Валентина Сергеевна осторожно, будто опасалась увидеть не того, кого хотела, открыла дверь в палату. Находившиеся там мужчины устремили на неё взгляд. Не обращая внимания на посетителя в форме, женщина медленно двигалась к лежавшему на кровати пациенту. Она смотрела на него, не моргая, словно боялась, что тот исчезнет, если она хоть на миг закроет глаза. На её лице читалась гамма эмоций: от испуга до радости. Андрей тоже внимательно следил за вошедшей, но, казалось, он не узнал её. Приблизившись к сыну, Валентина Сергеевна несколько секунд поколебалась, а потом бросилась к нему с объятиями. Слёзы брызнули из её глаз, ноги стали ватными.
- Сынок! Андрюша! Где ты был всё это время? Куда ты пропал? Почему не написал, не позвонил? Я уж думала, не дождусь тебя, - причитала женщина, обнимая молодого человека.
- Мама? - уточнил тот, не совсем понимая происходящего.
На его лице застыло изумление. Мужчина не понимал, почему его мать выглядела такой постаревшей. Морщины, седина, худоба - всё это не вписывалось в его воспоминания о ней. Когда он уезжал в рейс, Валентина Сергеевна выглядела совершенно иначе.
- Что случилось? - не скрывая своего удивления, спросил Андрей. - Где отец? Почему ты так поседела?
Только теперь женщина осознала, что перед ней лежит тот самый Андрюша, который уехал из дома двадцать два года назад. За всё это время он ничуть не изменился, не постарел, не поправился, как это часто бывает в столь зрелом возрасте.
- Это ваш сын? - уточнил следователь, до сих пор безмолвно наблюдавший за происходящим.
- Да, - без колебаний ответила Валентина Сергеевна, - только...
Она замешкалась, не зная, как объяснить своё беспокойство по поводу его внешности.
- Что только? - уточнил следователь, видимо, уже успевший задать несколько вопросов потерпевшему.
- Андрею сейчас должно быть сорок восемь лет, - ответила Валентина Сергеевна.
- О чём ты говоришь, мама? - не понял Андрей. - Какие сорок восемь лет? Это что? Шутка? Я уехал из дома две недели назад...
Не понимая, что происходит, он перевёл взгляд на стоявшую в дверях девушку. До боли знакомое лицо теперь показалось ему каким-то чужим. В палате повисла густая тишина. Все находились в растерянности. Не веря своим ушам, но пытаясь думать логически, следователь спросил у пострадавшего:
- Какой сейчас, по-вашему, год?
- Что значит "какой год"? - удивился вопросу Андрей. - Тысяча девятьсот девяносто шестой.
Звенящая тишина снова повисла в воздухе. Никто не знал, как реагировать на подобное заявление. Видя растерянность на лицах окружающих, пациент спросил:
- А по-вашему, какой год на дворе?
- Сегодня первое сентября две тысячи восемнадцатого года, - ответил мужчина в форме. - Вас доставили в больницу два дня назад после дтп. Мы навели справки и выяснили, что автомобиль, на котором вы ехали, пропал в сентябре тысяча девятьсот девяносто шестого года. Он бесследно исчез вместе с водителем, Тимошиным Андреем Ильичом. И вот спустя двадцать два года он чудесным образом появился. Вы утверждаете, что именно вы - тот водитель!? Ваши слова подтверждает мать. Кроме того, при вас были найдены паспорт и водительские права. Но как такое может быть? Где вы скрывались всё это время? И почему за двадцать два года вы ничуть не изменились?
Вопросы сыпались, как из рога изобилия, но ответов на них пока не было. Пострадавший слушал человека в форме и не верил своим ушам. С одной стороны, это объясняло, почему так постарела мать. Но, с другой стороны, Алла стояла перед ним всё такая же молодая и цветущая. "Или эта девушка не моя Алла?" - вдруг усомнился он и перевёл взгляд на медсестру. Та во все глаза смотрела на "странного пациента". То же лицо, те же большие карие глаза, но взгляд... Он стал другим. Чтобы хоть как-то отвлечься от мыслей, похожих больше на бред, чем на правду, Андрей спросил у матери:
- А где отец? Почему он не пришёл?
Женщина потупила взгляд.
- Он умер через год после твоего исчезновения, - сказала она.
Это уже не было похоже на шутку. Но и поверить в то, что он отсутствовал двадцать два года, тоже было невозможно. Последним шансом Андрея была невеста.
- Алла! - обратился он к девушке, стоявшей у двери.
- Я не Алла, - ответила та. - Я Аня. Вы, возможно, спутали меня с кем-то.
Мужчина медленно окинул взглядом всех присутствующих в палате и закрыл глаза. От сильного волнения и напряжения у него разболелась голова. Заметив это, врач велел всем покинуть палату. Следователь попрощался, но обещал вернуться. Валентина Сергеевна еле передвигала ногами. Если в больницу они несли её сами, то теперь совсем не слушались. Аня взяла старушку под руку и помогла выйти.
- Вы не переживайте! - попросила она. - Главное, что ваш сын нашёлся. Всё остальное - мелочи!
Вытирая слёзы с лица, женщина закивала.
- Ты права, дочка, - согласилась она. - Мой Андрюша вернулся. И это самое важное!
При этих словах старушка внимательно вглядывалась в лицо Ани.
- А ты, и правда, очень похожа на Аллу, невесту Андрюши, - вдруг сделала вывод она. - Бывают же такие совпадения!
Проводив Валентину Сергеевну, Аня отправилась домой. После ночного дежурства и перенесённых волнений она еле стояла на ногах. Добравшись до подушки, девушка моментально провалилась в сон. Когда она проснулась, родители уже вернулись с работы.
- А вот и наша спящая красавица! - проговорил Павел при виде дочери.
- Как раз к ужину, - заметила мать. - Садись за стол! А то совсем отощаешь со своей работой. Надеюсь, сегодня не вызовут опять в ночь?
- Не вызовут, - ответила девушка, вдыхая аромат жаренной картошки.
Продолжение следует...