Посмотрела я новый выпуск «Пусть говорят». И теперь мне нужно закусить валерьянкой и объяснить вам, какой там развернулся балаган.
Более унизительной роли, чем та, которую на себя взяла Маша Распутина, для женщины трудно придумать. Есть законная жена, с которой мужик не разводится тридцать лет. Есть дом, в котором певица сделала ремонт за свои деньги, но при этом живет в нем как гостья. Есть дочь-инвалид, которую кормят с рук и вдруг вспомнили о ее существовании только когда понадобилось спасать недвижимость. Кто вы, Мария, в этой ситуации? Где здесь любовь, а где борьба за квадратные метры?
Мораль этой басни проста, как деревянная ложка. Закончились у вас отношения — поделите всё по закону, решите вопросы и заводите новые. Не надо двадцать лет водить за нос первую жену, ютиться в чужом доме и делать вид, что вы жертва. Захаров что, не мог разойтись сразу, по-человечески? Не мог объясниться, развестись, поделить имущество без этого балагана? Сделал несчастными две семьи. Оставил первую жену в неведении на два десятилетия, а вторую сделал вечной любовницей при живом браке.
Теперь про Елену Захарову. Странная тетушка. «Я записалась на компьютерные курсы, хотела отучиться на бухгалтера, но поняла, что не вытягиваю», — говорит она в эфире. Курсы бухгалтеров не потянула. Пышечную с курочкой гриль не осилила. «Хотела туда автоматы поставить, готовить курочку гриль. Хотела, но не сделала», — вздыхает Елена. Сидела дома двадцать лет, не работала, не выясняла, есть у нее квартиры или их уже продали. А потом приходит с адвокатом, делает запрос и оказывается — ничего нет. «Он эти квартиры продал еще в 1998 году», — объясняет она.
Как так можно? Как можно не знать, кому принадлежит твоя собственность? Тетя уже всё продала и теперь балду пинает, обижаясь на весь мир. Работать с одиннадцатилетним ребенком и мамой-пенсионеркой, оказывается, невозможно. «Да, я не работала. А как? Дочке 11 лет, мама на пенсии — мне их бросить?» — возмущается Елена. Хотя дети в таком возрасте вполне ходячие, мамы на пенсии не требуют круглосуточного ухода. Просто кто хочет — ищет возможность, а кто не хочет — ищет причины. Елена явно предпочитала второй вариант.
Что вообще непонятно во всей этой истории? Почему она не стала претендовать на половину совместно нажитого имущества сразу, в конце девяностых? «Я предлагала поделить имущество еще до того, как узнала о романе благоверного с певицей», — утверждает она. Но почему ждала двадцать лет? Почему не устроилась на работу, оправдывая бездействие тем, что не смогла осилить компьютерные курсы? Выглядит странно. Ей было удобно сидеть на шее у бывшего мужа, получать алименты и не париться. «Он выплачивал дочери алименты в размере 20 тысяч рублей, потом стал платить по 100 тысяч», — рассказывает Елена. А когда деньги кончились — началась война.
Виктор Захаров. Неприятный тип. «Какой академик?! У него образование 8 классов. Таксист он бывший!» — говорит с иронией Елена в эфире. Какой бардак он развел со своими женщинами. Живет с одной, женат на другой, двадцать лет пытается получить развод — это анекдот, а не жизнь. Если бы жил по совести, никаких дрязг не случилось бы.
Но он что-то темнил, мутил, выгадывал. То «академик» с восемью классами образования, то бывший водитель скорой, который внезапно стал бизнесменом. Он сам-то может объяснить эту свою нечистоплотность? Зачем было врать про четыре квартиры, которых нет? Зачем было копить обиды вместо того, чтобы развестись нормально?
Двадцать лет не получить развод. Это либо российские законы работают только для кого-то другого, либо мужику это было просто не надо. Скорее второе. Видимо, были свои мутки с бизнесом, налогами, имуществом. Удобно, когда есть жена, с которой не разведен, и есть любовница, которая делает ремонт в твоем доме. Обе при деле, обе зависимы, обе чего-то ждут.
Дочь Лидия. Отдельная глава этого балагана.
«Когда Распутина переехала в наш коттедж, то сначала Лида жила в комнате моей мамы, а потом я как-то приезжаю, ее больше нет. Оказалось, что Лида стала больной, ее в монастырь поселили, потом в психушку», — рассказывает Нелли Захарова, дочь Виктора от первого брака.
Сначала девочка жила в комнате первой жены, потом вдруг стала «больной». Её отправили в монастырь, потом в психушку. А потом, когда понадобилось спасать дом от раздела, она снова понадобилась. «О Лиде они вспомнили сейчас, потому что она им понадобилась. Якобы у них инвалид дочь, кричали: "Не забирайте дом", хотя его никто не забирает», — возмущается Нелли. «У нас дочь-инвалид, не выселяйте нас». Но до этого она работала обслугой в доме матери — подносила тарелки, убирала со стола, ходила с тряпочкой. «Вот, привезли Лиду-тунеядку, она притворяется, что ей плохо, чтобы не убираться», — цитирует Нелли слова своего отца Виктора Захарова.
Дочь даже за общий стол не садилась. Одна из знакомых Распутиной рассказывает: «Все это время рядом была Лидия, которая обслуживала гостей, но за общий стол так и не села, что удивило присутствующих». Это не про отношения мамы и дочки. Это про то, как использовать близкого человека, когда это выгодно.
И главный абсурд: никто не собирался выгонять Лидию на улицу. «Повторюсь, у мамы компенсация за 99-й год!» — объясняет Нелли.
Елена Захарова требовала не дом целиком, а свою законную долю за двадцать лет брака. Компенсацию за 1999 год, когда они с Виктором разошлись. «Никто ее дом не делил! По суду я получила компенсацию 30 миллионов, но оценка действовала на 1999-й год, когда мы с Виктором расстались. Все, что Маша потом делала — вкладывала, ремонтировала, — она делала по своей воле, никто ее не просил», — заявляет Елена. А Маша с мужем устроили спектакль про «бедного инвалида, которого выселяют». Просто добавили дочку в титры, чтобы жалость продавать.
Друзья Распутиной говорят, что жизнь детей певицы не сложилась. Младшая Маруся школу не окончила, в вуз не поступила. Старшая Лидия работает прислугой в доме матери. Но певица предпочитает говорить о голосах и галлюцинациях, а не о том, как сама же обустроила жизнь своих дочерей.
А теперь главный вопрос для всех, кто это прочитал. Когда из мужика, который двадцать лет не может развестись, женщины делают две жертвы разом, кто в этом раскладе действительно жертва, а кто просто не хочет брать на себя ответственность за собственную жизнь?
Больше подробностей (и то самое видео) в моем Telegram-канале Обсудим звезд с Малиновской. А ещё я теперь есть в MAX. Заглядывайте!
Если не читали: