Инга смотрела в окно движущегося электропоезда, отсчитывая взглядом знакомые станции. За толстым стеклом мелькали весенние пейзажи. Зеленые листья только начали пробиваться на ветвях деревьев, образуя легкую изумрудную дымку над лесом. В открытую форточку вагона врывался свежий ветер, принося с собой запахи оттаявшей земли и долгожданного тепла. Инга планировала эти майские праздники несколько месяцев. Она мечтала провести их в абсолютной тишине на своей любимой даче, вдали от городской суеты, бесконечных звонков и утомляющих разговоров.
Этот участок достался ей ценой колоссальных усилий. Много лет назад она приобрела кусок пустой, заросшей бурьяном земли. Сама контролировала каждый этап постройки небольшого, но невероятно уютного дома. Сама красила стены в приятный теплый бежевый цвет, тщательно подбирая оттенки. Сама выбирала мебель, текстиль, посуду. Каждая доска, каждый гвоздь в этом доме были ей знакомы. Она высаживала кусты роз, планировала расположение грядок, выкладывала дорожки. Дача стала ее единственным местом силы, ее личным и неприкосновенным убежищем.
Она представляла, как приедет, откроет окна нараспашку, впустит свежий весенний воздух во все комнаты. Будет сидеть на деревянной веранде, слушать пение птиц и наслаждаться заслуженным отдыхом. Никакой городской спешки. Только она, природа и полное умиротворение.
Сын Слава звонил ей неделю назад. Он вскользь спрашивал про ее планы на длинные выходные. Инга прямо ответила, что поедет на дачу открывать сезон. Слава тогда как-то странно замялся, его голос дрогнул, он быстро свернул разговор и сослался на срочную занятость. Инга не придала этому значения. У Славы всегда было много забот, он постоянно куда-то спешил. А его жена, Рита, никогда не интересовалась дачной жизнью. Рита предпочитала проводить время в торговых центрах и модных кафе. Земля, природа и свежий воздух были ей совершенно чужды.
Электропоезд прибыл на нужную станцию. Инга вышла на бетонный перрон. День выдался невероятно солнечным и ясным. Она поправила легкую куртку, взяла тяжелую сумку с вещами и неспешно пошла по знакомой тропинке. Идти нужно было около двадцати минут. Дорога вела через светлую березовую рощу. Инга наслаждалась каждым шагом. Она думала о том, как сейчас подойдет к своему участку, как откроет калитку, как войдет в свой уютный дом.
Но когда Инга подошла к своей линии участков, она услышала странный, режущий слух шум. Громкие голоса, раскатистый смех, ритмичная и очень громкая музыка. Звуки доносились именно с ее стороны. Инга ускорила шаг. Тревога ледяной волной начала закрадываться в душу.
Вот показался ее высокий забор. Калитка была распахнута настежь. Инга остановилась перед входом, не решаясь сделать шаг вперед. Картина, открывшаяся ее глазам, повергла ее в полнейший шок.
Прямо на газоне, который Инга с огромной любовью и старанием засеивала прошлой осенью, стояли три огромных автомобиля. Тяжелые колеса глубоко продавили мягкую весеннюю землю, оставив уродливые глубокие колеи, уничтожив молодые ростки. На веранде гремела музыка из большой колонки. Вокруг суетилась целая толпа людей. Инга насчитала человек пятнадцать, не меньше.
Там был ее сын Слава. Он разжигал угли в массивном металлическом коробе прямо рядом с деревянной беседкой, рискуя спалить постройки. Рядом стояла Рита в ярком розовом спортивном костюме. Она громко смеялась и раздавала властные указания каким-то совершенно незнакомым Инге мужчинам. Эти чужие люди вытаскивали из дома любимые плетеные кресла Инги и расставляли их прямо на сырой траве, совершенно не заботясь о сохранности мебели.
Из дома, по-хозяйски вытирая руки полотенцем Инги, вышла Валентина Николаевна. Это была мать Риты. Женщина властная, чрезвычайно громкая и абсолютно бесцеремонная. Валентина Николаевна окинула надменным взглядом участок и зычным, командирским голосом крикнула:
— Слава, неси сюда большой стол из гостиной! Мы тут в тени сядем! И скажи этим оболтусам, чтобы дым в другую сторону направили, мне дышать нечем! А ты, Ритка, иди проверь, как там в спальне убрались, нам еще гостей размещать!
