– Ой, а у меня на карте только сто рублей осталось, представляешь? Банк почему-то перевод от мамы заблокировал, звонить им надо, разбираться.
Наталья молча смотрела на тонкие пальцы подруги, нервно теребящие край белоснежной тканевой салфетки. На столе между ними лежала кожаная папка со счетом за ужин. Сумма там значилась приличная, учитывая, что заказывали они запеченную дорадо, два вида салатов с морепродуктами и авторские десерты. Точнее, заказывала все это великолепие Рита. Сама Наталья ограничилась легким овощным супом и чашкой зеленого чая, потому что берегла фигуру и бюджет.
– Ничего страшного, – ровным голосом ответила Наталья, доставая из сумки портмоне. – Я закрою счет. Разберешься с банком – переведешь свою часть.
Она приложила пластик к терминалу, который услужливо протянул подошедший официант. Раздался короткий писк, подтверждающий списание. Рита тут же облегченно выдохнула, ее лицо мгновенно потеряло выражение скорбной озабоченности и озарилось лучезарной улыбкой.
– Натусик, ты просто моя спасительница! Я же говорю, без тебя я бы совсем пропала в этом жестоком городе. Завтра же позвоню в службу поддержки, поругаюсь с ними, и сразу все тебе скину. Обещаю!
Наталья лишь слегка улыбнулась уголками губ, убирая кошелек обратно. Она прекрасно знала, что никакого перевода завтра не будет. Ни завтра, ни через неделю, ни через месяц. Тема заблокированной карты, сломанного банкомата или внезапно списавшейся комиссии за годовое обслуживание благополучно забудется, растворится в потоке новых жалоб Риты на тяжелую жизнь.
Они дружили еще со студенческой скамьи. Тогда, в общежитии, обе делили последнюю пачку макарон и варили суп из плавленых сырков. Но прошли годы, и их пути разошлись, хоть они и продолжали общаться. Наталья упорно строила карьеру. Она сутками сидела над учебниками, брала подработки, потом открыла свою небольшую фирму по оказанию бухгалтерских услуг. Прошла через кредиты, бессонные ночи, панические атаки перед налоговыми проверками, но выстояла. Теперь у нее была своя просторная квартира в хорошем районе, надежная машина и уверенность в завтрашнем днем.
Рита же выбрала другой путь. Она прыгала с одной низкооплачиваемой работы на другую, везде находя несправедливость. То начальник к ней придирался, то коллектив попадался сплошь из завистников, то график был невыносимым. В итоге она осела в должности рядового администратора в небольшой частной клинике, где зарплаты едва хватало на покрытие базовых нужд.
Именно поэтому Наталья всегда чувствовала легкий укол вины на фоне своей успешности. Ей казалось естественным помогать менее удачливой подруге. Оплатить счет в кафе, купить билеты в театр, пригласить к себе на дачу и полностью взять на себя расходы на продукты. Это стало негласным правилом их общения.
Проблема заключалась в том, что аппетиты Риты росли незаметно, но неуклонно.
Очередной эпизод произошел, когда на улице зарядили холодные осенние дожди. Наталья заехала в крупный супермаркет после работы, чтобы закупиться продуктами на неделю. Рита, узнав об этом по телефону, напросилась с ней.
– Мне только пакетик молока взять и хлеб, – жалобно пропела она в трубку. – А то в магазинчике у моего дома цены просто грабительские. Подхватишь меня?
В супермаркете Наталья катила впереди себя объемную тележку, сверяясь со списком в телефоне. Рита семенила рядом. У нее в руках не было даже корзинки.
Когда они проходили мимо отдела с сырами, Рита вдруг остановилась и с восторгом посмотрела на витрину.
– Ой, смотри, какой пармезан! Настоящий, выдержанный. Я такой только по телевизору видела. Как же хочется кусочек, сил нет. Но с моей зарплатой только на плавленый сырок смотреть.
Она так тяжело и театрально вздохнула, что Наталья, не задумываясь, взяла дорогой кусок сыра и бросила в свою тележку.
– Угощаю. Попьем вина у меня в пятницу, – сказала она.
– Правда? Ты золото! – Рита просияла.
А дальше началось самое интересное. Пока они шли по рядам, в тележку Натальи удивительным образом начали перекочевывать товары, которых не было в ее списке. Баночка красной икры по акции, фермерское оливковое масло первого отжима, большая упаковка дорогого зернового кофе, коробка элитных шоколадных конфет ручной работы.
