Российская космонавтика стоит на пороге события, которое может перевернуть представление о национальных приоритетах в космосе. По данным, полученным из открытых источников и подтверждённым несколькими инсайдами в ракетно-космической отрасли, техническая готовность к запуску первого в современной истории России тяжёлого межпланетного корабля находится на финальной стадии. Однако традиционного предстартового ажиотажа и торжественных репортажей с космодрома мы не наблюдаем. Роскосмос упорно хранит молчание, а разработчики отвечают на вопросы дежурными фразами «информация составляет гостеприимную тайну».
Что именно готово?
Речь идёт не о фантомном проекте, который существует лишь в виде презентаций на аэрокосмических салонах. Инженерная готовность комплекса оценивается экспертами в 85-90 процентов. Во-первых, многолетние мучения с тяжёлым ракетным носителем, способным вывести полезную нагрузку за пределы гравитационного колодца Земли, наконец, остались в прошлом. Испытания двигательной установки нового поколения, работающей на экологически чистом топливе, завершены успешно. Нет привычных для 2010-х годов отказов и трещин в конструкциях.
Во-вторых, полностью собран и прошёл наземные испытания маршевый отсек межпланетного корабля. Система радиационной защиты экипажа, над которой бились институты РАН, продемонстрировала расчётные параметры. Создана и замкнута система жизнеобеспечения, позволяющая совершать автономные перелёты длительностью до двух лет без существенной деградации атмосферы и запасов воды.
Отдельного упоминания заслуживает ядерная буксирная установка. Несмотря на скепсис западных коллег, российским материаловедам удалось решить проблему отвода тепла и конструкционной целостности активной зоны реактора в условиях глубокого вакуума и невесомости. Аппарат, способный работать в межпланетном пространстве без подзарядки солнечными батареями, — это тот козырь, который меняет всю логику дальних экспедиций.
Зачем такой секретности?
Роскосмос в последние годы привык отчитываться о каждом удачном запуске спутников связи и очередной доставке грузов на МКС. Здесь же ситуация диаметрально противоположная. На прямой запрос журналистов о статусе работ по теме «Межпланетный комплекс», пресс-служба госкорпорации ограничилась сообщением, что «информация о перспективных разработках не подлежит разглашению в интересах национальной безопасности».
Формально это можно понять. Старт корабля к Марсу, Венере или даже к спутникам Юпитера — это не только наука, но и демонстрация военно-технического превосходства. Технологии управляемого ядерного импульса, навигация в дальнем космосе без коррекции от Земли и теплозащита для входа в атмосферу на третьей космической скорости имеют двойное назначение.
Однако есть и другое объяснение, о котором шепчутся в кулуарах. Роскосмос боится провала. За последние годы корпорация привыкла работать в режиме тотального позитива, а любые неудачи заминались или списывались на внешние факторы. Слишком громкое обещание межпланетного перелёта в случае даже малой аварии похоронит остатки репутации. Проще молчать до последнего момента. Секретность становится идеальным прикрытием: нет заявленных сроков — нет сорванных сроков.
Упущенное время и новая гонка
Пока Роскосмос «секретничает», мировая космонавтика не стоит на месте. Частные американские компании уже провели испытания теплозащитных экранов для возврата с марсианской траектории, а Китай наращивает группировку зондов у дальних планет. В этой ситуации выжидательная позиция Москвы не выглядит рациональной.
Ведь советские межпланетные станции «Венера» и «Марс» хотя и работали с переменным успехом, но дали уникальный научный материал. Сегодня у России есть шанс совершить качественный скачок: от автоматических зондов к полноценному кораблю с возможностью возврата образцов грунта или даже пилотируемым облётом. Аппаратура, по данным разработчиков, готова настолько, что первый испытательный полёт без экипажа можно было бы провести уже в ближайшее весеннее окно.
Но тележка не едет, потому что нет финальной директивы. Чиновники высшего ранга требуют гарантий в 100 процентов, которых в космической технике не бывает. Конструкторы разводят руками: можно до бесконечности доводить до ума узлы и агрегаты, но рано или поздно корабль должен лететь.
Чего ждать дальше?
Прогнозы сегодня строить сложно, но можно с уверенностью сказать: инфраструктурный и технологический задел уже создан. Есть рабочие двигатели, есть корпус, есть логика миссии. Отсутствует лишь политическая воля и желание выйти из тени информационной неопределённости.
Роскосмос, похоже, дожидается идеального момента. Но космос не терпит пауз. Каждый месяц простоя ведёт к старению бортовых систем, моральному устареванию вычислительных комплексов и, что самое обидное, — к оттоку молодых талантливых инженеров, которые не видят конечной цели своих трудов.
Вся отрасль замерла в ожидании одного короткого приказа. Как только он прозвучит, гриф «секретно» с проекта будет снят. И тогда, возможно, мы увидим то, чего не было со времён «Энергии» и «Бурана», — настоящий российский прорыв к дальним мирам. Но пока желанный приказ так и не отдан, а корабль, готовый к звёздам, пылится в монтажно-испытательном корпусе под холодным взглядом секретных опечаток.
