Турецкие, берберские, испанские, французские галеры — их история хорошо известна. Там на вёслах сидели рабы, каторжники, военнопленные, прикованные к скамьям цепями.
Но была и другая галерная держава — Россия.
Кажется, что на русских судах должно было быть то же самое - цепи, кнут и изнурительный труд. Но русский галерный флот, созданный Петром I, нарушил этот привычный образ.
Галера и каторга
Первая галера была заказана Петром I в Голландии в 1694 году. В 1695 году 32-вёсельная галера (в документах того времени — «галея») в разобранном виде была доставлена в Архангельск, а оттуда сначала водным путём, а затем дровнями в Преображенское.
Галера предназначалась для Волги и Каспийского моря. Однако неудачи под Азовом изменили планы молодого царя: крепость невозможно было взять измором, поскольку она продолжала получать снабжение по воде, а у русских войск не было возможности перекрыть этот путь.
В рамках подготовки ко второму Азовскому походу Пётр I решил строить флот. Село Преображенское превратилось в верфь.
И вот первый любопытный момент: в документах того времени галера чаще всего называлась «каторгой».
С. И. Елагин, один из первых исследователей истории русского флота, считал, что это название идет от иллирийского и далматинского языков (ныне утраченных), где галеру называли katorga.
Современные исследователи связывают происхождение слова «каторга» с османским kadırga («галера»), заимствованным из византийского греческого κάτεργον (kátergon), обозначавшего тип крупного гребного судна.
В русских источниках слово «каторга» появилось не позднее середины XVII века.
В статейном списке посольства Ивана Чемоданова (1656) говорится:
«А кораблей и каторг из разных государств у пристанища под городом Ливорно стояло с пятьдесят и больше».
«…и есть де у нас такие каторги, что на них по осьмь сот человек гребцов, да по сороку пушек…»
Таким образом, в русском языке XVII века «каторга» — это не форма отбытия наказания, а морская галера.
Строительство флота и комплектование экипажей
С конца 1695 года на берегах Яузы развернулась напряжённая работа. Образцом для строящихся на Преображенской верфи галер послужило судно, привезённое из Голландии. К концу февраля 1696 года из сырого, замёрзшего леса были срублены корпуса 22 галер и 4 брандеров, которые были разобраны и перевезены в Воронеж, где происходила их окончательная сборка и спуск на воду. Здесь же весной 1696 года была спущена первая галера, получившая имя «Принципіумъ».
В документах того времени терминология ещё не устоялась: галеры называют то «галеями», то «каторгами».
И вот второй любопытный момент: при комплектовании первых галер Пётр I отошёл от традиционной для европейских стран практики использования на вёслах осуждённых и невольников. В русском флоте первыми гребцами на галерах стали солдаты Семеновского и Преображенского полков.
Подготовка галерных команд велась в Преображенском одновременно со строительством судов, в котором принимали участие и солдаты этих полков.
Безусловно, такое решение было продиктовано не идеями гуманизма, а практическими соображениями в совокупности с дефицитом времени на подготовку к походу: дисциплинированных солдат было легче обучить слаженной гребле, кроме того, они могли при необходимости усиливать в бою абордажные команды или десант.
Судя по источникам, при назначении командиров галер решающим было личное доверие: их выбирали из офицеров сухопутных полков, хорошо известных государю.
Всего на укомплектование строящегося флота было направлено 4 225 солдат Преображенского и Семеновского полков.
В конце апреля русская флотилия двинулась вниз по Дону к крепости Азов.
В конце июля Азов был взят, после чего Семеновский и Преображенский полки вернулись в Москву.
От солдат к невольникам: каторга как наказание
Если в Азовском походе на вёслах галер сидели солдаты, то позднее стала утверждаться практика использования военнопленных и осуждённых — по образцу средиземноморских флотов.
Когда это произошло, можно лишь предполагать, но никак не позднее 1698 г.
В историческом труде С. И. Елагина «История русского флота» (1864) сказано:
«До 1700 года наши корабельные команды состояли только из иностранных матросов. При необходимости им в помощь временно назначали солдат — например, так было в 1699 году.
В гребном флоте ситуация была другой. Первые галеры, вышедшие в море вместе с флотом в 1699 году, комплектовались по западному обычаю — с использованием галерных невольников в качестве рабочей силы.»