– Натусь, я это к тебе положу, ладно? – щебетала Рита, забрасывая в тележку увесистый кусок охлажденной семги. – А то мне в руках тяжело нести. Я на кассе посчитаю свое и отдам.
На кассе сумма вышла внушительной. Кассир монотонно пробивала товары, складывая их в пакеты. Рита стояла рядом, увлеченно рассматривая стенд с жевательной резинкой. Когда прозвучала итоговая цифра, она начала суетливо рыться в своей объемной сумке.
– Ой, мамочки, – она подняла на Наталью испуганные глаза. – Я кошелек на тумбочке в прихожей забыла. Вот растяпа! Голова совсем дырявая от этих отчетов на работе. Натусь, расплатишься? Я тебе прям сегодня вечером на карту закину.
Наталья молча приложила телефон к терминалу. Ей было некомфортно устраивать разборки на кассе, задерживая очередь раздраженных людей позади них.
Они вышли на парковку. Наталья открыла багажник своей машины, и Рита ловко подхватила два пакета, в которых лежали икра, семга, кофе и конфеты.
– Спасибо тебе огромное, – проворковала подруга, направляясь к остановке автобуса. – Вечером жди перевод!
Разумеется, вечером телефон Натальи молчал. Никаких уведомлений от банка не поступило. На следующий день Рита позвонила, долго жаловалась на то, что у нее сломался кран на кухне и пришлось отдать последние наличные хамоватому сантехнику, поэтому долг она вернет обязательно, но чуть позже. С аванса.
Наталья положила трубку и долго смотрела в окно. Впервые за много лет червячок сомнения начал точить ее изнутри. Она зарабатывала хорошо, но деньги не падали ей с неба. За каждой тысячей рублей стояли часы кропотливой работы, испорченное зрение и стресс. Почему она должна обеспечивать подругу деликатесами?
Зима подкралась незаметно, принеся с собой короткие световые дни и желание проводить вечера дома, завернувшись в теплый плед.
В один из таких морозных вечеров Рита снова сидела на кухне Натальи. На плите булькал наваристый борщ, в духовке румянился пирог с яблоками. Рита уплетала горячий суп с таким аппетитом, словно не ела неделю.
Она была одета в простенький серый свитер, на вороте которого виднелись катышки. Волосы собраны в небрежный пучок. Весь ее вид кричал о тотальной экономии и нехватке средств даже на базовый уход за собой.
– Представляешь, квитанции за отопление пришли, – жаловалась Рита, откусывая кусок ржаного хлеба с толстым слоем сливочного масла. – Я когда цифру увидела, чуть в обморок не упала. Хоть на улицу иди жить. Начальнику говорю про повышение, а он только руками разводит, мол, кризис в стране, радуйтесь, что вообще работу имеете.
– Может, тебе стоит поискать другое место? – мягко предложила Наталья, наливая чай. – Я могу помочь составить резюме. У меня есть знакомые в отделе кадров крупной логистической компании, им как раз нужен ответственный администратор на ресепшен. Зарплата в два раза выше твоей, плюс полис добровольного медицинского страхования.
Рита тут же скривилась, отодвигая от себя пустую тарелку.
– Ой, нет. Там же ездить на другой конец города. И график наверняка жесткий, с девяти до шести без опозданий. А у меня спина больная, мне нельзя так напрягаться. Да и коллектив там, говорят, одни змеи. Нет, я уж лучше на своем месте перетерплю. Тут хоть начальник меня знает, отпроситься можно, если что.
Она потянулась за куском пирога.
– Слушай, Натусь, у тебя же та черная сумочка кожаная без дела лежит? Которую ты в прошлом году брала. Дай поносить на недельку? У меня у двоюродной сестры юбилей в ресторане, а мне пойти не с чем. Моя совсем облезла, стыдно людям на глаза показаться.
Наталья вздохнула. Сумочка была дорогой, брендовой, и давать ее совершенно не хотелось. Но вид умоляющей, бедно одетой подруги сделал свое дело. Она пошла в гардеробную и вынесла вещь.
– Только аккуратно, пожалуйста.
– Обижаешь! Сдувать пылинки буду, – Рита прижала сумку к груди, как величайшее сокровище.
Вечер, который перевернул все, наступил в середине марта.
Наталья осталась дома одна. За окном завывал промозглый ветер, швыряя в стекло пригоршни мокрого снега. Она закончила сведение сложного квартального баланса, закрыла рабочий ноутбук и с наслаждением вытянулась на диване. Налила себе бокал красного сухого вина, включила торшер с мягким светом и взяла в руки телефон, чтобы просто расслабить мозг, бездумно листая ленту новостей.
