Галина Петровна звонила редко, в основном только по праздникам.
– Ваня, ты как? – спрашивала она сухо. – Работа нормально? Дети не болеют?
– Все хорошо, мам.
– Ну и ладно. Марине привет передай.
И трубку вешала. Никаких «как дела», «может, зайдем», «давайте встретимся». Будто галочку ставила: сын жив-здоров, с меня довольно.
Марина к такому отношению давно привыкла. Сначала, правда, пыталась наладить контакт. Приглашала на дни рождения детей, на Новый год зазывала. Галина Петровна приходила, сидела час, дарила дежурные подарки – носки да шампунь, – и уходила.
– У меня дела, – говорила она. – Некогда мне тут сидеть.
С внуками особо не общалась. Максимум – погладит по головке и спросит: «Как дела в школе?» А когда Костя, младший, пытался показать ей рисунки или поделки, только кивала рассеянно:
– Хорошо, хорошо, молодец.
– Она нас не любит? – как-то спросил восьмилетний Костя у Марины.
– Просто бабушка занятая, – ответила Марина дипломатично. – У нее много дел.
А про себя думала: да не любит. Просто честно в этом себе не признается.
***
Дядя Миша, маминый брат, ушел внезапно. Жил один, детей не было – и все свое оставил Марине, единственной племяннице.
– Квартира двухкомнатная в новом районе, – перечислял нотариус. – Машина «Киа Рио», две тысячи седьмого года. И счет в банке... – он заглянул в документы. – Три миллиона двести тысяч рублей.
Марина сидела и не могла поверить. Они с Иваном жили в однушке, которую снимали. Копили на первоначальный взнос для ипотеки, но все время что-то мешало. То Костин садик платный, то у Димы, старшего, зубы исправлять надо, то сами заболели...
А тут – готовая квартира и машина м деньги.
– Миша всю жизнь работал, копил, – сказала мама по телефону. – Говорил: «Если что, все Маришке достанется. Она хорошая девочка, правильно распорядиться».
***
Галина Петровна позвонила на следующий день после того, как они переехали.
– Ваня, это правда, что Марина наследство получила? – в голосе слышались совсем другие нотки. Не сухость, а живой интерес.
– Правда, мам.
– Ну и хорошо, хорошо... А что именно досталось?
Иван рассказал. Галина Петровна выслушала и вздохнула:
– Везет же некоторым! А я вот всю жизнь работаю, а толку... Ну ничего, главное, что у вас теперь все будет хорошо.
Через два дня она приехала. С тортом.
– Решила поздравить с новосельем! – объявила она, целуя Марину в щеки. – Ах, какая квартирка! Светлая, просторная! И ремонт какой свежий!
Дети недоуменно переглянулись. Бабушка вдруг стала другой. Обнимала их, расспрашивала про школу, хвалила рисунки Кости.
– А машина у вас есть? – спросила она, попивая чай.
– Есть, от дяди досталась, – ответил Иван.
– Ну конечно, конечно! Теперь вы люди обеспеченные, – Галина Петровна лучезарно улыбалась. – Ну вот, мой сынок заживет как человек!
Марина слушала и думала: странно. Раньше же сын ее вполне устраивал. И живя в съемной однушке, и работая слесарем. А теперь вдруг «заживет как человек»...
***
Звонки участились. Галина Петровна интересовалась здоровьем, настроением, планами. Приезжала каждые выходные. Подарки стали дороже: детям – конструкторы и куклы, Марине – хорошую косметику.
– Мне так приятно, что у вас все наладилось! – говорила свекровь. – Я всегда переживала за Ванюшу. Жить в съемной квартире... Это ведь не жизнь, а мучение. А теперь – красота!
А потом начались просьбы.
Сначала маленькие. То попросила подвезти до поликлиники – «своих ног нет, а на автобусе трясет сильно». То продукты привезти – «в вашем районе магазины лучше, выбор больше».
Потом просьбы стали существеннее.
– Ванечка, – сказала она как-то за ужином. – А ты знаешь, мне зубы лечить надо. Имплантанты ставить. Но это дорого очень... Сто пятьдесят тысяч за все.
Повисла тишина.
– Мам, это действительно дорого, – осторожно проговорил Иван.
– Дорого-то дорого, но ведь зубы – это здоровье! – Галина Петровна посмотрела на Марину. – А вы вон, теперь люди состоятельные. Для вас такая сумма не проблема...
– Галина Петровна, – встряла Марина. – Мы еще не решили, как правильно эти деньги потратить.
– А что тут решать? – удивилась свекровь. – Семье помочь – святое дело! Я же не чужая какая. Мать сыну всегда поможет, и сын матери должен помочь.
Домой она ушла расстроенная.
– Знаешь, – сказала Марина Ивану, когда дети легли спать. – Мне кажется, твоя мама считает, что мы теперь ей что-то должны.
– Да нет, – замахал руками Иван. – Просто она... Ну, рассчитывает на поддержку. Это нормально.
– Раньше она про поддержку не вспоминала.
– Раньше у нас не было возможности помочь!
Марина промолчала. Но подумала: возможности не было, а любви тоже не было. А теперь появились деньги – и любовь нашлась.
***
Через неделю Галина Петровна пришла снова. И привела дочь.
– Знакомься, Маринка, это Наташа, Ванина сестра, – представила она. – Она в соседнем городе живет, редко видимся.
Наташа оказалась женщиной лет сорока, уставшей и какой-то потертой жизнью.
