Представьте себе: конец III века, Римская империя. Время, когда за одно имя Христа можно было лишиться головы. Когда христиане прятались в катакомбах, молились шёпотом и крестили детей тайно, по ночам, при свете одной свечи. Время великой силы и великого страха.
В это время жил в римской армии молодой воин по имени Георгий.
Он был не простым солдатом. Он был трибуном – командиром, уважаемым, храбрым, отличившимся в боях. Император Диоклетиан, человек жёсткий и беспощадный, ценил его. Георгий был на хорошем счету, его ждала блестящая карьера, богатство, почёт. Казалось бы – живи и радуйся.
Самым известным подвигом Георгия, тем, что принесло ему имя Победоносца во веки веков, было событие, которое случилось ещё при его жизни. И это не пытки и не стойкость перед лицом смерти. Это – спасение.
В те времена жил в одном городе страшный змей. Не простой, не водяной, а чудовищный – огромный, с чешуёй, как броня, с огненным дыханием, с глазами, горящими зелёным адским светом. Он выползал из болота, пожирал скот, а когда скота не осталось – начал требовать людей.
Городские старейшины, отчаявшись, пошли к правителю города и сказали: «Давай будем бросать жребий – кто пойдёт к Змею на съедение. Может быть, он насытится и оставит город в покое». И бросали жребий. И выпадало то на одну семью, то на другую.
И вот однажды жребий пал на царскую дочь.
Царь рыдал, рвал на себе волосы, предлагал всё золото мира, но Змей не брал золото. Он требовал жертву. И царь, скрепя сердце, отдал свою единственную дочь.
Девушку вывели за городские стены в белом платье, с венком на голове – и оставили одну у озера, где жило чудовище. Она стояла, дрожа от ужаса, и ждала смерти.
В этот момент на дороге показался всадник. Это был Георгий. Он ехал верхом на белом коне, с копьём в руке, и остановился, увидев плачущую девушку.
– Что случилось? – спросил он.
– Спасайся, – ответила она. – Здесь живёт Змей. Он выйдет и убьёт тебя.
– А ты почему здесь?
– Я его жертва. Жребий пал на меня.
Георгий посмотрел на неё – и в глазах его не было страха. Он спешился, оставил коня, перекрестился и сказал:
– Не бойся. С нами Бог.
И тут из озера поднялась вода. Забурлила, вспенилась, и из глубины поднялся змей – огромный, чёрный, с горящими глазами, из пасти его валил пар. Девушка вскрикнула и упала на колени. Земля задрожала.
Георгий выступил вперёд. Он не бежал, не прятался. Он подошёл к чудовищу, и Змей замер. Странный свет исходил от этого человека – не оружие, не сила мышц, а что-то другое. Свет, который не горит, но освещает. Свет, от которого зло съёживается.
– Именем Христа, – сказал Георгий, – повелеваю тебе: уйди.
И Змей – огромный, непобедимый змей – опустил голову. Его сила ушла. Он стал беспомощным, как дождевой червяк.
Георгий накинул ему на шею верёвку, привязал к поясу коня и повёл в город.
Жители, увидев, что святой ведёт за собой чудовище, разбежались в ужасе. А Георгий подошёл к городской площади и крикнул:
– Веруйте в Бога, и зверь не тронет вас!
И многие уверовали. И крестились тут же, прямо на площади. И после этого он зарубил змея – не из жестокости, а чтобы зло не поднялось снова.
Царская дочь вернулась домой. Город праздновал спасение. А Георгий сел на коня и поехал.
Георгий был христианином.
А Диоклетиан, самый могущественный человек в империи, ненавидел христиан лютой ненавистью. Он издавал один указ за другим: храмы – разрушить, книги – сжечь, христиан – казнить. Империю лихорадило. По всем провинциям прокатилась волна арестов и казней.
И вот в один из дней, когда Диоклетиан собрал своих приближённых и в очередной раз обрушился с гневными речами на христиан, Георгий сделал шаг вперёд.
– Император, – сказал он громко, так что голос его разнёсся по всему залу. – Доколе ты будешь творить беззаконие?