Она просматривала фотографии коллег, дальних родственников, рецепты салатов и советы по интерьеру. И вдруг ее палец замер над экраном.
В рекомендациях всплыла страница девушки по имени Лена. Эту Лену Наталья видела всего пару раз в жизни – она была бывшей однокурсницей Риты. Они не общались тесно, но состояли друг у друга в друзьях в социальной сети.
Лена опубликовала большой альбом под названием «Наш незабываемый девичник».
На обложке альбома красовалась фотография: лазурное, кристально чистое море, белый песок, изящные шезлонги под соломенными зонтиками и две загорелые девушки в ярких купальниках, держащие в руках бокалы с тропическими коктейлями.
Одной из этих девушек была Рита.
Наталья моргнула. Потерла глаза, думая, что ей показалось. Увеличила фотографию.
Ошибки быть не могло. Это была ее Рита. Та самая Рита, которая неделю назад рыдала на ее кухне из-за квитанции за отопление. Только сейчас на ней не было серого свитера с катышками. На ней был стильный, явно очень дорогой купальник изумрудного цвета. На глазах – солнцезащитные очки известной дизайнерской марки. Волосы идеально уложены, на губах сияет улыбка человека, у которого в жизни нет абсолютно никаких проблем.
Сердце Натальи забилось быстрее. Она открыла альбом и начала методично листать фотографии.
Вот Рита на палубе белоснежной яхты. Ветер раздувает ее легкое шелковое парео. Подпись Лены: «Арендовали яхту на весь день! Ритка раскошелилась на лучшего капитана!».
Вот они в шикарном ресторане с панорамным видом на океан. Перед Ритой стоит огромное блюдо с лобстерами и устрицами. Подпись: «Прощай, диета! Ужин обошелся как крыло самолета, но мы живем один раз!».
Вот Рита на фоне огромного, роскошного гостиничного комплекса. Геолокация указывала на один из самых дорогих курортов на побережье Индийского океана.
Наталья посмотрела на дату публикации. Три дня назад.
В голове начал складываться пазл, только детали в нем были ядовитыми и колючими. Три недели назад Рита сказала, что берет больничный, потому что у нее страшный бронхит, и она будет лежать дома, лечиться народными средствами, так как на дорогие антибиотики нет денег. Наталья тогда еще перевела ей пять тысяч на лекарства и фрукты.
Она сидела в тишине своей уютной квартиры, и внутри нее поднималась холодная, тяжелая волна осознания. Ее не просто использовали. Из нее делали дуру. Годами.
Рита не была бедной. Она была виртуозной актрисой. Она надевала старые вещи только для встреч с Натальей, чтобы давить на жалость и вкусно есть за чужой счет. Она искусно прибеднялась, чтобы не тратить свои собственные деньги на еду, развлечения и продукты, аккумулируя средства для роскошной тайной жизни.
Наталья вспомнила икру в супермаркете. Вспомнила невозвращенные долги в ресторанах. Вспомнила свою дорогую сумку, которую Рита якобы взяла на юбилей сестры (наверняка позировала с ней в каком-нибудь элитном баре).
Математика в голове бухгалтера заработала с безжалостной четкостью. Билеты на этот курорт, проживание в таком отеле, аренда яхты и ужины с лобстерами – все это стоило сотни тысяч рублей. Человек, который не может оплатить коммуналку, не летает на Индийский океан.
Первым порывом было схватить телефон, набрать номер Риты и высказать ей все, что накипело. Устроить грандиозный скандал. Но Наталья остановила себя. Скандал по телефону – это слишком просто. Рита выкрутится. Скажет, что путевку ей подарил тайный поклонник, или что это был горящий тур за копейки, или вообще начнет обвинять саму Наталью в зависти.
Нет. В бухгалтерском деле важна точность и неопровержимые доказательства. И возврат дебиторской задолженности.
Наталья закрыла альбом. Она сделала несколько скриншотов самых показательных фотографий с геолокацией и подписями. Сохранила их в отдельную папку на телефоне. Затем допила вино и легла спать. Спала она на удивление крепко.
Спустя пять дней раздался звонок. На экране высветилось имя Риты.
Наталья выдержала паузу в три гудка и взяла трубку, придав голосу привычную мягкость.
– Натусик, привет! – голос подруги звучал слегка сипло. Видимо, она еще не вышла из роли больной бронхитом. – Я наконец-то оклемалась. Чуть не померла в этих четырех стенах, честное слово. Температура под сорок держалась.
