Окончание Второй мировой войны в Европе обычно представляют как чёткую, почти символическую сцену: ночь, поверженный враг, подписи под актом и — точка (хотя в действительности Красной Армии ещё предстояли бои с остатками вермахта, особенно в Чехии).
Но почему на Западе «День Победы в Европе» — это 8 мая, а у нас День Победы в Великой Отечественной войне — 9 мая?
В действительности финал европейской войны оказался куда более сложным, политически напряжённым и даже в некотором смысле «двойным».
Германия капитулировала дважды — сначала во французском Реймсе, а затем в берлинском Карлсхорсте. И дело тут было не в бюрократической путанице, а в столкновении военных реалий, союзнических обязательств и большой политики.
Вторая мировая война потихоньку перерастала в Холодную, а гитлеровские генералы предпочитали сдаваться именно англо-американцам.
Безоговорочная капитуляция врага как общий принцип.
Ещё задолго до краха Третьего Рейха союзники договорились: никакого сепаратного мира, никаких переговоров за спиной друг у друга.
Это обязательство было зафиксировано в соглашении между СССР и Великобританией летом 1941 года, а затем получило развитие в решениях союзных конференций на высшем уровне.
К 1943 году формула безоговорочной капитуляции стала не просто лозунгом, а юридической и политической основой будущего окончания войны.
Для проработки деталей даже создали специальный орган — Европейскую консультативную комиссию.
Именно она подготовила текст капитуляции, который должен был стать единым и окончательным документом для всех союзников. На бумаге всё выглядело строго и согласованно. На практике — вмешались обстоятельства последних дней войны.
Гитлеровские генералы без Гитлера.
К началу мая 1945 года военная ситуация для Германии была безнадёжной, но её руководство всё ещё пыталось маневрировать.
Тем более, что «персона нон-грата Гитлер» уже самоликвидировалась в результате Берлинской наступательной операции Красной Армии.
Главная идея нового рейхспрезидента Карла Дёница — сдаться на Западе, продолжая сопротивление на Востоке.
Откровенно говоря, опасная складывалась ситуация. Как мы помним, Адольф в последние месяцы своего существования надеялся на ссору между англо-американцами и СССР.
И не то чтоб эти надежды были беспочвенными. 12 апреля 1945 года умер президент США Франклин Рузвельт, сменил его Гарри Трумэн. Мягко говоря, относился он к Советскому Союзу хуже.
Но всё же с Гитлером никто договариваться не собирался, даже в Германии все более-менее вменяемые деятели это осознавали. Но вот бесноватый закончился...
Реальной властью теперь обладали в большей степени различные гитлеровские военачальники, стремившиеся как минимум сдаться американцам (а не Красной Армии), как максимум — внести свой вклад в ещё большее «охлаждение отношений» между странами Антигитлеровской коалиции.
И даже заключить мир-дружбу-жвачку на Западе, продолжив воевать против СССР. Заодно военачальники Рейха планировали обеспечить перемещение на запад немецкого населения.
Реймс: капитуляция «здесь и сейчас».
Именно с этой целью в штаб союзников во французском Реймсе прибыла немецкая делегация.
Переговоры быстро показали: никакой частичной капитуляции не будет. Верховный главнокомандующий союзными силами Дуайт Эйзенхауэр настоял на полном и одновременном прекращении сопротивления на всех фронтах.
Отдадим должное Эйзенхауэру: СССР он не то чтоб любил, но под немецкую дудку плясать не пожелал. И вообще по свидетельствам современников скоро вышел из себя:
«...если они не прекратят искать отговорки и тянуть время, я немедленно закрою весь фронт союзников и силой остановлю поток беженцев через расположение наших войск. Я не потерплю никаких дальнейших проволочек...»
Ночью 7 мая был подписан акт о капитуляции. От Германии его подписал Альфред Йодль (начальник штаба оперативного руководства вермахта), от союзников — представители США и Великобритании, а также советский генерал Иван Алексеевич Суслопаров (начальник советской военной миссии во Франции при штабах союзных войск).
Однако здесь возник ключевой момент: у И. А. Суслопарова не было прямых указаний из Москвы.
Связь запаздывала, времени не оставалось, и он принял решение подписать документ, добавив оговорку о возможности последующего, «более совершенного» акта.
Эта формулировка оказалась принципиальной.
