Лера, совсем недавно начавшая осваивать автомеханику, даже не подозревала, чем обернётся для неё самый обычный рабочий день в дорогом автосервисе. Ещё каких-то несколько часов назад она искренне радовалась своей работе и чувствовала себя на своём месте, но случайно подслушанный за дверью кабинета разговор перевернул в её сознании всё с ног на голову.
Запах моторного масла и раскалённого металла успел стать для Леры привычнее, чем аромат свежей выпечки с корицей, который ещё год назад пропитывал её одежду в стенах кулинарного колледжа. Девушка-механик ещё раз заглянула в салон автомобиля, чтобы убедиться, что не забыла убрать защитные чехлы. На пассажирском сиденье лежал кожаный ежедневник, забытый владельцем. На его обложке, тиснённая золотом, красовалась надпись — название крупного финансового холдинга «Группа компаний Аркада». Лера невольно засмотрелась на эмблему, потом вынырнула обратно и с мягким стуком захлопнула дверцу.
Перед ней, сияя свежевымытыми чёрными боками, замер BMW премиум-класса. Настоящий зверь, а не просто машина. Ещё вчера Лера провозилась с его ходовой частью, а сегодня двигатель урчал ровно и приглушённо, словно благодаря за заботу. В ремонтный бокс шагнул Михаил Городецкий — владелец этого красавца и постоянный клиент сервиса. Старожилы поговаривали, что он, несмотря на всю свою внешнюю сдержанность, заядлый любитель погонять по загородным трассам на высокой скорости. Заказчик тепло улыбнулся, и в уголках его глаз собрались мелкие морщинки.
— В полном порядке, — произнесла Лера, протягивая ему ключи и старательно выдерживая профессиональный тон, хотя внутри у неё всё трепетало от волнения. — Я провела полную диагностику, заменила все необходимые расходники. Можете смело отправляться в путь.
Он подошёл к автомобилю, холёными пальцами провёл по идеально гладкой поверхности кузова, и по его довольному взгляду Лера безошибочно определила — заказчик остался полностью удовлетворён качеством работы.
— Всегда приятно встретить мастера, который по-настоящему чувствует технику, — заметил Михаил. Он на мгновение чуть дольше, чем требовалось, задержал свою ладонь на её руке, забирая ключи от машины.
— Вы работаете в «Аркаде»? — не удержалась от любопытства Лера, кивнув на кожаную обложку ежедневника. — Я слышала, это огромная корпорация с серьёзным влиянием на рынке.
Михаил коротко усмехнулся, но в этой усмешке не было высокомерия, скорее усталое признание очевидного факта.
— Есть немного, приходится крутиться. Весь день провожу в офисе среди гор бумажной рутины. Вы даже представить себе не можете, как я жду вечера, чтобы вырваться на свободу, вжать педаль газа на пустой загородной трассе и просто почувствовать скорость. Специально иногда задерживаюсь допоздна, чтобы других машин на дорогах было поменьше.
Затем он подмигнул девушке, и от этого жеста по её спине пробежала тёплая волна.
— Очень надеюсь, что через год, когда настанет время планового технического обслуживания, я снова вас здесь увижу.
Лера смущённо улыбнулась в ответ, ощущая, как её щёки предательски заливаются румянцем. Такое внимание со стороны клиента было приятным, но немного неожиданным.
— Вам доброго пути, — пожелала она, стараясь вернуть голосу деловую нотку. — Только зря не рискуйте на загородных трассах, пожалуйста.
Мужчина кивнул и, прежде чем сесть за руль, оставил на стойке конверт с чаевыми, коротко бросив через плечо:
— Это вам, за старание.
Он занял место водителя, повернул ключ зажигания, и мотор отозвался глухим, но мощным, идеально выверенным звуком. Лера проводила взглядом выезжающий из бокса сверкающий автомобиль, но в полной мере насладиться моментом ей не дал пронзительный сигнал уведомления на рабочем телефоне. На экране высветилось сообщение от секретаря: «Лера, как только освободишься, зайди в офис к Семёну. Срочно».
Девушка направилась к кабинету управляющего. Уже занеся руку, чтобы постучать в дверь, она вдруг замерла на месте, услышав приглушённые обрывки разговора. Босс явно обсуждал что-то с кем-то по телефону, и интонации у него были слишком оживлённые для обычного рабочего звонка.