«Стрелецкий бунт 1698 года положил начало использованию стрельцов в качестве галерных гребцов. 269 молодых стрельцов были отправлены на тяжёлую службу на галерах «Периная тягота» и «Заячий бег» во время плавания к Керчи. Такую же участь разделили 131 пленный турок и татарин»
Первое официальное упоминание отправки на каторгу — это именной указ Петра I от 24 ноября 1699 года «О наказании посадских людей за взятки с выбранных ими людей к таможенным и кабацким сборам».
Произошло следующее:
Венёвские (Венёв, Тульская область) посадские люди (земский староста с товарищами) взяли взятку в 120 рублей за отставку одних бурмистров и назначение других на таможенные и кабацкие сборы.
Наказанием стали: имитация смертной казни (положить на плаху, поднять), кнут, ссылка в Азов с семьями и работа на каторгах (то есть на галерах).
Это было первое законодательное закрепление каторги как формы наказания, и в первоначальном виде оно заключалось в принудительной работе гребцом на галерах («каторгах»).
В конце XVII — начале XVIII века отношение к галерным гребцам из числа военнопленных и осуждённых преступников на русских галерах вряд ли сколько-нибудь существенно отличалось от положения гребцов на галерах других флотов.
Единственным существенным отличием являлось отсутствие на русских галерах рабов.
В труде Ф. Ф. Веселаго «Очерк русской морской истории» (1875) говорится:
«Посередине галеры шёл дощатый помост, шириною около двух футов, называемый куршея. На ней находились матросы, управлявшие парусами, и она служила путём сообщения между кормою и носом галеры.
По обоим бортам тянулась банка, вроде рундука, на которой гребцы спали и сидели в свободное время. От куршеи, косвенно к борту, шли банки для гребцов. Расстояние между ними было 4 фута, а ширина каждой банки — 6 дюймов. Под банками приделывались ступени, к которым приковывали левую ногу гребца, если он был преступник, осуждённый на галеры.»
Красноречивым подтверждением суровости условий содержания и труда осуждённых на галерах служит и то, что слово «каторга» стало синонимом тяжёлого, изнурительного труда.
Парадоксально, но именно в тот момент, когда слово «каторга» прочно ассоциировалось с формой отбытия наказания на галере, флот Петра I уже начал отказываться от использования на вёслах пленных и колодников.
Отказ от практики использования невольников на галерах
В историческом очерке «89-й пехотный Беломорский полк» (1903) эти события описываются следующим образом:
«В начале своего существования наш флот делился на корабельный и галерный и комплектовался чинами гвардейских потешных полков, при значительном ещё числе наёмных иностранцев, как первых учителей морского дела.
В это же время гребцами на галеры назначались преступники и военнопленные, но войны на море показали многие неудобства такого назначения, и потому, по воле Великого Государя, они постепенно заменялись солдатами, так что уже к началу 1714 года две трети судовых экипажей состояли из матросов и пушкарей, а одна треть — из солдат, определяемых как на галеры, так и на корабельную службу.»
Тем самым русский галерный флот фактически возвращался к практике Азовского похода, вновь отказываясь от европейской системы использования невольников и переходя к комплектованию команды гребцов из солдат.
Вместе с тем условия быта и службы солдат‑гребцов на галере по‑прежнему оставались тяжёлыми. Конечно, их не заковывали в цепи, питания и условия содержания были иными, система наказаний была иной, ведь статус солдата как слуги государя не позволял обращаться с ним подобно рабу или осуждённому.
Выводы
Таким образом, первоначально слово «каторга» в русском языке обозначало вовсе не наказание, а галеру — гребное судно. Однако уже в конце XVII века оно стало приобретать новый смысл, связанный с принудительной службой на этих судах.
В разные периоды гребной состав русского галерного флота комплектовался из различных категорий: первоначально — из солдат, затем — из военнопленных и осуждённых, а впоследствии вновь из солдат. Тем самым русский галерный флот отличался от большинства галерных флотов своего времени: на протяжении значительной части его существования гребцами на нём являлись не невольники, а солдаты.
И если в конце XVII — начале XVIII века слово «каторга» употреблялось одновременно в двух значениях — как обозначение галеры и как форма наказания, то уже к середине XVIII века оно окончательно утратило своё первоначальное значение и закрепилось в языке как обозначение тяжёлого, изнурительного наказания, сохранив память о суровых условиях, в которых когда-то несли службу галерные гребцы.