«И. А. Суслопаров отлично понимал, что маневр гитлеровских последышей с капитуляцией только перед союзниками мог обернуться в случае какого-либо недосмотра с его стороны величайшим несчастьем.
Он читал и перечитывал текст капитуляции и не нашел в нем какого-либо скрытого злого умысла...» (с) С. М. Штеменко. Генеральный штаб в годы войны.
Если верить этим воспоминаниям, Эйзенхауэр лично рассказал Суслопарову о первоначальном предложении гитлеровских генералов: заключить мир только с Западом при продолжении войны против СССР.
Карлсхорст: окончательная капитуляция.
Реакция И. В. Сталина была вполне корректной: он потребовал от западных союзников повторного подписания акта в Берлине.
«Договор, подписанный в Реймсе, нельзя отменить, но его нельзя и признать.
Капитуляция должна быть учинена как важнейший исторический акт и принята не на территории победителей, а там, откуда пришла фашистская агрессия, — в Берлине, и не в одностороннем порядке, а обязательно верховным командованием всех стран антигитлеровской коалиции...»
Вместе с тем, никаких претензий к И. А. Суслопарову не было. Но к союзникам таковые имелись.
Во-первых, документ в Реймсе отличался от заранее согласованного текста. Во-вторых, сама процедура проходила вне главного театра войны — не там, где решалась судьба конфликта.
И, наконец, политический момент: Советский Союз понёс основные потери и сыграл решающую роль в разгроме гитлеровской Германии, а значит, и финальная точка должна была быть поставлена при его ключевом участии.
Лидеры США и Великобритании с доводами И. В. Сталина согласились. Но уже 8 мая днём объявили о победе. Так что на Западе отмечают именно эту дату.
Вечером 8 мая 1945 года в берлинском пригороде Карлсхорсте состоялась вторая церемония.
На этот раз всё было выстроено строго по протоколу и с учётом политического символизма. Проигравшую сторону представлял генерал-фельдмаршал Вильгельм Кейтель, начальник Верховного командования вермахта.
«Все согласились, что председательствовать на церемонии будет Г. К. Жуков: во-первых, он представлял Советский Союз, внесший главный вклад в Победу, во-вторых, в Берлине он был принимающей стороной, а в-третьих, имел самое высокое воинское звание из всех представителей антигитлеровской коалиции...» (с) К. А. Залесский. Точка, поставленная в Карлсхорсте. Историк. № 125.
Подписание произошло поздно вечером по европейскому времени и уже после полуночи по московскому.
Важно, что берлинский акт был не просто повторением реймсского. Он уточнял и усиливал условия капитуляции, включая ответственность за их невыполнение. Кроме того, сам факт подписания в столице нацистской Германии имел мощное символическое значение.
Две капитуляции?
С юридической точки зрения оба документа связаны: реймсский акт стал первым, фактическим оформлением капитуляции, а берлинский — её окончательным и согласованным подтверждением.
В СССР именно он считался главным. На Западе же традиционно большее значение придают реймсской церемонии.
Так возникла ситуация с «двойной капитуляцией», результат сложного баланса. Союзникам по Антигитлеровской коалиции в совсем недалёком будущем предстояло стать противниками, хоть и не в рамках открытой войны.
История этих двух подписаний напоминает: даже в момент абсолютного военного краха общего лютого врага политика никуда не исчезает.
Германия капитулировала один раз — но оформлено это было дважды. И в этом двойном финале отразились не только последние часы Второй мировой войны в Европе, но и очертания будущего мира, который уже начинал вновь делиться на сферы влияния.
«Праздничный ужин закончился утром песнями и плясками. Вне конкуренции плясали советские генералы.
Я тоже не удержался и, вспомнив свою юность, сплясал “русскую”. Расходились и разъезжались под звуки канонады, которая производилась из всех видов оружия по случаю победы...» (с) Г. К. Жуков. Воспоминания и размышления.
Если вдруг хотите поддержать автора донатом — сюда (по заявкам).
С вами вел беседу Темный историк, подписывайтесь на канал, нажимайте на «колокольчик», смотрите старые публикации (это очень важно для меня, правда) и вступайте в мое сообщество в соцсети Вконтакте, смотрите видео на You Tube или на моем RUTUBE канале. Недавно я завел телеграм-канал, тоже приглашаю всех!