Когда любые люди изучают любые языки, почти всегда они изучают, как сказать простейшие глаголы - дай, возьми, принеси. Уже зная их, можно учиться и повторять простейшие фразы с существительными - что ты принесешь, кому.
Татарский глагол алу - брать, хватать - с самого начала вдохновляет. Потому что русскоязычный находит огромнейшие аналогии его применения в русском и татарском. Например, не только ножик со стола - нота алу - взять ноту. Һөнәр алу - получить профессию. Билдән алы - поясницу схаватило. Уңга ал - забирай вправо. Абсолютно все абстрактные значения глаголов взять, схватить, получить, приобретать - выражаются через татарское алу. Это вселяет уверенность, что аналогия полная, татарских подзначений и так уже слишком много.
Но, оказывается, татарское алу и того шире. Во-первых, оно еще выступает как модальный глагол, и в двух ипостасях. Нитә алу - мочь что-то сделать *(подставляем конкретный глагол сюда, килә ала, может прийти). Нитеп алу - немножко единрократно кратковременно поделать, например, туктап алды, приостановился, чукып алды, клюнул (кратковременно и единократно). Да, в первом случае модальный глагол прикрепляется к 3 лицу единственному числу настоящего времени, во втором случае к деепричастию.
Но и это тоже узнается. А вот потом возникает интересная сложность.
Есть ощущение, что говоря о русском "взять", всегда подразумевается, что фокус на предмете, который был не в руках, а потом, после взятия, оказался в них. Кажется, что и в татарском языке это так. А это не так - алу применяется и к чему-то, где после действия предмет совершенно вне фокуса. Короче говоря, русскоязычному сознанию, после первого опыта с "алу" трудно принять, что изъять, вырезать, вычетать, снять с должности, сместить, вынуть - тоже алу. Кажется, ведь, что если "с глаз вон", предмет не в фокусе - какое же это взятие? Кажется, что это всегда легко понять по контексту? Ну вот, например, вам дали аудиофайл, из которого надо изъять звук с 1 по 2 минуты, и чтобы то что до и то что после склеились. 1:00тан 2:00ка алабыз. А у вас зависание - это что значит, что в файле, который останется, должен быть фрагмент с 1 по 2 минуту, или с 0 по 1 и сразу с 2 по 3? Так вот, по умолчанию в татарском это именно изъятие из более полного. А русское восприятие - взяли этот фрагмент с 1 по 2 минуты, и оставили себе (мы же его взяли, значит держим в руке, значит фокус уже на нем).
Из похожих интересных и крайне простых татарских слов мне вспомнилось пока что только ябу, закрывать. Там опять идет почти полное совпадение значений слова - тәрәзә ябу, закрывать окно, өй түбәсен ябу, крыть крышу дома, китапны ябу, закрывать книгу, сарыкларны сарайга ябу, закрыть овец в сарае, төрмәгә ябу, закрыть в тюрьме, газ ябу, перекрыть газ, нарядны ябу, закрыть наряд. Хотя вот вроде загородить свет - утны каплау, хотя в моем понимании каплау скорее накрыть, а свет, горизонтальный, загораживает стоящий человек. Каплау так-то много где перекрывается с ябу, а кое-где с алу, где, например, огонь охватывает здание, вода - затопленную лужайку и т.п
Зато, внезапно, ябу врывается в значение - накинуть, надеть шарфы, платки и даже фартук - алъяпкыч так буквально и называется, передопокрывалка. Шәл ябу - накинуть шаль, а вовсе не "закрыть шаль" (от моли - теоретически можно, наверное, сказать шәлне ябу, это, наверное, поймут как то, что шаль закрыли в шкафу). То есть шаль то, чем закрывают. При этом, вроде логичнее тут каплау, а вроде и не нахожу примеров в жизни, чтобы так говорили.
Я вот думаю, может быть это отголоски строгих традиций, в том числе на сокрытие лица женщинами? Когда вкладывался смысл именно закрытия лица, неполучения доступа, а не покрытия, накрывания частей тела для тепла? Что думаете?