– Очень приятно, – сказала она, пожимая Марине руку. – Мама столько о вас рассказывала...
За чаем выяснилось, зачем привели Наташу.
– У нее в квартире ремонт нужен, – объяснила Галина Петровна. – Крыша течет, обои отваливаются, полы гнилые. Жить невозможно! А денег на ремонт нет. Муж пьет, работает через раз...
– Мам, – попытался вмешаться Иван.
– Что «мам»? Сестре помочь – это правильно! – отрезала Галина Петровна. – Наташа ведь не на яхту деньги просит, а на нормальные условия жизни. Двести тысяч всего ничего. У вас же теперь есть.
Наташа сидела, опустив глаза, и молчала. Было видно, что ей неловко.
– Галина Петровна, – тихо сказала Марина. – Мы подумаем.
– А что тут думать? – возмутилась свекровь. – Родня в беде, а вы думаете! Стыдно должно быть!
После их ухода Иван долго ходил по квартире.
– Может, правда поможем? – спросил он. – Наташа ведь действительно плохо живет.
– Ваня, – устало проговорила Марина. – Твоя мама за пять лет ни разу к нам в гости нормально не приходила. Дети для нее не существовали. А теперь вдруг мы семья?
– Люди меняются...
– Люди меняются, когда появляются деньги, – поправила его Марина.
***
Но хуже всего стало, когда заговорили о Диме.
Мальчику было шестнадцать, учился он хорошо, мечтал поступить в московский институт на программиста. Марина и Иван как раз обсуждали, какие курсы ему записать, какого репетитора найти.
– Зачем ему вуз? – вдруг заявила Галина Петровна за очередным семейным ужином. – Парню уже шестнадцать, пора работать идти!
– Как это зачем? – опешила Марина. – Он учиться хочет.
– Хочет – это одно, а надо ли – другое, – назидательно проговорила Галина Петровна. – Вы лучше деньги на дело потратьте. Наташе помогите, мне зубы вылечите. А мальчишка и так проживет. Молодой, здоровый – руки есть, голова на месте.
– Мам, ты что говоришь? – возмутился Иван. – Диме обязательно нужно высшее образование!
– А я считаю, что нужнее семье помочь, – уперлась Галина Петровна. – Ишь, в Москву собрался! Деньги на ветер бросать! А у меня зубов нет, жевать нечем, но это никого не волнует...
Марина почувствовала, как внутри что-то лопнуло.
– Галина Петровна, – сказала она очень спокойно. – А знаете что? Хватит.
– В смысле хватит?
– В смысле – хватит. Пять лет вы на нас ноль внимания обращали. Внуки вас не интересовали, мы с Иваном тоже. А теперь вдруг мы родня?
– Марина! – одернул жену Иван.
– Нет, Ваня, дай я скажу, – Марина не сводила глаз со свекрови. – Галина Петровна, деньги – это не пропуск в нашу семью. Мы никому ничего не должны. И сыну дадим образование, несмотря на ваше мнение.
Галина Петровна побагровела:
– Да как ты смеешь! Я Ванина мать!
– И что? – Марина пожала плечами. – Матери бывают разные. Одни детей любят просто так. А другие – только когда выгода есть.
– Ваня, ты слышишь, что твоя жена говорит?!
Иван молчал, глядя в тарелку.
– Слышу, мам, – тихо сказал он. – И понимаю.
***
Галина Петровна ушла, хлопнув дверью. Больше к ним не приходила.
Звонила только Ивану. Раз в месяц. По старой привычке.
– Ваня, ты как? Работа нормально?
– Все хорошо, мам.
– Ну и ладно.
И вешала трубку. Про Марину больше не спрашивала. Про внуков тоже.
А Дима поступил в московский институт. С первого раза, на бюджет. Марина и Иван купили ему ноутбук, снял общежитие, устроили проводы.
– Может, все же позвонить бабушке? – спросил мальчик перед отъездом. – Сказать, что поступил?
– Можешь позвонить, – ответила Марина. – Только не удивляйся, если она не обрадуется.
Дима позвонил. Галина Петровна выслушала новость и сказала:
– Ну и зря. Деньги зря тратите. Но вам виднее.
После того разговора Дима больше про бабушку не спрашивал.
***
Прошло два года. Семья жила в своей квартире, завели собаку – лабрадора Джека, которого очень хотел Костя. Сделали ремонт, поменяли мебель. Дима приезжал на каникулы, счастливый, полный планов.
Галина Петровна звонила Ивану по-прежнему раз в месяц. Коротко, сухо. Но однажды в разговоре проскользнула фраза:
– У Наташи ремонт затянулся. Денег не хватает...
– Жаль, – ответил Иван и быстро перевел разговор на другую тему.
А потом были звонки с намеками на свои зубы, на плохое здоровье, на то, как тяжело жить одной пенсионерке. Но в дом ее больше не звали.
– Может, все же помочь? – как-то спросил Иван у Марины. – С зубами-то...
– Ваня, – ответила Марина. – А где она была, когда у нас денег не было? Когда дети болели, а мы в аптеку последние копейки несли?
– Не знала...
– Знала. Просто не интересовалась. А теперь пусть сама справляется. Мы – чужие для нее. Как и были всегда.
Иван вздохнул, но спорить не стал. В глубине души он понимал: жена права.
Деньги не делают людей родными. Они только показывают, кем эти люди были на самом деле.