Ни для кого не секрет, что к 1944 году противотанковое ружье в советских окопах воспринималось примерно как рогатка против танка, ладно, может немного перегнул.
Но так или иначе, эта двухметровая стальная труба просто с какой-то чудовищной отдачей, которую конструкторы едва обуздали дульным тормозом и пружинным амортизатором в прикладе, умела пробивать около сорока миллиметров стального листа на дистанции в сто метров.
Неплохо, правда? Но штука в том, что все та же лобовая броня "Тигра" была уже стомиллиметровой… Не мудрено, что даже снаряды 45-миллиметровых пушек нередко рикошетили от нее, а огонь из ПТР в лоб был физически бессмысленным.
И тем не менее бронебойщик Фатулла Ахмедов из этого самого ружья поражал 50-тонные машины, но это еще не все, ведь ему еще удавалось сбивать пикирующие бомбардировщики… Так что пока его товарищи охотились на легкую броню и амбразуры ДОТов, он выбирал цели, которые формально ему были недоступны.
Как такое возможно? – спросите вы.
Для ответа на этот вопрос я и решил написать мой сегодняшний материал, так что устраивайтесь поудобнее, мы начинаем!
Начнем с того, что тот самый ПТРД было не таким уж и простым инструментом, ведь его тяжелая 14,5-мм пуля с металлокерамическим сердечником из вольфрама разгонялась в двухметровом стволе до 1012 метров в секунду. По меркам пехотного оружия – это просто какая-то запредельная, я бы даже сказал - фантастическая скорость.
Но возвращаясь с небес на землю и смотря на все те же полигонные испытания 1943–1944 годов, которые показали, что даже самая мощная пуля БС-41 с 64-граммовым сердечником оставляла на стомиллиметровой крупповской стали "Тигра" лишь неглубокие вмятины. Точка.
Глядя на результаты испытаний советское командование вынесло весьма логичное решение. Бронебойщикам предписали прекратить бессмысленную стрельбу в лоб по тяжелым машинам, ведь результат был нулевым при любой дистанции, перенеся огонь на легкую технику, амбразуры, низколетящую авиацию. С "Тиграми" пусть разбирается артиллерия.
Ахмедов этот приказ слышал. И все же продолжал охотиться на тяжелые танки, но делая это по-своему…
До начала ВОВ он работал трактористом в таджикском кишлаке. Вещь, казалось бы, далекая от фронтовой тактики, но именно этот навык и сыграл ключевую роль в его необычных подвигах.
Заняв позицию в окопе или среди кирпичных руин, Ахмедов ждал. Не минуту и не две, нет, он мог ждать часами. Когда лязгающая машина шла прямо на него, он подпускал ее на расстояние меньше ста метров. Понятно, что огромная дульная вспышка и грохот выстрела из ПТР моментально выдавали укрытие, ведь дульный тормоз при выстреле с земли поднимал облако пыли высотой в несколько метров. Демаскировка была мгновенной. Спаренный пулемет MG-34 накрыл бы позицию через секунды.
Поэтому у него никогда не было второго шанса. Первая пуля должна была решить все и… решала!
Понятное дело, что он никогда не тратил ее, ту самую пулю на лобовую броню. Куда тратил? Как раз об этом мы сейчас и поговорим!
Летящая цель была задачей еще более невыполнимой. Немецкие пикировщики Ju-87 бросались в атаку под углом семьдесят-восемьдесят градусов на скорости около 600 километров в час. Чтобы поймать такую цель, нужно было непрерывно вести ее на мушке, плавно меняя угол и все это при невероятно шустрых маневрах пилота.
Штатные сошки ПТРД предназначались исключительно для стрельбы лежа по наземным целям. Поднять двухметровую трубу весом 17,3 килограмма и удерживать ее в зените означало нести весь этот вес на одном плече. Руки уставали мгновенно. Прицел сбивался. Плавного разворота вслед за пикировщиком не получалось в принципе! Да что уж там, даже намека на ту самую плавность не было…
Итак, Январь 1944-го. Деревня Беседки.
Позиции советских кавалеристов накрывает немецкая ударная авиация. В это же время Ахмедов занимает место возле одиночного дерева, начиная внимательно следить за небом.
Со стороны это выглядело как что-то невозможное: длинный ствол плавно поворачивался вслед за маневрами самолетов, вращался на триста шестьдесят градусов, уверенно фиксировался под крутым углом вверх. Ни тебе рывков, ни подрагивания. Вовсе не то, что можно ожидать от семнадцатикилограммового ружья, которое всего один человек удерживает на весу.
Но тут раздается всего один выстрел и Ju-87, выходивший из пике, громко шмякается наземь.
Крестьянская смекалка и тракторная механика
Колесо от брошенной телеги он нашел где-то рядом. Горизонтально привязал его к стволу дерева на уровне груди, уложив ствол своего ПТР прямо на спицы. Получилась вращающаяся турель – самодельная, простая, и в то же время максимально надежная. Ружье поворачивалось в любую сторону без усилия, задиралось под любой угол.
С "Тиграми" же был свой разговор. Ахмедов знал устройство тяжелых машин так, как знает их любой другой тракторист, знал не на словах, не по схеме, а по опыту. Он бил сбоку. Бил так, что его зажигательные пули шли прямо в жалюзи моторного отсека, ведь тамошняя броня не спасала, а двигатель этого зверя имел свойство загораться.
Были у нашего героя и другие цели, к примеру выстрелы в смотровые щели ослепляли механика-водителя. Пуля в зазор между башней и корпусом заклинивала погон и лишала танк возможности вращать орудие.
Так что снайпер Ахмедов не пулял бездумно в сто миллиметров лобовой брони, она так и осталась нетронутой, он был чуточку дальше.
Считаю, что находчивость нашего сегодняшнего героя точно заслуживает нашего с вами лайка, ставьте палец вверх, если считаете так же, и если вам понравилась моя сегодняшняя статья.
Не забывайте подписаться на канал, чтобы не пропустить выхода моих новых материалов.