В зале наступила мёртвая тишина. Придворные замерли. Кто-то побледнел. Кто-то перекрестился в душе – но не христианским крестом, а старым, языческим, от греха подальше. Диоклетиан медленно повернулся к нему, и глаза его сузились.
–Что ты сказал?
А Георгий стоял – прямой, спокойный, глядя императору прямо в глаза, и повторил:
– Я сказал: Христос – единый Бог. А ты заблуждаешься, поклоняясь идолам. Одумайся, император. Пока не поздно.
Диоклетиан не поверил своим ушам. Трибун, его любимчик, его надежда – и вдруг такое? Стоит перед ним, улыбается, будто смерти не боится.
– Ты пожалеешь, – прошипел император. – Ты будешь молить о смерти. Но смерть не придёт к тебе, пока я не решу.
И началось самое страшное.
Георгия бросили в темницу. Но это было только начало.
На следующий день ему привязали руки и ноги к деревянному колесу, утыканному острыми железными шипами. Колесо вращали – и шипы вонзались в тело, раздирая кожу, ломая кости. Когда всё было кончено, Георгий лежал на земле, окровавленный, едва дышащий. Ему казалось, что он умирает.
Палачи отошли в сторону, вытирая пот. Диоклетиан ждал: сейчас он сломается. Сейчас запросит пощады.
Но Георгий открыл глаза и посмотрел на небо. Сквозь боль, сквозь муть, застилающую взгляд, он прошептал: «Господи, не оставь меня». И в ту же минуту, рассказывают древние тексты, он почувствовал, как по телу разливается прохлада. Как будто кто-то невидимый коснулся его лба, и раны затянулись, и кости срастались, и сила возвращалась.
Когда палачи подошли к нему, чтобы убрать тело, они отшатнулись. Георгий стоял на ногах. Целый. Живой. Без единой раны.
Весть об этом разнеслась по городу мгновенно. Люди шептались: «Это чудо. Он святой». И кто-то уверовал в Христа прямо там, на площади.
Диоклетиан пришёл в ярость. Он приказал пытать Георгия снова. Ему выкручивали суставы, жгли огнём, поили ядом. Георгий пил яд – и оставался жив. Его бросали в яму с негашёной известью – и он выходил невредимым. Ему раздробили ноги деревянными колодками – а наутро он снова стоял прямо и твёрдо, опираясь на посох.
Семь пыток. Семь дней. И ни разу он не вскрикнул, не попросил пощады, не отрёкся.
Даже язычники – закалённые воины, видавшие виды палачи – начинали сомневаться. «Кто этот человек? – спрашивали они друг друга. – Что за сила в нём?»
А сила была простая и объяснимая: Вера.
23 апреля 303 года (по старому стилю) Георгия вывели на казнь. Палач предложил ему последнее слово. Георгий повернулся к толпе, к той самой толпе, которая когда-то требовала его смерти, и сказал:
– Я ухожу с миром. И уношу с собой веру. Не плачьте. Я жив. Я буду жив всегда.
Он сам положил голову на плаху.
Так закончилась земная жизнь Георгия Победоносца.
Прошло почти две тысячи лет. Империи рухнули, цари ушли, города превратились в пыль. А образ Георгия – всадника на белом коне, пронзающего копьём змея – остался. Он есть на иконах в каждой церкви, в сердце каждого, кто хоть раз слышал его историю.
Георгий Победоносец стал покровителем воинов, защитников, всех, кто борется со злом – большим и малым. К нему приходят с молитвой перед боем, перед трудным решением, перед испытанием.
Потому что его история – это не просто сказка про змея. Это история о том, как один человек, не имевший ничего, кроме веры, оказался сильнее целой империи. Сильнее боли, страха, смерти.
6 мая мы чтим его память. И может быть, стоит остановиться на минуту и вспомнить: а что такое настоящая победа? Не над другими – над собой. Над своим страхом, над своей слабостью, над Змеем, который живёт внутри каждого.
И если уж Георгий смог – значит, сможем и мы. С верой. С копьём. И с чистой душой
Спасибо, что дочитали до конца. Еще больше Сказок и Историй о Славянских Богах И Христианских Святых - в подборке по Ссылке внизу