В своей психологической практике я часто вижу, как люди годами ходят по одному и тому же кругу, чувствуя себя загнанными в угол, но не понимая, как оттуда выйти. Сегодня мы поговорим о том, что отравляет жизнь незаметно, словно тонкий яд, подмешанный в любимый напиток. Мы поговорим о синдроме жертвы. Я не буду грузить вас сложными конструкциями, мы пройдем этот путь мягко, но глубоко, заглянув в самые корни проблемы и найдя настоящий выход через схема-терапию.
Когда я говорю о состоянии жертвы, я не имею в виду реальное попадание в беду. Я говорю об устойчивом психологическом состоянии, при котором человек ощущает себя объектом воздействия злых сил, обстоятельств или других людей. Жертва – это тот, кто терпит, тот, кто не зависит от себя. Это внутреннее переживание беспомощности, тотальной несправедливости мира и собственной неспособности влиять на события. Психологическим термином это называется виктимность. Симптомы этого состояния часто маскируются под характер человека, но на самом деле они кричат о глубокой внутренней боли. Первое, что бросается в глаза профессионалу — это внешний локус контроля. Простыми словами, это ощущение, что руль вашей жизни находится не у вас в руках, а у начальника-самодура, государства, погоды, мужа-абьюзера или кармы. Вы слышите от человека постоянные жалобы на жизнь, но при этом любое предложение помощи разбивается о фразы «да, но…» или «ты не понимаешь, это бесполезно».
Представьте себе мою клиентку, назовем ее Анна. Она приходила ко мне с запросом на то, как переделать своего мужа, который, по ее словам, портил ей жизнь своим равнодушием. Анна рассказывала, что чувствует себя пустым местом, что все выходные она тратит на уборку, пока он лежит на диване, и что она совершенно разбита. Но когда мы начали разбирать ситуацию, выяснилась удивительная вещь: на любое предложение мужа нанять домработницу или поехать в отпуск она отвечала обидой и отказом, утверждая, что он просто хочет от нее откупиться. Налицо был еще один симптом — рентная установка. Это бессознательная выгода от страдания. Как бы странно это ни звучало, позиция жертвы дает человеку ощутимое моральное право требовать внимания, заботы и не брать на себя ответственность за сложные решения. Анна не хотела терять ту сакральную власть «несчастного человека», перед которым все вокруг вечно виноваты.
Мудрость здесь заключается в понимании, что это не врожденная вредность. Это крик о помощи. Причины синдрома жертвы почти всегда уходят корнями в детство, в ту самую почву, где формируются наши базовые представления о себе и мире. В схема-терапии, которую я так люблю за ее структурность и глубину, это называется ранними дезадаптивными схемами. Это эмоциональные ловушки, заложенные в нас значимыми взрослыми. Если ребенка чрезмерно опекали, подавляя его волю, у него формируется схема «Беспомощности». Мир начинает казаться угрожающим, а сам себе он видится неспособным выжить без опоры. Если же на ребенка возлагали непосильную ношу ответственности, требуя быть взрослым не по годам, или, что еще страшнее, применяли насилие, активируется схема «Жертвенности» или «Покорности». Ребенок усваивает, что для того чтобы получить любовь, нужно принести себя в жертву, отказаться от своих потребностей и терпеть. Жизненный пример — это маленький мальчик, которому пьющая мать говорила: «Ты единственная моя радость, не бросай меня, терпи мои срывы, ведь я тебя родила». Вырастая, такой мальчик, а потом и мужчина, будет подсознательно искать женщин, которых нужно спасать, снова и снова попадая в треугольник Карпмана, где он из спасателя неминуемо превратится в жертву.
Треугольник Карпмана — это то драматическое действо, которое крутится в голове у человека с синдромом жертвы. Там всегда три роли: Жертва, Преследователь (тиран) и Спасатель. И самое интересное, что мы бегаем по этому треугольнику как белки в колесе. Как только Анна (из нашего примера) уставала быть Жертвой, терпящей мужа-лентяя, она включала Преследователя и начинала его пилить, обесценивая его как мужчину. Когда он, устав от скандалов, уходил в гараж, она тут же обзванивала подруг, жалуясь на свою судьбу и становясь Спасателем для самой себя, оправдывая свое поведение его бездействием. Круг замыкался. Это бесконечная игра, в которой невозможно выиграть, потому что настоящая цель этой игры — не решение проблемы, а подтверждение своей правоты и глубинного убеждения «я несчастна, и мир жесток».
