Аналоговая эпоха: «Гранит» и его предки
Когда мы говорим о спецсвязи, о засекречивающей аппаратуре, о шифровании — возникает соблазн представить себе что-то футуристическое. Мигающие лампочки, сложные коды, компьютеры, которые считают быстрее, чем враг успевает моргнуть.
До того как в СПС пришли цифровые технологии, основным средством защиты переговоров были аналоговые системы засекречивания. Их называли по-разному: скремблеры, инверторы, «крякалки». В Советской армии самой массовой серией таких аппаратов была «Гранит».
«Гранит» — это не компьютер. Это даже не полупроводниковая электроника в современном понимании. Это — аналоговая техника. Транзисторы, конденсаторы, резисторы. Схемы, которые можно было спаять в полевых условиях, если есть паяльник и прямые руки.
И «Гранит» работал. Плохо, по современным меркам. Уязвимо. Но — работал.
Как работали аналоговые скремблеры
Чтобы понять принцип работы аналогового скремблера, представьте себе обычный разговор. Ваш голос — это звуковая волна. Она имеет определённую форму, определённый частотный состав.
Скремблер берёт эту звуковую волну и… переворачивает её. Буквально. Высокие частоты становятся низкими, низкие — высокими. Или — сдвигает частоты по определённому закону.
На приёме происходит обратное преобразование. Высокие снова становятся высокими, низкие — низкими. И вы слышите нормальный голос.
Перехватчик, если он просто слушает эфир, слышит не голос, а странный шум. Напоминающий кряканье. Отсюда — народное название «крякалка».
Казалось бы — гениально просто. И действительно, в 1960–1970-е годы такие системы были прогрессом. Они позволяли защитить переговоры от случайного прослушивания и от большинства радиолюбителей.
Но у «крякалок» был огромный недостаток. Они были предсказуемы.
Почему «Гранит» был уязвим
Любой аналоговый скремблер — это не шифрование в современном смысле. Это преобразование сигнала по известному алгоритму. Алгоритм — не секрет. Он запаян в схему. И если у перехватчика есть такой же аппарат (или он знает, как работает ваш), он может восстановить исходный голос.
Более того, в 1980-е годы появились методы взлома аналоговых скремблеров без знания алгоритма. С помощью цифровой обработки сигнала. Ты записываешь «крякающий» эфир, прогоняешь через специальную программу — и через несколько минут слышишь чистый голос.
Сначала это было дорого и сложно. Нужны были мощные компьютеры (по тем временам) и квалифицированные специалисты. Но к 1990-м годам такие технологии стали доступны не только спецслужбам, но и хорошо финансируемым боевикам.
В Чечне у боевиков не было своих лабораторий по взлому скремблеров. Но у них были спонсоры. Были связи с зарубежными эмиссарами. И была информация — от перебежчиков, от пленных, от купленных осведомителей.
Поэтому к 2000 году «Гранит» уже не обеспечивал реальной защиты. Его можно было взломать. Вопрос был только во времени и ресурсах.
Но «Гранит» продолжали использовать. Потому что альтернативы не было.
«Гранит» в моей практике
Я работал с аппаратурой, которую называли «ЗАС». Но была ли это конкретно «Гранит» или что-то другое — не знаю. В уставе это называлось «аппаратура засекречивания». Конкретных моделей нам не объявляли. Сказали: «Вот кнопки. Нажимайте так. Не нажимайте эдак. Запомнили? Всё».
Я помню, что аппарат был металлическим, тяжёлым, с тумблерами и лампочками. Зелёный. В старом советском стиле. В нём не было экранов, не было клавиатуры — только кнопки включения, выключения, индикаторы готовности.
Когда он работал, из него доносилось еле слышное гудение. Трансформатор, наверное.
И он периодически ломался. Тогда приходил техник — прапорщик с чемоданчиком. Открывал аппарат, копался внутри, вытаскивал какие-то блоки, вставлял новые. Иногда помогал простой способ: выключить, подождать минуту, включить снова.
Это — классика аналоговой техники. Она не «зависает», как компьютер. Она или работает, или нет. Или гремит, или молчит.
Что было до «Гранита»
До «Гранита» в Советской армии использовались ещё более старые системы.
Например, «Лавина» — одна из первых советских ЗАС для правительственной связи. Громоздкая, капризная, требовала специально обученного персонала. Использовалась в основном в Москве и крупных штабах.
Была «Сосна» — полевая версия, для подвижных узлов. Но к концу 1970-х годов она устарела.
