Небольшой город, провинциальная школа, с особенностями, присущими всем учебным заведениям Советского Союза в те годы. Однако ученики все разные, со своими целями, мечтами и характером, развиваемым и укрепляемым не только педагогами и родителями, но и средой сверстников. Они тогда поголовно комсомольцы, верующие в идею коммунизма и справедливости. Только справедливость и истина у всякого своя. В её поиске можно запутаться, но только если начнёшь поддаваться соблазну стать одним из толпы. А иначе тебя выгонят из комсомола или партии. Так и приходится, одним делаться согласным с мнением большинства и осуждать всеми осуждаемых, либо пытаться идти на сопротивление, стараться оставаться честным перед собой и толпой. Как Искра Полякова, бойкая староста класса, способная вникнуть в проблемы каждого и поддержать даже тех, чьих родителей увезли в ночь на воронке. Её мать настолько захвачена партийной жизнью, что чему и может научить дочь, то только заветам партии. Однако Искра не так глупа и бесчувственна, чтобы слепо уверовать в эти идеи. Она верует в высшее благо для человека, хоть это и будет идти в разрез с линией КПСС.
Борис Васильев из тез писателей, коих по сию пору экранизирует, и это всегда будет актуально. Он точно определял настроение эпохи наравне с вечными проблемами человечества. Долг, честь, отвага и патриотизм – теперь как никогда важны и будут такими на долгие столетия. В данном случае литератор старается через подрастающее поколение отразить конфликт учителей и учеников, усиленный идеологическими противоречиями в трактовке понятий. И ухватить столь тонкую субстанцию как столкновение нюансов идейного толка, да ещё в довольно скромном хронометраже, удалось дебютанту на тот момент, Юрию Каре. Получается очень плотный на события, их динамики, фильм, где развитие происходит столь стремительно, что и налетевшая на нашу страну война. И в, кажется, незначительных склоках и перипетиях старшеклассников мы к финалу находим тот закалённый остов темперамента, что волею миллионов одержал победу в самой разрушительной войне всех времён. И мы это явственно ощущаем в эпилоге от лица директора школы, и в этих словах мы слышим как гордость, так и покаяние перед своими учениками.
Кино сконструировано таким образом, авторская задумка Кары, что большая его часть идёт в монохромном изображении. Словно серые школьные будни, накрываемые дождливыми осенними листопадами, проникли на экран и раздражают наши чувства и восприятие картины. Однако в моменты просветления мысли, настоящей идеи и в сценах действительно стоящих поступков и речей, возникает цветная иллюстрация мира, когда торжество истины неоспоримо. Этих мгновений не много, тем не менее, они очень точны и публика сперва может и не заметить, но затем это становится очевидным и на такие сцены уж тем более стоит обратить взор. В остальном, все новаторства нового директора, они воистину выглядят вызывающе и надо считывать тайный смысл всей происходящей пертурбации в учебном заведении, взрослые разговоры школьников, беседы с классным руководителем наедине, откровения с родичами, всё это выполнено хорошо, так, что особо и похвалит не за что, но и укорить молодого постановщика тоже рука не поднимется. Здесь, как и любой кинематограф, необходимо оценивать в совокупности, а не отдельные составные части. А вообще лента смотрится законченным, объёмным монументальным произведением.
Завтра была война – кино на все времена, для всех поколений. Его можно пересматривать раз в десятилетие, и всякое ознакомление с уже кажущимся знакомым фильмом, будет добавлять в копилку новых впечатлений что-то дополнительно важное в его понимании. Хоть картина и снималась в три этапа (сначала курсовая работа студента ВГИКа, затем дипломная, и уже на третий раз доснимаемая для полнометражного формата), она смотрится цельной работой, без каких-либо претензий к столь растянувшемуся съёмочному процессу. Это тем более будет полезно теперешним учащимся и студентам, которые, вероятно, не сразу поймут предмет спора между Искрой и её матерью (волевая комиссарша Нина Русланова). Но если постараться, то спроецировав на нынешние разногласия отцов и детей, станет яснее, хоть нужно будет обращаться к справочникам, энциклопедиям и пресловутому интернету. И если нам, взрослым дядям и тётям кажется, что это вот самое поколение, что говорит только о семнадцатых яблочных смартфонах и поёт песни о пикми, оно не способно на поступок, совершить подвиг, то надо в очередной раз вспомнить себя и тех ребят и девчат, что стояли на кладбище во время панихиды по Вике Люберецкой.