– Привет, Рита. Рада, что тебе лучше. Как раз хотела предложить встретиться, – спокойно ответила Наталья, глядя на свое отражение в зеркале прихожей.
– Ой, с удовольствием! Я так соскучилась. Слушай, тут на набережной открылся новый ресторан, французская кухня. Говорят, там просто волшебно готовят. Может, сходим? Мне так нужно развеяться после этой жуткой болезни. Только, сама понимаешь, – Рита тяжело вздохнула в трубку. – Больничный оплатили копейки. Я сейчас совсем на мели. Дошираками питаюсь.
– Ничего страшного, – Наталья улыбнулась своему холодному отражению. – Я угощаю. У меня как раз закрыт крупный контракт, есть повод отметить. Заказывай столик на вечер пятницы.
– Ты лучшая подруга на свете! – взвизгнула Рита. Закашлялась для правдоподобности. – Буду ждать.
Пятничный вечер выдался ясным и по-весеннему свежим. Ресторан, который выбрала Рита, находился в самом центре города. У входа стоял швейцар в форме, внутри играла живая музыка, а интерьер поражал обилием зеркал, бархата и хрусталя. Ценник в меню был соответствующим – астрономическим.
Наталья приехала вовремя. Она была одета в элегантный брючный костюм идеального кроя. Рита уже сидела за столиком у окна.
Наталья оценила ее внешний вид. Подруга снова надела образ бедной родственницы. На ней было скромное черное платье, которое, впрочем, Наталья узнала. Это была базовая модель от известного бренда, стоящая половину зарплаты администратора клиники. Но логотипов на ней не было, поэтому для непосвященных платье выглядело просто черной тряпочкой. А вот загар спрятать не удалось. Кожа Риты отливала красивым, глубоким бронзовым оттенком, какой не получишь в марте в их широтах ни в одном солярии.
– Ты так загорела, – заметила Наталья, садясь в мягкое кресло и открывая меню. – Пока болела дома.
Рита на секунду замерла, но тут же нашлась.
– Ой, да это автозагар дешевый. Купила по акции в переходе, чтобы хоть как-то бледность свою скрыть, а то в зеркало смотреть страшно. Пятнами лег, ужас.
Она нервно поправила салфетку.
– Ну что, заказываем? Я так голодна.
Подошел официант в белоснежной рубашке. Наталья сделала свой заказ: классический салат «Нисуаз» и бокал минеральной воды с лимоном.
Затем настала очередь Риты. Почувствовав, что платить не придется, она не стала стесняться.
Она заказала дюжину устриц, тартар из мраморной говядины, горячее блюдо из морских гребешков с трюфельным пюре и бокал самого дорогого французского вина из карты.
– И на десерт принесите мне ваше фирменное суфле, – добавила она, отдавая меню. – Гулять так гулять, правда, Натусь? Хоть раз почувствую себя человеком.
Они просидели в ресторане около двух часов. Рита без умолку болтала, жалуясь на все подряд: на цены в магазинах, на злобного начальника, на порванные колготки и на то, как тяжело жить одинокой женщине без поддержки. Она виртуозно поглощала устрицы, запивая их дорогим вином, и выглядела абсолютно счастливой в своей иллюзии безнаказанности.
Наталья ела свой салат, слушала этот поток вранья и поражалась, как она могла быть такой слепой все эти годы. Ей даже не было обидно. Ей было брезгливо.
Когда с десертом было покончено, Наталья подняла руку, подзывая официанта.
– Счет, пожалуйста. И, если можно, разделите его. Мой салат и воду посчитайте отдельно.
Рита, которая в этот момент доедала суфле, поперхнулась. Глаза ее округлились.
– В смысле разделите? – она нервно хихикнула, вытирая губы салфеткой. – Натусь, ты чего? Мы же договаривались, что ты угощаешь. Я же говорила, у меня ни копейки нет! У меня даже на такси до дома впритык.
Официант, привыкший ко всяким ситуациям в дорогих заведениях, сохранил непроницаемое лицо. Он положил на стол два кожаных чехла. В один – чек за салат и воду. Во второй – длинный список устриц, трюфелей и вина.
Наталья спокойно достала из портмоне купюру, вложила в свою папку и отодвинула ее на край стола. Затем она посмотрела на Риту. Взгляд ее был абсолютно холодным и жестким.
– Оплачивай свой счет, Рита.
– Ты издеваешься?! – Рита перешла на громкий шипящий шепот, озираясь по сторонам. Люди за соседними столиками начали обращать на них внимание. – Что за глупые шутки? Откуда я возьму такие деньги? Там счет тысяч на десять!