Были и другие, совсем экзотические. Например, системы, основанные не на частотном преобразовании, а на временном — когда голос резался на микроскопические кусочки и эти кусочки передавались в разной последовательности. На приёме — собирались обратно. Это было сложнее в реализации, но и надёжнее.
Однако к 1980-м годам стало ясно: аналоговые методы защиты — тупик. Нужна цифра. Нужно настоящее шифрование. Нужны ключи, которые можно менять, алгоритмы, которые можно усложнять.
Но переход на цифру занял десятилетия. Денег не было. Промышленность не успевала. Квалифицированных кадров не хватало.
Поэтому в 2000 году в Чечне, на многих узлах связи, ещё стоял «Гранит». Или его аналоги. И боевики, возможно, могли их взломать.
Нам об этом не говорили. Мы верили, что ЗАС — надёжна. Что враг не слышит. Что мы защищены.
Верить — это важно на войне. Даже если вера не всегда соответствует реальности.
Почему аналоговые системы дожили до 2000-х
Может возникнуть вопрос: если «Гранит» был так уязвим, почему его не заменили раньше?
Ответ — как всегда в России: денег не было.
В 1990-е годы армия разваливалась. Военные заводы стояли. Зарплаты не платили. Новые разработки замораживались. То, что удавалось произвести, шло в первую очередь в ФСО и Генштаб. В полевые части — только остатки.
Когда в 1999 году началась Вторая чеченская, руководство бросило ресурсы на оснащение войск. Но за год-два невозможно переоснастить всю армию. Поэтому в Чечню поехали с тем, что было.
«Гранит» был. Он был старым, но работал. Он давал хоть какую-то защиту. И его можно было чинить в полевых условиях — паяльником, отвёрткой, прямыми руками.
Цифровые ЗАС («Акведук», «Арбалет») были лучше. Но их было мало. Они доставались приоритетным направлениям — штабу группировки в Ханкале, крупным узлам в Моздоке, возможно — отдельным бригадам.
В нашей 46-й ОБРОН, кажется, были и те, и другие. Я точно не помню. Но я помню, что аппаратура была старой — зелёной, тяжёлой, советской. Значит, «Гранит» или его родственники.
Одна история о «Граните»
Однажды мне рассказал сослуживец. Он не был техником. Он не ремонтировал ЗАС. Но он видел, как это делают.
«Однажды наш «Гранит» (или что там было) перестал работать. В середине смены. Погасли лампочки. Каналы связи пропали.
Я позвал дежурного прапорщика. Он посмотрел, пощёлкал тумблерами — ноль эмоций.
— Сгорел блок питания, — сказал он.
Полез в аппарат, вытащил какой-то тяжёлый блок. Металлический, с рёбрами охлаждения. Унёс его в соседнюю палатку — там был склад запчастей.
Через час вернулся с другим блоком. Вставил. Включил. Загорелись лампочки. Каналы связи появились.
— Всё, — сказал прапорщик. — Работайте.
Я спросил: «А часто они горят?»
— Бывает, — ответил он. — Трансформаторы старые. Изоляция сохнет. Конденсаторы текут. Надо бы новые закупить, да где ж их взять…»
Вот так. Война в Чечне, боевое дежурство, секретная связь — а аппаратура на ладан дышит. Трансформаторы сохнут, конденсаторы текут, прапорщик колдует с блоком питания, как сельский электрик с лампочкой в сарае.
Это — не позор. Это — реальность 2000 года. Страна выходила из кризиса. Армия училась воевать по-новому. И техника, с которой мы воевали, была старой, но верной. Она нас не подводила. В самый ответственный момент — не подводила.
Что осталось от аналоговой эпохи
Сегодня, через двадцать с лишним лет, аналоговые скремблеры ушли в прошлое. Даже в самых отсталых армиях их заменили цифровые системы. В России тоже.
Но память о «Граните» и его предках жива. Жива в старых солдатских байках. В учебниках для связистов. В музеях военной связи.
И — в этой книге.
Потому что без «Гранита» не было бы «Акведука». Без аналогового прошлого — цифрового настоящего.
И потому что на «Граните» работали люди. Мои предшественники в Афганистане. Мои сослуживцы в Чечне. Те, кто делал свою работу — пусть с устаревшей техникой, пусть не идеально, но — делал.
И без них не было бы победы. Какой бы спорной эта победа ни была.
С другими материалами автора Вы можетте ознакомиться по ссылкам:
1) Анатомия Первой Чеченской войны: 1994-1996. История конфлиткта. Публицистика. https://www.litres.ru/73850038/
2) Мирный воин. Записки о второй Чеченской компании. Мемуары.: https://www.litres.ru/71526550/