Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Отражение Времени

О русской сметке советских воинов в Великой Отечественной войне

Эти заметки, набранные от руки, Евгений Андреевич Жиров привёз в редакцию сам. Что такое 90 лет для офицера? Пустяк! Точно, с чувством юмора, с безграничной любовью к Родине он поделился воспоминаниями о том, как советские солдаты завоевывали Победу. Под носом взорвать паровоз В 90-е я дружил с Николаем Демьяновичем Поляковым. Мальчишкой, в 15 лет, он окончил школу диверсантов и был направлен в партизанский отряд. По его рассказам, фашисты, опасаясь нападений партизан, вырубали лес на 500 метров вдоль железных дорог. С одной стороны, они оборудовали дзоты, чтобы всё пространство простреливалось. С другой стороны железной дороги через каждые полкилометра ставились ими часовые из полицаев или немцев, которые постоянно двигались друг к другу и обратно. Где же подложить под рельсы взрывчатку? И партизаны смекнули: лучше всего подползти в точке, где часовые сходятся! Наши подползают в маскхалатах, прячутся за пеньками, ждут. Часовые сходятся - покурят, поговорят - и расходятся. В этот мо

Эти заметки, набранные от руки, Евгений Андреевич Жиров привёз в редакцию сам. Что такое 90 лет для офицера? Пустяк!

Точно, с чувством юмора, с безграничной любовью к Родине он поделился воспоминаниями о том, как советские солдаты завоевывали Победу.

Евгений Жиров: "В год Карибского кризиса, мне было 26 лет. Я выпускник Донецкого института, уже строил жилые дома.  Воспитывал сына. Вдруг повестка. Военком спрашивает меня: «Вы готовы пойти служить в ракетные войска стратегического назначения? Я ответил: «Мой отец прошёл от Сталинграда до Берлина, брат защищал Саур-Могилу и погиб в госпитале на руках у матери. Я всегда готов». После этого я почти тридцать лет строил и укреплял ядерный щит России, потому американцы как тогда не решились воевать с нами в открытую, так и сейчас делают это чужими руками».
Евгений Жиров: "В год Карибского кризиса, мне было 26 лет. Я выпускник Донецкого института, уже строил жилые дома. Воспитывал сына. Вдруг повестка. Военком спрашивает меня: «Вы готовы пойти служить в ракетные войска стратегического назначения? Я ответил: «Мой отец прошёл от Сталинграда до Берлина, брат защищал Саур-Могилу и погиб в госпитале на руках у матери. Я всегда готов». После этого я почти тридцать лет строил и укреплял ядерный щит России, потому американцы как тогда не решились воевать с нами в открытую, так и сейчас делают это чужими руками».

Под носом взорвать паровоз

В 90-е я дружил с Николаем Демьяновичем Поляковым. Мальчишкой, в 15 лет, он окончил школу диверсантов и был направлен в партизанский отряд.

По его рассказам, фашисты, опасаясь нападений партизан, вырубали лес на 500 метров вдоль железных дорог. С одной стороны, они оборудовали дзоты, чтобы всё пространство простреливалось. С другой стороны железной дороги через каждые полкилометра ставились ими часовые из полицаев или немцев, которые постоянно двигались друг к другу и обратно. Где же подложить под рельсы взрывчатку? И партизаны смекнули: лучше всего подползти в точке, где часовые сходятся!

Наши подползают в маскхалатах, прячутся за пеньками, ждут. Часовые сходятся - покурят, поговорят - и расходятся. В этот момент, когда каждый часовой спокоен, что сзади его прикрывает напарник, один из наших подползает к рельсам, финкой удаляет щебень из-под рельса, кладёт взрывчатку, маскирует снегом, протягивает провод далеко от рельсов, за пни, где ожидают свои.

Наши ждут. Часовые успевают насколько раз сойтись и разойтись. Если идёт «порожняк», наши его пропускают. Но если идёт состав с техникой и личным составом, берут его «в работу».

На железной дороге главное – паровоз, поэтому немцы цепляют впереди него две-три - груженые камнем или мешками с песком платформы, опасаясь мин нажимного действия.

Партизаны пропускают платформы, а когда паровоз наезжает на место взрывчатки, соединяют проводки и всё летит под откос.

Дзоты начинают простреливать пространство у железной дороги, а наши лежат. И только через час, когда всё утихнет, по одному уползают, сходятся в условленном месте и группой возвращаются в отряд.

Подбитым осилить подвиг

Лейтенант Шевцов на фронте был командиром тридцатьчетверки. При возвращении из боя на нейтральной полосе немцы перебили гусеницу. Возвращаться экипажу к своим днем – самоубийство - немцы всех перебьют из пулеметов. Предположив, что немцы ночью попытаются утащить тридцатьчетверку к себе, он решил их перехитрить.

В вечерних сумерках отослал механика-водителя к своим. Тот притащил новый трак и потихоньку исправил гусеницу. Глубокой ночью фашистская танкетка подъехала к тридцатьчетверке, зацепила её к себе тросом и тут лейтенант приказал механику-водителю: «Полный вперед!» Немцы с танкетки посыпались, как горох! Так лейтенант Шевцов сохранил свой танк, сберег экипаж и приволок к нашим немецкую танкетку. За этот подвиг был награждён звездой героя. Об этом рассказал молодым офицерам командующий 31-й Оренбургской ракетной армии Герой СССР генерал-майор Шевцов.

Ловушка мудрого сержанта

Во время Карибского кризиса меня, инженера-строителя и младшего лейтенанта запаса призвали в ряды ракетных войск. Первые годы я служил в тайге. На 17-й площадке начальником штаба был подполковник Киров. Замечательный человек! Умный, знающий, тактичный. Вот он и рассказал нам, молодым офицерам, за что получил звание героя Советского Союза.

Наши войска в то время уже шли по Германии. Разведка доложила командованию, что по автобану, у которого стояла батарея сорокопяток под командованием лейтенанта Кирова, на прорыв нашего фронта пойдут немецкие «Тигры». У «Тигра» - лобовая броня 120 мм, бортовая – 80 мм, а бронебойные снаряды сорокопятки пробивали броню до 100 мм.

Как повернуть «Тигра» боком? Это была трудная задача… И тут опытный сержант предложил: «Товарищ лейтенант, давайте мы на этот автобан насыплем кучки земли в шахматном порядке!» Насыпали… И тут «Тигры». Видят, что автобан заминирован ( а мин-то и в помине нет!). Они разворачиваются, чтобы объехать, подставляясь под удар!

В то время был обычай – первый выстрел должен сделать командир батареи. Киров выстрелил – «Тигр» заполыхал. Несколько «Тигров» уже горели, когда подошла темно-коричневого цвета «Самоходка». Наши перебили ей гусеницы, а она – сволочь – всё не загорается! Вдруг из неё выскакивает офицер весь в серебре. Лейтенант Киров за ним. В два прыжка догнал взял его в плен. Оказалось, что это был командующий танковым объединением в этом районе. За этот бой лейтенант Киров получил звание Героя СССР.

Евгений ЖИРОВ

Ветеран 31-1 Оренбургской ракетной армии, подполковник в отставке