«Власть исчезнет только тогда, когда на Земле останется один-единственный человек. И то потому, что собой управлять-то никто не умеет, все предпочитают править другими.»
Итак, мир после. После чего? Да после много чего. Никто не знает, кто первым запустил ракеты, да это и неважно сейчас, тем более, ни одна ракета так и не взорвалась. А через сутки начала сего безобразия на связь вышли пришельцы. Началось Вторжение. Макс в тот год должен был закончить школу.
А теперь ему 25, он серчер, собирает разноцветные кристаллики. Это единственная валюта, за которую можно что-то купить у Продавцов в комке. Интернета нет, еда в основном синтезирована, луна взорвана. А еще появились Гнезда, в которых живут Измененные. Оказалось, пришельцы могут излечивать от смертельных болезней. Правда, излечивать только детей. Но назвать это излечением в полном смысле этого слова нельзя. Они мутируют, становятся другими, безэмоциональными, не людьми уже. Но для родителя разве это не чудо - знать, что пусть и измененный, но твой ребенок будет продолжать жить. И вот уже те, кто проклинал пришельцев (Инсеков), сегодня готовы их боготворить.
Однажды Максим, направлявшийся за покупками, встретит жницу Дарину с куколкой Наськой. Казалось бы, мимолетная встреча, фраза, брошенная из вежливости, воспоминания из прошлой жизни запустят клубок невероятных событий.
С последними вышедшими книгами одного из любимых писателей у меня отношения не складываются. (Исключение - «Маги без времени»). И вот некоторые надкусив, некоторые бросив после первой книги цикла, изрядно позлившись, а потом поостыв, я поняла одну вещь: мы перестали сходиться с автором по одному вопросу - физиологическому.
Герой этого цикла Максим напомнил мне многих лукьяновских героев до него: он готов жертвовать собой, достаточно прямолинеен, характер закален, моральные принципы на высоте, некоторая потерянность и отстраненность создают особую притягательность (вот это не от мира сего в хорошем смысле этого слова с флером загадки непонятого одиночки). Плюс автор как всегда не бросает героя в трудные минуты и хорошо так ему подыгрывает. Но при этом присутствует какая-то червоточинка что ли. Максим говорит, что все правильно, что все так и должно было быть. Но для меня это не так. Может, в реальной жизни, так бы все и было: обида и гормоны брали бы верх. Но я не хочу видеть это в книжной версии, потому что я из тех динозавров, которые считают, что если ты любишь одного человека, то не спишь с другим (даже если потом пойдешь спасать мир).
Если отринуть этот вопрос, то как и раньше фантазия автора поражает: проработанность, наблюдательность, меткие и колкие замечания, какое-то глубинное знание того, чего, казалось бы, знать не положено. Его миры до невозможности живые (я не сильна в технической стороне вопроса). И не покидает уверенность, что да, если бы инопланетяне, какой-то высший разум или еще кто, поработили Землю, то вот так бы все и было.
Как говорится в присказке: на каждую рыбку найдется рыбка покрупнее. Так и с пришельцами. А с чего люди взяли, что они только что прилетели на Землю? Где одни пришельцы, там и другие, и третьи. И если одни захотели использовать Землю как ценный биологический ресурс, то почему бы не захотеть и другим. Просто кто-то это делает с апломбом и размахом, прикрываясь миротворческой и гуманной миссией, а кто-то это делал тихо и скрытно столетиями.
Не уверена, что буду продолжать знакомство с циклом (но рада, что у меня в запасе еще есть непрочитанные книги, и даже из старенького, ибо все равно люблю).
«– Ничего не бывает зря. – Помнишь? Всегда есть то, чего не видишь.»
Может, зациклившись на раздражающем меня факте, я тоже не увидела всего?