— Да, Иннокентий Всеволодович, всё сделано в лучшем виде. Можете не сомневаться. Да, выехал уже. С тормозами, как вы и просили, полный порядок. Да не переживайте вы так. У меня на примете есть один очень надёжный вариант. Мамой клянусь, всё пройдёт гладко. Если что, мы всегда сможем всё списать на эту новенькую, на уволенную дурочку, — донёсся из-за двери приглушённый, но вполне различимый голос Семёна.
Лера, стараясь не шуметь, переждала, пока босс закончит разговор, и только после этого решительно постучала в дверь.
— Войдите, — раздался изнутри небрежный ответ.
Когда девушка-механик переступила порог, Семён ленивым движением отодвинул телефон в сторону. На его лице застыла привычная слащаво-добренькая улыбка, но в сощуренных глазах читался холодный, расчётливый блеск мелкого хищника.
— Лерочка, дорогая, проходи, не стесняйся, присаживайся, — заворковал он, указывая на стул напротив. — Скажи-ка мне, роднулечка, ты ведь сейчас занимаешься тем серебристым спорткаром, который стоит в пятом боксе?
Лера согласно кивнула, внутренне напрягаясь от предчувствия недоброго. Да, это была её текущая машина. Семён восседал в массивном кожаном кресле, которое жалобно поскрипывало под его изрядным весом. На столе перед ним были разложены распечатанные сметы и акты выполненных работ.
— Я тут решил посмотреть твой отчёт по той самой серебристой игрушке. Хозяйка, кажется, какая-то бизнес-вумен, так ведь? — продолжил он, наигранно задумавшись. — А вот что-то сумма у тебя вышла какая-то... скромная.
Лера снова кивнула, устраиваясь на самом краю стула и чувствуя, как под ложечкой засосало от нехорошего предчувствия.
— Там была совсем пустяковая проблема, — начала объяснять она, пытаясь говорить уверенно. — Обычный глюк датчика уровня омывающей жидкости — контакты просто окислились от времени. Я всё аккуратно зачистила, поменяла уплотнитель. Работы от силы на пятнадцать минут, не больше.
Семён внимательнее, с прищуром, посмотрел на молодую сотрудницу. Выражение его лица изменилось, наигранное дружелюбие начало испаряться, уступая место откровенному разочарованию.
— Пятнадцать минут, значит, говоришь? — протянул он, задумчиво постучав коротким пальцем по бумажной распечатке. — А вот я, знаешь ли, смотрю на твой отчёт и вижу там одну досадную оплошность. Чего-то здесь не хватает. Чего же? Здесь не хватает ещё двухсот тысяч рублей, лапонька.
Лера моргнула, решив поначалу, что ослышалась или что в смету закралась какая-то чудовищная ошибка. Чтобы выбить чек на такую сумму в их мастерской, нужно было как минимум перебрать половину двигателя или установить новую мультимедийную систему стоимостью в несколько месячных окладов.
— Я, честно говоря, не понимаю, о чём вы, — Лера запнулась, подбирая слова. — Какие двести тысяч? Там же запчастей на триста рублей, если не меньше, плюс работа по самому минимальному тарифу. Как можно обосновать такую сумму?
Семён тяжело вздохнул, словно разговаривал с неразумным ребёнком, и подался всем корпусом вперёд, положив пухлые руки на стол, чтобы нависнуть над ней.
— А ты послушай меня, послушай внимательно, девочка, — начал он, и в голосе его зазвучал металл. — Трудишься ты у меня второй месяц. Работаешь более-менее сносно, руки у тебя и правда из нужного места растут. Это я признаю. Но если ты и дальше хочешь оставаться в моей команде и зарабатывать нормальные, настоящие деньги, то тебе пора, наконец, усвоить главное правило нашего заведения.
Он сделал эффектную паузу, буравя её взглядом, будто проверял на прочность.
— Если владелец такого автомобиля, как этот серебристый спорткар, ровным счётом ничего не соображает в механике, а эта дамочка, судя по всему, даже не представляет, с какой стороны у неё бампер, то... таких простаков нужно стричь. Это не моя прихоть, это закон настоящего бизнеса. Ты сейчас выйдешь из моего кабинета, составишь новую смету и, когда клиентка приедет, красиво и доходчиво объяснишь ей, что глюк датчика был не случайностью, а первым симптомом куда более серьёзной, критической поломки центрального блока электроники. Скажешь, что его пришлось в срочном порядке менять за двести тысяч, иначе, мол, машина могла бы загореться прямо на ходу. И запомни: делать с машиной ровным счётом ничего не нужно. Ты просто выкатишь ей чек и всё.