Наталья невозмутимо достала свой телефон. Разблокировала экран и открыла папку с фотографиями. Она положила телефон на стол, прямо перед Ритой.
На экране светилась фотография: Рита на белоснежной яхте с бокалом тропического коктейля. Яркое солнце, изумрудный купальник, счастливая улыбка.
– Я думаю, человек, который может позволить себе отдых на побережье Индийского океана, аренду яхты и ужины с лобстерами, вполне в состоянии оплатить свои гребешки с трюфелем, – тихо, но так, чтобы Рита услышала каждое слово, произнесла Наталья.
Рита уставилась на экран. Лицо ее побледнело под слоем идеального курортного загара. В глазах мелькнула паника, затем злость, а потом она попыталась нацепить свою привычную маску.
– Это... это старые фотографии! – выпалила она. – Ленка выложила архив! Это было сто лет назад, до кризиса!
Наталья перелистнула на следующую фотографию.
– Дата публикации – неделя назад. А вот на этом фото, – она указала пальцем на экран, – на заднем плане виден рекламный баннер фестиваля, который проходил там именно в этом году. Я проверяла. Спектакль окончен, Рита.
В повисшей тишине было слышно только позвякивание приборов за соседними столами. Маска бедной родственницы окончательно треснула и осыпалась. Лицо Риты исказилось, губы сжались в тонкую линию.
– Ты что, следила за мной? – процедила она, и в ее голосе не осталось ни капли былой елейности. Это был голос расчетливой, холодной женщины. – Копалась в чужих страницах? Выискивала?
– Я просто увидела правду. Ты годами ела за мой счет. Ты выпрашивала деньги на лекарства, которых тебе не нужны были, потому что ты грелась на пляже. Ты тянула из меня деликатесы в супермаркетах, жалуясь на квитанции. Ты считала меня глупой дойной коровой, которая будет спонсировать твои прихоти, пока ты копишь на курорты.
– Да потому что у тебя денег куры не клюют! – вдруг сорвалась на крик Рита, ударив ладонью по столу. – Ты сидишь в своем офисе, бумажки перекладываешь, и тебе деньги рекой текут! А я горбачусь за копейки! От тебя не убыло бы! Подумаешь, салатик мне оплатила. Не обеднела бы!
Наталья встала. Она взяла свою сумку и спокойно поправила пиджак.
– Деньги мне текут не потому, что я бумажки перекладываю, а потому, что я работаю сутками. А ты просто паразитируешь на людях. Оплачивай счет. И чтобы больше я тебя в своей жизни не видела. Мою черную сумку можешь оставить себе. Считай это выходным пособием.
Она развернулась и пошла к выходу, чувствуя на спине полный ненависти взгляд бывшей подруги. У дверей она обернулась лишь на секунду.
К столику подошел администратор зала, видимо, привлеченный криками Риты. Рита судорожно рылась в своей дизайнерской сумке, которую прятала под стулом, и ее лицо пылало от унижения. Ей все-таки пришлось достать ту самую банковскую карту, на которой якобы лежал всего сто рублей, и приложить ее к терминалу.
Наталья вышла на улицу. Весенний ветер освежил лицо. Дышать стало удивительно легко. Как будто с плеч свалился тяжелый, набитый камнями рюкзак, который она по ошибке считала ценным грузом.
Она села в машину, включила любимую музыку и поехала по вечернему, залитому огнями городу.
Больше они не виделись. Рита пыталась несколько раз звонить, потом писала длинные сообщения в мессенджерах, обвиняя Наталью в черствости, предательстве женской дружбы и алчности. Писала, что из-за этого счета ей пришлось залезть в кредитную карту и теперь она будет голодать до конца месяца.
Наталья даже не стала их читать до конца. Она просто заблокировала номер и удалила диалог.
Она сделала выводы. Доброта – это прекрасное качество, но только тогда, когда у нее есть зубы и четко выстроенные границы. Иначе доброта превращается в слабость, которой обязательно воспользуются те, кто считает, что им все должны.
А освободившиеся средства, которые раньше уходили на спонсирование чужого аппетита, Наталья пустила на расширение бизнеса. И через полгода сама полетела на отдых. Без подруг. К тому самому лазурному морю, только уже за свои, честно заработанные деньги.
Если эта история показалась вам знакомой и вы тоже сталкивались с подобными людьми, не забудьте поставить лайк, подписаться на канал и поделиться своим мнением в комментариях.