Светочка. Это имя само по себе вызывало у меня легкое раздражение. Не потому, что я ее не любила – нет, она была моей тетей, хоть и дальняя, но все же. А потому, что каждый раз, когда я выкладывала в социальные сети очередное фото, ее комментарии были неизменно ядовитыми.
"Опять эта челка, ну сколько можно? Тебе не идет, девочка, совсем не идет!" – писала она под фото, где я, довольная, демонстрировала новую стрижку. Или: "Платье слишком короткое, даже для тебя. Не стыдно так одеваться?" – под снимком, где я была на вечеринке в милом летнем платье. И так далее, и тому подобное. Множество "приятностей", которые, по ее словам, были всего лишь "шутками".
Я пыталась говорить с ней. Просила, умоляла, даже требовала прекратить. Но она лишь отмахивалась: "Да ладно тебе, Катюша, я же просто шучу! Ты такая обидчивая стала!" Обидчивая? Да я просто устала от этой постоянной критики, от того, что мои радостные моменты жизни она превращала в повод для своих едких замечаний.
И вот однажды, просматривая ее профиль, я увидела ее новое фото. Она была в каком-то новом, явно дорогом наряде, с новой прической, и, надо признать, выглядела… неплохо. Но тут меня осенило. Если она так любит "шутить" и "высказывать свое мнение", то почему бы и мне не ответить ей той же монетой? Только с небольшим, но очень важным отличием: моя "шутка" должна была быть такой, чтобы она не смогла от нее отмахнуться.
Я взяла телефон, открыла ее фото и, глубоко вдохнув, написала:
"Светочка, как же ты похорошела! Все изменения тебе к лицу. Молодец, что решилась на операцию!"
Я отправила комментарий и отложила телефон, чувствуя легкое волнение. Это было смело, даже дерзко. Но я была готова к последствиям.
Уже через полчаса мой телефон начал разрываться от звонков. Сначала позвонила мама: "Катя, ты видела, что ты написала тете Свете? Она в шоке! Все спрашивают, что она сделала!" Потом позвонила двоюродная сестра: "Катя, это что, правда? Тетя Света правда сделала операцию? Где? Я тоже хочу!"
Я улыбалась. Это было только начало. В течение следующих нескольких часов мой телефон не умолкал. Звонили знакомые, дальние родственники, даже друзья, которых я не видела много лет. Все, кто видел комментарий, были в восторге от "преображения" тети Светы и наперебой спрашивали номер ее хирурга.
Тетя Света, видимо, была в полном замешательстве. Она пыталась объяснять, что это была шутка, что я ее разыграла. Но никто ей не верил. Ее "преображение" было настолько убедительным, что люди были уверены – она прошла через пластическую операцию. Ее попытки оправдаться только подливали масла в огонь. "Ну, Светочка, не скромничай! Мы же видим, что ты сделала!" – говорили ей.
Я наблюдала за этим с нескрываемым удовольствием. Каждый звонок, каждый новый комментарий под ее фото был для меня маленькой победой. Я видела, как ее уверенность в себе, которая раньше проявлялась в язвительных комментариях, теперь превратилась в неловкость и растерянность.
На следующий день, когда я снова зашла на ее страницу, я увидела, что она удалила мое фото. Но это уже не имело значения. Эффект был достигнут.
С тех пор тетя Света больше не писала мне гадостей под фото. Ее комментарии стали нейтральными, а иногда даже комплиментарными. Она, видимо, поняла, что "шутки" могут быть двусторонними, и что иногда лучше держать язык за зубами, чем потом краснеть от неловкости перед всем своим окружением.
А я? Я просто наслаждалась тишиной и покоем в своем онлайн-пространстве. И иногда, когда мне становилось скучно, я вспоминала тот день, когда моя "шутка" произвела настоящий фурор, и улыбалась. Операция "Смех" прошла успешно.