Лера почувствовала, как к горлу подступил тугой, непроглотимый комок обиды и гнева.
— Вы... вы предлагаете мне её обмануть? — выдохнула она, и голос её, несмотря на все усилия, дрогнул, но взгляд оставался прямым и твёрдым. — Взять с человека деньги за ремонт, которого фактически не было?
Семён посмотрел на неё так, будто перед ним стояла умалишённая, не понимающая элементарных вещей. Его лицо начало медленно багроветь, сбрасывая остатки маски наигранного добродушия и обнажая истинную сущность — мелкого, жадного хищника.
— Я предлагаю тебе быть умной, лапонька, — процедил он сквозь зубы, уже с трудом сдерживая раздражение. — Мы здесь работаем не за спасибо и не из любви к искусству. Так что иди и закрывай заказ так, как я тебе сказал. Мне нужны мастера, которые умеют делать деньги, а не нытьё разводить.
Девушка порывисто поднялась со стула, едва не опрокинув его.
— Семён, пожалуйста, не просите меня об этом, — произнесла она глухо, почти шёпотом, но твёрдо. — Я не буду этого делать. Ни за какие деньги.
Внутри у Леры всё буквально кипело от негодования и острой, щиплющей горечи разочарования. В кабинете на несколько мгновений воцарилась напряжённая, гнетущая тишина, которую нарушало только тяжёлое, прерывистое дыхание разъярённого начальника. Лицо владельца автосервиса перекосила неприкрытая ярость. Он резко выхватил из принтера чистый лист бумаги и с силой, с размаху припечатал его к гладкой столешнице.
— Я-то думал, нормальный человек ко мне пришёл работать, а не какая-то... — прошипел он, с трудом подбирая слова, но тут же сорвался на откровенный крик. — Пиши заявление по собственному прямо сейчас, немедленно! И чтобы через пять минут твоего духа здесь не было! Слишком правильная нашлась! Ну-ну, посмотрим ещё, где ты теперь устроишься с моими рекомендациями. О, я тебе их обеспечу, будь спокойна! Такую характеристику дам — мало не покажется.
Дрожащей рукой, с трудом попадая шариковой ручкой в строчки, Лера вывела несколько коротких, официальных фраз, перечеркнувших все её надежды и планы. Она чувствовала себя так, словно её только что перемололи в гигантской мясорубке, оставив от неё лишь мокрое место. Когда она поставила свою подпись под заявлением, Семён мгновенно выхватил лист из-под её пера и с победным видом бросил его в ящик стола. Затем, неожиданно для самой девушки, он грубо схватил её за локоть и буквально вытолкал из офисной зоны в сторону раздевалки.
— Пошевеливайся, некогда мне с тобой тут церемониться! — бросал он ей в спину, подталкивая вперёд.
Семён дождался, пока она переоденется и соберёт свои немногочисленные вещи в рюкзак, не спуская с неё злобного, контролирующего взгляда. После этого он практически поволок её через весь цех, где работа в этот час кипела полным ходом. Мужчины-механики, её недавние коллеги, с которыми она ещё сегодня утром шутила и обсуждала детали ремонта, поднимали головы от своих моторов и молча, с разной степенью любопытства и сочувствия, провожали её взглядами.
— Похоже, заартачилась наша Лерочка, не захотела играть по-нашему, — донёсся до неё чей-то приглушённый, но отчётливый голос, в котором слышалась скорее констатация факта, чем осуждение.
Семён вёл её через ангар демонстративно медленно, выставляя напоказ, а потом остановился у массивной железной двери заднего выхода. Он повернулся лицом к цеху и громко, на весь ремонтный бокс, выкрикнул, чтобы слышали все:
— Видели, добрые молодцы? Вот так у нас заканчивают те, кто начинает воображать себя умнее начальства и пытается свои порядки устанавливать! Запомните этот урок! А теперь — давай-ка на выход, милочка, скатертью дорожка!
Он коротко, но ощутимо подтолкнул её своим массивным телом в спину, и Лера, едва не споткнувшись о порог, буквально вылетела на залитый солнцем тротуар. Тяжёлая металлическая дверь за её спиной тут же лязгнула, вставая на место, и этот звук прозвучал для неё как приговор, как лязг захлопнувшейся тюремной камеры, отрезающей её от работы мечты, к которой она так долго и упорно шла.