собрали ценники, интервью и наблюдения из Владивостока, Красноярска, Кургана и Петербурга и создали их них эффектный коллаж — картину апреля 2026 года, которая, кажется, несколько не совпадает со сводками Росстата об «увеличении выпуска» и «ускорении роста ВВП».
Люди выгадывают на еде, берут микрозаймы под 40%, а бизнес закрывается или уходит в тень.
Почему говядина дорожает быстрее инфляции, а курица — нет?
Пример из Кургана: «Годная в суп говяжья часть — шея — весной 2014 года шла по 150 рублей, сейчас — 835». Свинина же стала «главным мясом», потому что дешевле. В Петербурге говядина за три месяца подорожала на 40–66%, свинина — на 50 рублей за кг.
Говядина — товар с длинным производственным циклом (выращивание бычка — 18–24 месяцев). При дорогих кредитах фермеры не могут расширять стадо. Более того, из-за роста цен на корма (удобрения подорожали из-за энергокризиса плюс запрет на экспорт азотных удобрений с 21 марта) содержать коров становится менее рентабельно. Поголовье крупного рогатого скота в России сокращается уже несколько лет (по данным Росстата, на март 2026 года — снижение на 3,9% к прошлому году). Предложение падает, цены растут. У свинины цикл короче (6–8 месяцев), производители быстрее реагируют на спрос, поэтому рост цен умереннее.
Кроме того, в ряде регионов местные власти не субсидируют мясное скотоводство. Федеральные субсидии уходят в «приоритетные отрасли», а гражданское сельское хозяйство остается с высокими издержками и дорогими кредитами.
Почему люди берут кредиты под 45%, хотя есть сбережения?
В Красноярске: «Четверть миллиона сибиряков взяли деньги до зарплаты в Сбере в первом квартале 2026 года (рост на 27%), полная стоимость кредита — от 28 до 45%». И одновременно «сибиряки увеличили сбережения почти на 40%».
Это рациональное поведение в условиях высокой инфляции и неопределенности. Да, депозиты могут дать 15% годовых — и это доступный способ сохранить накопления от обесценивания (реальная доходность около 10% при инфляции 5,8%).
Люди копят «на черный день», но доходов не хватает на текущие расходы. Приходится брать микрозаймы или кредиты до зарплаты, чтобы закрыть кассовый разрыв.
Банки и МФО выдают такие кредиты (банки менее охотно, МФО более охотно), потому что ставки высокие, а просрочка пока не критичная.
Это признак рецессии: люди залезают в долги, чтобы потреблять, не имея для этого доходов. Кроме того, данные ЦБ и исследования экономистов НИУ ВШЭ показывают, что берут «в долг» и «накапливают сбережения» — разные группы населения: условно — кредиты берут бедные, а накапливают депозиты — богатые.
В продолжение:
Почему импортные смартфоны дешевеют, а хлеб дорожает?
Почему малый бизнес закрывается и уходит в тень?
Почему услуги дорожают быстрее товаров?
Откуда берется разрыв между официальной инфляцией и «инфляцией для бедных»
Откуда берется «мартовский бум» розницы