Так уж вышло, что в Иордании не случилось своего национального Рафаэля или Айвазовского. Когда их предшественники-учителя и они сами писали свои нетленные шедевры, хозяином здешних земель был кочевой народ, сначала вообще с высоким искусством не знакомый, а потом в массе своей принявший ислам, а с ним и его каноны и табу. Живопись же Леванта, близкая к европейскому классическому искусству, очень молода, ей и 150 лет ещё не наберётся. Это если в целом, а иорданская и вовсе по меркам истории совершенно юна, будучи ещё вдвое моложе. Самой Иордании ведь чуть больше ста лет, и она точно начиналась в начале ХХ века не с художественных школ. Зато сейчас...
Около двадцати вузов с программами по искусству, студии и курсы при галереях и культурных центрах, стипендии в Европе и Ливане с Египтом. А уж галерей здесь! От Национальной галереи изящных искусств до новейшей крошечной, недавно открывшеся в Акабе. Сосчитать же количество таковых в столице я просто не могу, а сама пока побывала только в пяти.
Жаль, ещё не добралась до "Ориент гэллери" (Дзен требует русифицировать абсолютно всё, поэтому прошу прощения за подобную некрасивую вольность с языком). Жаль, потому что именно там вживую познакомилась бы с картинами, к которым оказалась неравнодушна, даже увидев их только онлайн. Они про Любовь. Не совсем ту, что вы подумали, но нежную, безусловную, не отпускающую, живую, не романтичную, но намного сильнее и дороже любой романтики.
Много раз я говорила, что не люблю современный город Амман. Не только описанной выше любви к нему не испытываю, но и вовсе никакой. Не вижу, на чём остановить взгляд и замереть в любовании. Только история, только достопримечательности, только музеи и галереи, только магазины и рынки. А уж если попала в такой частый в Аммане дождь — скорей бы вырваться… "Душа Аммана" — даже в голову ни разу не пришло это словосочетание, надо же.
И вот художник, который эту душу видит, пишет её и даёт почувствовать такой толстокожей туристке, как я. Амманский хаос лестниц, стен, холмов, вывесок, мокрых тротуаров, отражённых в асфальте фонарей и фар... Пока ты бежишь от точки до точки, перепрыгивая через потоки воды с тех лестниц прямо под ноги, пока видишь только то, что на земле, художник видит душу, музыку, поэзию и ритм.
Пора наконец сказать больше об авторе этого чудесного дождливого Аммана.
Саад Рабади — художник ночью, архитектор днём
Это он сам сказал, а ему виднее, как себя презентовать миру.
Как я выше писала? Откуда в Иордании берутся художники? Саад Рабади — прямо образец к ответу на этот вопрос.
Родился в 1986-м, закончил Иорданский университет по специальности "Архитектура", уехал в ливанский Бейрут за опытом в специальности и искусстве, вернулся в Амман и стал его певцом.
Я больше не буду повторять красивые и умные характеристики из анонсов к его выставкам или подписей к галерейным работам. Никогда не скрывала, что в живописи я чистый созерцатель, что ли… Интуиция, эмоция, резонанс, состояние "здесь и сейчас" — говорят, настоящие художники таких называют "наивный зритель". Вряд ли это положительная характеристика)) Ну и пусть)
И пусть простовато-наивно и прозвучит, но именно это слово мне лучше всего сейчас подходит: обожаю эти картины! Благодаря им поняла, что любовью можно делиться, что любовь может быть заразительно-заразной, что Амман, оказывается, может многое о себе сказать, если захотеть его слышать. И видеть, а не целенаправленно бегать от точки до точки.
А как сами амманцы любят картины Сада Рабади, какие комментарии к ним пишут! Вот уж кто понимает художника и чувствует с ним в унисон. Там, где залётному иностранцу, да ещё западному, хаос, паутина лабиринтов, "кубики унылого арабского лего", непостижимость того, как в этом можно вообще жить, там для таланта и поклонников — Любовь с большой буквы.
Как вам, дорогие читатели? Откликнулся такой минорный Амман? Готовы бы увидеть его таким, а не просто бестолково-безумным арабским мегаполисом?