Рождество издавна было временем, когда вновь переживают воспоминания и за праздничным столом вспоминают былые события. Одна из самых известных историй, связанных с этим периодом, — это история о рождественских перемириях 1914 года. Хотя неофициальное прекращение огня было широко распространено, в некоторых районах боевые действия всё же продолжались. Ниже приведены три менее известных случая, разделённых по сторонам (немецкой, французской и британской), а также по секторам, в которых надежды на мирный день были разрушены и велись бои.
Немецкая перспектива — сектор Уаза
В декабре 1914 года началась позиционная война на истощение. Французы попытались打破 тупик, начав наступления — в основном в Артуа и Шампани, соответственно 17 и 20 декабря, — но к Рождеству атаки начали затихать. Капитан фон Дюринг из 89-го великогерцогского мекленбургского гренадерского полка, находившегося на реке Уазе, писал своей жене 23 декабря:
«Завтра канун Рождества. Если французы хотели испортить нам Рождество, им это безусловно удалось».
Согласно дневнику боевых действий 2-го батальона гренадеров, 24 декабря на фронте воцарилось небывалое затишье:
«Ночь кристально ясная, и после возни и грохота минувших дней над всем царит торжественная, умиротворяющая тишина. Вдалеке слышно, как немецкие рождественские песни разносятся в ночи. Настроение солдат — радостное и оптимистичное, поскольку каждый получил рождественские поздравления из дома. Покуривая рождественскую сигару или трубку, в этот сочельник вспоминаешь множество мирных образов».
Но после тяжёлой артиллерийской бомбардировки утром в Рождество французы, в основном из 24-го пехотного полка, противостоявшие мекленбуржцам, в конце концов предприняли свою самую крупную на тот момент атаку. Слова добровольца-одногодичника Хофшильдта об этих событиях записаны в полковом дневнике:
«Когда был отдан приказ в случае атаки вести огонь поверх бруствера, я уже лишился трёх товарищей, убитых выстрелами в голову. Пуля сбила верхушку кокарды на моей полевой фуражке, унеся всего лишь несколько волосков. Внезапно унтер-офицер Шульц, который затаился в стрелковой ячейке у хода сообщения, засыпанного в сочельник, крикнул: "Они идут!" — Вскидывай винтовку и стреляй всем, чем можешь. Штедт, рядом со мной, рухнул — shot in the head. Наши ряды редели.
Унтер-офицер Шульц, сидя в хорошо замаскированной ячейке, не представляя собой заметной цели и в то же время имея отличный обзор, косил одного француза за другим. Мы приготовились к рукопашному бою; примкнули штыки. Шульц доложил, как только французы достигли нашей траншеи. Мощное "ура" заставило наших противников дрогнуть. Они повернули назад и были скошены метким огнём. Несколько смельчаков спрыгнули в нашу траншею, но были выведены из строя штыками. Главная атака провалилась. Только на главной позиции французы захватили около 100 метров».
Потери были таковы (включая более 200 убитых с обеих сторон), что к ночи мекленбургский полк получил подкрепление, а затем его заменил другой полк. Около 130 французских солдат попали в плен и были размещены по блиндажам. Немецкий унтер-офицер Шахт впоследствии вспоминал ту рождественскую ночь с пленными:
«После того как атака была отражена и всё успокоилось, мы вернулись в подземное укрытие. Там нас встретила пронзительная сцена. Большая ёлка с горящими свечами всё ещё стояла перед помещением, где содержались пленные. Несколько гренадеров стояли на страже с примкнутыми штыками. Снова зазвучали рождественские гимны, и было ясно, какое впечатление это производило на наших врагов. Один из них подошёл к ёлке, снял шлем, произнёс несколько слов и перекрестился. У многих из них можно было заметить увлажнившиеся глаза. Они тоже, должно быть, думали о жёнах и детях, оставшихся дома, и были благодарны, что остались живы.
Так прошло наше первое военное Рождество 1914 года — прямо в гуще жестоких боёв. Каждый, кто вернулся с поля боя и пережил то Рождество, всегда будет вспоминать эти дни, когда снова наступает Рождество».