Инга стояла у калитки и не могла поверить своим глазам. Ее участок, ее тихое убежище превратилось в шумный балаган. Эти люди не просто приехали без спроса. Они устроили здесь массовое гулянье, пригласили толпу родственников, бесцеремонно заняли ее дом. И никто из них даже не подумал сообщить ей об этом визите.
Она решительно шагнула на свою территорию. Сумка больно оттягивала плечо, но Инга совершенно не обращала на это внимания. Она шла прямо к веранде, чеканя шаг.
Первой ее заметила Рита. Громкий смех моментально застрял у нее в горле. Лицо вытянулось от крайнего удивления.
— Ой, — только и смогла выдать невестка, хлопая ресницами. — Инга Николаевна. А вы почему здесь?
Музыка продолжала оглушительно греметь. Слава обернулся на голос жены и от неожиданности выронил щипцы. Они со звоном упали на тротуарную плитку.
— Мама? — пролепетал Слава, стремительно бледнея. — А мы думали, ты в городе останешься на все выходные. Ты же говорила, что у тебя дела.
Инга остановилась в нескольких шагах от них. Она говорила абсолютно спокойно, но ее голос был ледяным, пробирающим до мурашек.
— Я говорила, что еду на дачу, Слава. А вот вы мне ничего не говорили о своих масштабных планах.
К ним тяжелой, уверенной походкой подошла Валентина Николаевна. Она ничуть не смутилась внезапному появлению хозяйки. Наоборот, она выглядела крайне недовольной тем, что Инга посмела явиться и испортить им праздник.
— Здрасьте, сватья, — громко и развязно сказала Валентина. — А чего вы без предупреждения нагрянули? Мы тут молодежью собрались отдохнуть как следует. Воздух свежий всем нужен. Риточка сказала, что дача пустует без дела, вот мы и решили собраться дружной компанией.
— Моя дача не пустует, — жестко ответила Инга, глядя прямо в глаза наглой женщине. — Это мой личный дом. И я сюда приехала отдыхать. В тишине и одиночестве.
Рита быстро опомнилась и начала активное наступление.
— Инга Николаевна, ну зачем вы устраиваете скандал на ровном месте? Мы же одна семья! Слава ваш родной сын. Он имеет полное право тут находиться. Мы привезли моих братьев с женами, маму пригласили. Неужели вы нас прямо сейчас выгоните?
Инга перевела тяжелый взгляд на чужих людей, которые с откровенным любопытством наблюдали за разворачивающейся семейной сценой. Братья Риты пили напитки из дорогих хрустальных стаканов Инги. Чужие дети с визгом бегали по ее ухоженным клумбам с пионами, безжалостно топча молодые зеленые побеги.
— Я не разрешала превращать мой дом в общежитие, — твердо сказала Инга. — Вы испортили мой участок своими машинами. Вы вытащили мою мебель на сырую землю.
— Да ладно вам придираться, — пренебрежительно махнула рукой Валентина. — Подумаешь, трава помялась! Новая вырастет, дожди польют. Чего из-за таких пустяков ругаться с родней? Мы сейчас большой стол накроем, посидим душевно. А вы, сватья, идите в дом, отдохните с дороги. Мы вам мешать совершенно не будем. Мы вам там в маленькой комнатушке место оставили.
Такая невообразимая наглость выбила Ингу из колеи. Валентина открыто указывала ей, что делать в ее собственном доме, и выделяла ей место.
Инга решительным шагом направилась к входной двери. Она обязана была посмотреть, что эти люди устроили внутри.
— Мама, подожди, не ходи туда сейчас! — Слава попытался перегородить ей дорогу, раскинув руки, но Инга решительно отстранила его в сторону.
Она вошла в прихожую. На чистом полу валялась уличная обувь вперемешку с сумками. В гостиной царил абсолютный хаос. Чужие вещи были небрежно разбросаны по всем поверхностям, на светлом диване лежали чьи-то пыльные куртки.
Дверь в ее личную спальню была распахнута. Инга с замиранием сердца заглянула туда. Ее кровать была полностью разобрана. На ее чистых подушках сидели две незнакомые женщины и громко обсуждали какой-то сериал. А в углу комнаты стояли огромные клетчатые баулы. В них были небрежно, комом свалены все личные вещи Инги.
Инга застыла на пороге, не в силах пошевелиться. Они не просто приехали в гости без спроса. Они решили полностью захватить ее дом.
За ее спиной послышались торопливые шаги. В спальню уверенно вошла Рита. На ее лице играла самодовольная, превосходная ухмылка.
— Инга Николаевна, раз уж вы так некстати приехали, давайте сразу все проясним, — начала Рита чрезвычайно уверенным тоном. — Мы со Славой ждем прибавления. Нам жизненно необходим свежий воздух. Поэтому мы посоветовались и приняли решение, что все это лето мы проведем здесь. Моя мама переедет жить с нами, чтобы постоянно помогать. Мои братья будут каждые выходные приезжать. Нам нужна большая спальня. А ваши вещи мы собрали, вы же все равно скоро уедете обратно в город.
Инга почувствовала, как пол начинает уходить из-под ног. Они все решили. За ее спиной. Они упаковали ее вещи и определили ей уехать. Сильный гнев, который копился в ней, стремительно вырвался наружу. Это была холодная, расчетливая ярость.
Инга медленно выпрямила спину. Ее взгляд стал настолько жестким, что Рита невольно отступила на полшага назад.
— Значит так, — голос Инги звучал негромко, но властно. — Слушайте меня очень внимательно.
Она прошла мимо Риты в гостиную, затем вышла на залитую солнцем веранду. Инга подошла к колонке и выдернула шнур. Тишина обрушилась на участок внезапно, оглушая присутствующих. Все разговоры мгновенно смолкли. Люди удивленно уставились на Ингу.
— Ваше празднование окончено, — громко и невероятно четко сказала Инга, глядя на толпу. — Собирайте свои вещи и немедленно покидайте мою территорию.
Валентина возмущенно замахала руками.
— Это еще что за фокусы? — закричала она. — Мы только приехали отдыхать!
— Вы приехали в чужой дом без малейшего приглашения, — отрезала Инга. — Я даю вам ровно тридцать минут на то, чтобы собрать свои сумки и уехать навсегда.
Рита пулей выскочила на веранду, ее лицо пошло красными пятнами.
— Вы не имеете никакого права! Слава ваш сын! Это и его дача тоже!
Инга медленно повернулась к раскрасневшейся невестке.
— Эта дача оформлена исключительно на мое имя. Слава не вложил в нее ни единой копейки. Это моя безраздельная собственность. И только я решаю, кто здесь будет находиться.
Валентина подошла вплотную, ее лицо исказила злоба.
— Да как тебе не стыдно такие слова говорить! Беременную невестку на улицу гонишь! А ну, Слава, скажи своей матери! Мы отсюда никуда не уедем! Ты нам обещал!
Слава в панике подбежал к Инге.
— Мама, пожалуйста, я тебя умоляю, не позори меня перед Ритиной родней! Оставь нам дачу, мы же договорились!
— Мы с тобой ни о чем не договаривались, Слава, — тихо ответила Инга. — Мне невыносимо стыдно за тебя.
Рита перешла на пронзительный визг.
— Мы никуда отсюда не поедем! Мы уже все спланировали! Вы просто обязаны уступить нам это место! Я не сдвинусь с места!
Инга молча достала из кармана куртки тяжелую связку ключей от ворот.
— У вас осталось двадцать минут, — сказала Инга. — Иначе я закрываю ворота и вызываю охрану поселка. Они очень быстро выведут посторонних.
Наступила звенящая пауза. Валентина поняла, что Инга настроена серьезно. Она открыла рот, чтобы выкрикнуть очередное оскорбление, но в этот самый момент со стороны улицы раздался громкий скрип автомобильных тормозов.
Все инстинктивно повернули головы к распахнутой калитке. К участку подъехало желтое такси. Хлопнула дверца. На дорожку вступила совершенно незнакомая Инге молодая женщина. Она была одета в дорогой плащ, а в руках катила массивный дорожный чемодан. Рядом с ней переминался с ноги на ногу маленький мальчик лет пяти.
Женщина уверенно зашла на территорию участка, окинула недоуменным взглядом замершую толпу с шампурами и стаканами, а затем ее взгляд остановился на побледневшем Славе.
В наступившей гробовой тишине ее звонкий, возмущенный голос прозвучал как раскат грома:
— Слава! Ты же клялся мне, что твоя мать уступила нам эту дачу на все лето, чтобы мы с сыном могли спокойно жить на природе! А кто все эти ужасные люди, и почему здесь находится твоя законная жена?!...
Читать продолжение истории здесь