Дочитала наконец Маисовых людей Мигеля Анхеля Астуриаса, которых мы читали вместе с клубом Книжной Юлы (спасибо, это было отличное обсуждение!), приготовила чилате по-гватемальски и посмотрела мини-лекции Юрия Березкина на Арзамасе про Мифы Южной Америки. Хотя я отдаю себе отчёт в том, что Гватемала это не Южная, а Мезоамерика, самое её сердце, территория классической цивилизации майя, лекции Берёзкина трансконтинентальны, потому что именно сходство мифологических мотивов по всему миру он и исследует, так что я с лёгкостью нахожу знакомые из книги Астуриаса образы в этих его мини-лекциях. Для более серьезного же погружения могу рекомендовать его курс на Stepik. С общими чертами автохтонных американских верований можно познакомиться в статье Дмитрия Беляева на том же Арзамасе.
Но всё-таки надо сказать пару слов о самих майя, с потомками которых мы знакомимся в Маисовых людях. Историю их принято делить на три периода: с древности до IV в. н.э. (время возникновения городов-государств, земледелия, ткачества; примерно 400-м годом датируется изображение самого раннего солнечного календаря майя, высеченного на камне, майя принимают идею иерархического общества), с IV по X век (классический период - это время роста городов, закончившееся таинственным исходом из них, возможно, как раз из-за чрезмерного увлечения маисом), X — XVI век (постклассический период, вплоть до прихода конкистадоров). Из этого краткого описания вырисовываются три главных героя истории - индейцы, маис и испанцы. Про них Астуриас и ведёт свой рассказ.
"Первым царем у майя считался бог кукурузы, и поэтому цари, когда восходили на престол, уподобляли себя богу кукурузы", - рассказывает Беляев, - "В книге «Пополь-Вух» говорится, что было несколько поколений людей и первые были из глины, следующие — из дерева, а ныне существующее человечество сделано из плоти, которая состоит из кукурузы. У современных киче по этому поводу говорится, что ты — это то, что ты ешь. Люди едят кукурузу, потому что из кукурузы сделано человеческое тело". Березкин рассказывает во второй лекции "Ямс из пальцев, кукуруза из зубов" об общности мифов Южной Америки и Юго-Восточной Азии о происхождении культурных растений из человеческого тела. Как правило, женского. Подобно греческому Прометею, она жертвует собой, чтобы у людей была еда и, умирая, распадается на сельскохозяйственные культуры. В Маисовых людях не раз говорится о том, что выращивать маис на продажу это все равно, что продавать мясо собственных детей. В книге постоянен этот мотив оверпотребления ресурсов страны потомками конкистадоров. При этом у самих майя тоже есть достаточно трагический опыт перепотребления кукурузы. К X-му веку их сельское хозяйство было практически полностью основано на ней. Когда грянули засухи, потерявшие надежду на единственный источник пищи люди погрузились во тьму конфликтов и болезней. Постепенно люди покинули города, классическая эпоха цивилизации майя закончилась.
"– По твоей вине, Гаспар Илом, я, земля Илома. не смыкаю глаз.
– По твоей вине, Гаспар Илом, мне, земле Илома. рубят топорами веки…
– По твоей вине. Гаспар Илом, у меня, земли Илома, опаляют кустарник ресниц пламенем, выбелившим луну, как старого муравья…
...
– Желтые кролики в небе, желтые кролики в чаще, желтые кролики в водах помогут тебе, Гаспар. Ты пойдешь в битву, Илом, влекомый кровью, рекою и своей тенью, свившейся в слепой узел…
...
Наутро Гаспар сказал:
– Вот что, Вшивая Краса, скоро начнется драка. Я очищу землю Илома от тех, кто рубит деревья, выжигает лес и осушает реки, которые бегут во сне и ничего не видят, пока не остановятся в запрудах. Разделаюсь со всеми, кто растит маис на продажу."
