с квартирой Курского. Майор поблагодарил за поздравление и сразу догадался, чего мы от него ждем - Сейчас подойду. Жил он рядом с частью. Они с Малышом вдвоем ушли в штаб, а я смотрел в окошко, чем все это закончится. Прошло совсем немного времени и вот он, бежит по дорожке Малыш, в руке две бутылки белой и кричит - Домой, домой!!! 46 лет прошло, а помню до мелочей.
Позвонила телефонистка, которая должна была меня заменить с просьбой задержаться, но я сказал, что нам нужно сегодня уезжать и вот она, всегда приходившая на смену строго минута в минуту, в этот день пришла даже раньше.
Потом было получение документов, переодевание в гражданку, прощальное застолье дома у майора и вперед.
А как было у других?
Простой человек:
Весна, с части можно было выбраться вертолетом. Нам, залетчикам, увольняющемся в последней партией наконец то выдали документы и сняли с довольствия, счастье было неописуемое, друганы уже дома, кто то уже почти месяц, а мы чалимся в части и вот завтра домой.
А завтра непогода, дожди, вертолетам не дают неба и мы еще три дня просидели в части, время остановилось, более долгих дней не было в моей жизни, впрочем два года армии, тоже казались вечностью.
Александр Г.:
Нач. штаба обещал как специалиста задержать, враг номер один был. Со всеми офицерами на отлично а с этим ну не как. а в итоге дембельнулся даже месяц не дослужив))) в первой партии.
Максим Ковалев:
Дембель неизбежен,,,,,,Меня со списков убрали три раза , Попал в списки , привезли на аэродром , а там парни 5-ый день в палатках погоду на Союз ждут. Мы ночь сидя провели чтоб не помяться, Утром пришли борта с молодняком, Солнечный Кишинев встретил нас хорошей погодой, ГСВГ 84 осень.
Игорь Ватолкин:
СГВ ноябрь 1984 привезли на аэродром 10 ноября а там люди с 5 ноября сидят туман по всей Польше ни одного борта не прилетело даже сухпай доели до последней галеты. Нам повезло на следующий день улетели в Минск
Принцип формирования команд на отправку до сих пор тёмный лес .В команду на Саратов который 400 км. от дома не попал, а на Минск который в 1400 км. от дома нормально. А залетчиков отправили последней партией на Кишинёв не зависимо от места призыва. Если б этих редисок* командиров заставили из своего кармана платить дорогу что выше 500 км то и бардака такого не было.
- Еще одно вспомнилось, это уже о прибытии в родной город.
Сам я призывался и приехал на дембель в город расположенный в Средней Азии. Но с этой стороной жизни знаком не был. Наш городок Учкудук всего на год старше меня и населяли его в те времена приезжие со всех сторон, тогда еще необъятной Родины. Уже позже, бывая в аэропортах и на вокзалах, я обратил внимание, что для таксистов, нет важней клиента, чем дембель.
Да, было такое время, когда тебя не встречали таксисты, крутя на пальце ключи от машины. Чтобы проехаться на такси нужно было иногда отстоять очередь. А вот появление на привокзальной площади солдата, вызывало бурную реакцию водителей. Они неслись к нему со всех сторон и готовы были его разорвать на части. Такое поведение меня удивляло и я расспросил друзей и знакомых, об этом феномене. Все оказалось прозаичным и простым.
Таксиста, привезшего к родному дому, солдата, родители одевали почти с ног до головы. Полагался национальный халат, головной убор и поясной платок. Это обычно, бывали и более крутые подарки, понты ни кто не отменял. Кому охота, чтобы твою скупость обсуждали? А здесь мнение соседей, всегда учитывалось и рисковать ни кто не желает.
Кроме вещей полагалось и денежное выражение радости, за доброе дело. Сумма, естественно, многократно превышала ту, что показывал счетчик. В обычной-то жизни таксометр стоял просто так, правда он включался, но стоимость поездки нужно было обговаривать заранее. А в этом случае иногда и расстояние нужно было проехать, совсем небольшое. Но и дембель не мог прийти домой пешком, опять же из за пресловутого мнения соседей. А таксист одной этой ходкой обеспечивал себе дневной или даже больше заработок. Отсюда и рвение.