Теперь самое важное, мои хорошие. Как же выйти из этого лабиринта. Просто сказать человеку «поверь в себя» — это преступная небрежность, потому что его мозг и психика настроены на страдание на уровне нейронных связей. Схема-терапия, созданная Джеффри Янгом, предлагает нам не бороться с симптомами, а исцелить того самого Ребенка внутри нас, который застрял в этой боли. Процесс исцеления очень бережный. Сначала мы учимся выявлять схемы и свои привычные копинговые стили (то есть способы справляться). Есть три способа: капитуляция перед схемой (полное погружение в состояние жертвы), избегание (алкоголь, работа 24/7, лишь бы не чувствовать) и гиперкомпенсация (когда человек становится агрессивным тираном, доказывая, что жертва — не он). Осознание — это уже половина пути.
Дальше мы начинаем проработку через технику рескриптинга. Я прошу клиента закрыть глаза и вернуться в самую болезненную детскую ситуацию. Например, когда отец в очередной раз унизил маленькую Аню, сказав, что из нее ничего не выйдет. Мы видим ту маленькую девочку, но теперь в воображаемой комнате появляется взрослая, сильная Анна. Она подходит, обнимает себя-маленькую за плечи и строго говорит образу отца: «Ты не имеешь права так говорить с ней. Она имеет право на ошибку и поддержку». Это мощнейшая эмоциональная коррекция. Нейронные связи перезаписываются, удовлетворяя фрустрированную детскую потребность в защите и безопасности. Это работа здорового взрослого режима, который мы взращиваем в терапии. Мы буквально учимся быть сами себе заботливыми родителями, давая себе то, чего не дали в детстве.
Второй шаг — эмпирическое опровержение схемы в реальной жизни. Мы составляем с клиентом поведенческий эксперимент. Если раньше Аня думала: «Если я откажусь мыть полы поздно вечером, меня бросят, потому что я ценна только как удобство», то в здоровом режиме «Здоровой взрослой» она говорит мужу: «Дорогой, я устала. Я понимаю, что ты хочешь чистоты, я тоже, но давай сделаем это завтра утром или ты поможешь мне прямо сейчас». И чудо происходит тогда, когда мир не рушится, а муж спокойно соглашается или предлагает купить робот-пылесос. С каждым таким опытом дезадаптивная схема, лишенная подпитки, становится тише и слабее. Происходит когнитивная перестройка. Человек перестает читать мысли других (это искажение мышления) и перестает предсказывать только негативный исход.
Моя задача как психолога не просто показать вам выход, а идти с вами рядом. Я всегда говорю своим клиентам: «Ваша боль реальна, я верю вам. Но ваше видение ситуации может быть не единственной правдой». Преодоление синдрома жертвы — это не отрицание того, что в мире существуют трагедии и несправедливость. Это обретение авторства своей жизни, когда между стимулом (грубостью продавщицы) и реакцией (вашей обидой на весь день) появляется пространство свободы. В этом пространстве вы выбираете не страдать. Вы выбираете сказать себе: «Мир не обязан быть идеальным, чтобы я была счастлива. Я могу позаботиться о себе здесь и сейчас».
Знаете, какая трансформация самая вдохновляющая? Когда человек перестает просить разрешения на жизнь. Внутренний Взрослый берет за руку Внутреннего Ребенка и ведет его по жизни с пониманием, что все, что случается — это лишь опыт, а не фатальное наказание за грехи. Это путь к истинной психологической зрелости, когда вы действуете не из страха или чувства долга, а из любви и заботы о себе. Вы перестаете быть функцией для других и становитесь живым человеком, который умеет говорить «нет» без чувства вины и получать радость без оглядки на то, что за удовольствие придется платить болью. Я желаю вам каждое утро делать маленький, но важный выбор в пользу собственной ценности, потому что никто и никогда не должен быть для вас важнее, чем вы сами для себя. Выход есть, и он начинается с того самого момента, когда жертва в зеркале впервые скажет сама себе: «Я не виновата, я так больше не хочу, и я справлюсь».
С заботой и поддержкой,
Ваш психолог и добрая наставница
Светлана Аверина
О дезадаптивных схемах мышления простыми словами:
Ловушки мышления. Дезадаптивные схемы мышления
Дополнительные материалы о состоянии Жертвы:
Жертва. Как выйти из роли Жертвы
Я Жертва или нет? Рубрика «Полезные размышления»
Почему я нахожусь в роли Жертвы?
Автор: Аверина Светлана Анатольевна
Психолог, КПТ-Схема-Арт
Получить консультацию автора на сайте психологов b17.ru