Население Гватемалы почти поровну состоит из потомков майя и испанцев, что представляет идеальную пропорцию для бесконечной войны. Впрочем, в последние столетия основные конфликты происходили не между этносами, а между различными партиями испанцев, либералами и консерваторами, сторонниками капитала и социалистами, которые в череде переворотов захватывали власть или уходили партизанить. Однако к 80-м годам XX века политические войны всё-таки перешли в этническую плоскость, снова, как во времена конкистадоров. Землевладельцы европейского происхождения начали массированный отъём земель у индейцев, устраивая настоящие кровавые бойни с помощью наёмников, а протесты подавляла армия. Маисовых людей Астуриас написал за тридцать лет до того, но в описаниях мести и кровавых расправ в книге словно отразилась вся история Гватемалы.
Я читала у Астуриаса в декабре Синьора президента. Это, несмотря на густой дух индейских мифов, в целом очень знакомая история, рассказанная очень по-европейски. Маисовые люди открыли для меня Астуриаса совсем с другой стороны. Здесь нет героя, которым можно было бы в полной мере проникнуться. Как это бывает в модернистской литературе, у Вулф, например, или Дос Пасоса, внимание автора постоянно смещается с одного персонажа на другого, но связаны они при этом не городом, а мифом. Каждая отдельная история это по сути народный сказ. Получается, что главным героем книги является не человек, а что-то надчеловеческое - народная молва. И она творит легенду о своем герое, который присутствует в повествовании во плоти от силы несколько первых страниц:
"Солнце облысело. В землях касика Илома, встречая лето, смазывали сотовым медом ветви деревьев, чтобы слаще были плоды, украшали цветами бессмертника головы женщин, чтобы женщины больше рожали, и вешали на дверь мёртвых барсуков, чтобы умножилась мужская сила.
Светляки– колдуны, рождаясь там, где большие кремни ударялись друг о друга, усыпали семенем искр ночной воздух, заменяя зимние звезды, освещающие путь.
Потом загорелись очаги, с которыми можно потолковать о зное, иссушающем землю..
...сидели на собственных пятках люди в патронташах. Они молчали и думали о том, что воевать летом индейцу труднее, чем всаднику, но придет зима, и они свое возьмут..."
Много вкусных яств на этом последнем пиру описал Астуриас, но мне запомнилось одно: "Чилате – напиток из маиса, перца и какао, такой вкусный, что, выпив его, люди запрокидывали тыкву, и казалось, что они в маске".
Я решила попробовать приготовить чилате по-гватемальски (ну, приблизительно, поскольку я брала не кукурузу и бобы какао, а уже готовую муку и какао-порошок). На 4 маленьких порции я взяла 1/3 чашки кукурузной муки и размешала её примерно в чашке горячей воды до исчезновения комочков. В двух чашках воды я поставила вариться смесь корицы, имбиря, чили и какао (по объему взятого столько же, сколько и кукурузной муки), доведя до кипения и влив туда смесь из муки и воды, после чего убавила огонь до минимума и поварила ещё немного. Разлив (скорее разложив, у меня получился пудинг, а не напиток) по чашкам чилате, я добавила в него сахар. Скажу честно, нам не очень зашло, наверное, мы не маисовые люди) Я предпочитаю горячий шоколад. Но если кто-то привык к кукурузной муке, то это интересный пудинг. Муж предположил, что бурбон достаточно кукурузный, чтобы сопроводить эту книгу)
Гаспар Илом был отравлен, выпил реку, увидел, что его соратников перебили, и вернулся в реку. Чтобы умереть? Чтобы жить вечно? Ведь, чтобы легенда жила, человек должен умереть. Проклятие жёлтых кроликов погонит по земле Гватемалы его гонителей, лишит их потомства, уничтожит. Про это сложат легенды, одну за другой. Много интересных историй вам предстоит прочитать, если вы возьмётесь за эту книгу, но будьте готовы к тому, что они написаны маисовым человеком и имеют непривычный вкус, как и Гватемальский чилате)
Астуриас опубликовал эту книгу в 1949-м году. До переворота 1954, который сделал его вечным изгнанником, оставалось пять лет. До геноцида коренного населения Гватемалы чуть более тридцати. Жёлтые кролики не спасли свой народ, да им и не было дела до народа, они спасали землю, кидая народ в огонь междоусобной вражды. Сын Астуриаса во время революции взял себе имя Гаспар Илом. Так легенда продолжила жить.