Французский взгляд - Вогезский сектор
На самой южной точке Западного фронта солдаты располагались на гранитных валунах среди горных заснеженных сосновых лесов. Одной из высот на отметке 1219 метров была Тет-де-Фо, известная немцам как Бухенкопф. Эта позиция впервые серьёзно заявила о себе 2 декабря, когда была захвачена французами; немецкие контратаки провалились.
Утром 24 декабря шёл интенсивный миномётный огонь, но к полудню он прекратился. В 22:30, в суровых зимних условиях, немцы начали крупное наступление, чтобы отбить Тет-де-Фо. Они проникли в центр французских позиций, пройдя через 50-метровый разрыв без колючей проволоки, и захватили большую часть первой линии. К 4 часам утра они предприняли ещё один бросок, но не смогли прорвать вторую линию. На рассвете капрал Крамп выскочил с несколькими егерями и оттеснил немцев вниз по склону. Там он нашёл некоторых раненых, всё ещё живых, погребённых под грудами тел.
Егеря заслужили у своих противников прозвище «Голубые дьяволы» за своё упорное сопротивление. 30-й егерский батальон, находившийся в гуще боёв, потерял около 48 человек убитыми (некоторые источники называют 137 погибших). Один из захваченных в плен немецких офицеров оценил их собственные потери в 500 человек. Егерь Франсуа Тиссеран, находившийся близ Тет-де-Фо, пересказал эти события в своей книге воспоминаний «Ленж — могила егерей»:
«В канун Рождества немцы бомбардировали нас всё утро тяжёлой артиллерией и торпедами; днём ничего не происходило, но около полуночи — ну и бой же был! Немцы подошли плотным строем к солдатам 6-й роты, и некоторым даже удалось прорваться в траншеи. Похоже, там шла настоящая резня — французы и немцы уничтожали друг друга гранатами. В 4 часа утра немцы снова пошли в атаку, с криками, с флейтами и барабанами, и снова получили хорошую взбучку. Нашим людям удалось захватить несколько пленных. Это были стрелки 14-го Мекленбургского полка, настоящие крепкие ребята, как видно. В общей сложности у нас было около пятидесяти убитых и много раненых. В самый день Рождества! Можете себе представить?»
Британский взгляд — сектор Артуа
Сектора Изера и Фландрии в основном были спокойны во время Рождества. Но в Артуа утром 24 декабря солдаты 2-го гвардейского гренадерского полка, прибывшие за день до этого на новую позицию для смены 2-го полка Королевского Сассекского полка, оказались в неприятной ситуации, согласно полковому дневнику:
«Раннее утро началось с интенсивной снайперской стрельбы и миномётных обстрелов. Стоял жестокий холод, а вода в траншеях делала сообщение почти невозможным. Казалось безумием пытаться удерживать такую линию траншей, но выбора не было».
Немцы, имея преимущество, предприняли атаку, которая достигла первой линии траншей. Это вынудило промокших и окоченевших британских солдат провести всю ночь за строительством новой линии окопов, пока температура начала падать, а звуки войны стихали. Майор Джеффрис написал в своём дневнике об этом:
«Сильный мороз, земля твёрдая как кирпич. Каналы замёрзли. На рассвете несколько немцев высунули головы и крикнули: "Счастливого Рождества". Наши люди после вчерашнего были не в том настроении и выстрелили в них. Те сразу же ответили, и перестрелка снайперов продолжалась весь день».
К концу дня гвардейцев сменили. В целом рождественские бои стоили батальону 81 потери, включая 20 убитых. Другой солдат написал домой, по-видимому, с досадой:
«Возможно, вы читали о разговорах в Рождество. Это всё ложь. Снайперская стрельба продолжалась как ни в чём не бывало; более того, нашего капитана ранили, так что не верьте тому, что видите в газетах».
Это будет последняя статья в этом году. Если есть возможность, поделитесь и напишите в комментариях, что вы думаете об этом посте или даже обо всём проекте на данный момент. Тем не менее, материалы и новости о Первой мировой войне будут продолжать выходить в Notes как обычно. Заранее желаю всем, кто это читает, незабываемого Рождества и счастливого Нового года!