Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Пограничное расстройство личности: между отчаянием и яростью

Дисклеймер: статья написана для общего знакомства с современными представлениями о пограничном расстройстве личности. Это не инструмент для самодиагностики, а скорее приглашение к размышлению. Если вы заметили у себя похожие состояния, пожалуйста, не делайте самостоятельных выводов, а обратитесь за профессиональной консультацией. В жизни практически каждого из нас бывали моменты, когда мы до дрожи боялись потерять значимые отношения. Когда тревога затапливала с головой, и мир словно терял привычные очертания. Для большинства это временные состояния — острые, но проходящие. Однако есть те, для кого такой внутренний шторм не исключение, а повседневность. И это не «плохой характер» и не капризы. Просто их психика устроена иначе. В своей практике я нередко встречаю людей с пограничным расстройством личности — ПРЛ. И знаю, какую сильную боль оно может причинять. Боль, которая ощущается почти физически. При этом многие даже не подозревают, что с ними происходит. Я хочу рассказать об этом бер
Оглавление

Дисклеймер: статья написана для общего знакомства с современными представлениями о пограничном расстройстве личности. Это не инструмент для самодиагностики, а скорее приглашение к размышлению. Если вы заметили у себя похожие состояния, пожалуйста, не делайте самостоятельных выводов, а обратитесь за профессиональной консультацией.

В жизни практически каждого из нас бывали моменты, когда мы до дрожи боялись потерять значимые отношения. Когда тревога затапливала с головой, и мир словно терял привычные очертания. Для большинства это временные состояния — острые, но проходящие.

Однако есть те, для кого такой внутренний шторм не исключение, а повседневность. И это не «плохой характер» и не капризы. Просто их психика устроена иначе.

В своей практике я нередко встречаю людей с пограничным расстройством личности — ПРЛ. И знаю, какую сильную боль оно может причинять. Боль, которая ощущается почти физически. При этом многие даже не подозревают, что с ними происходит. Я хочу рассказать об этом бережно, но по существу.

Расколотый мир: как работает психика при ПРЛ

Представьте, что ваше представление о себе и других — это рассыпанная мозаика. Есть отдельные кусочки: «я заботливый», «я успешный», «я никчёмный», «я агрессивный». Но они не собираются в общую картину. При ПРЛ не формируется интегрированное представление о себе и других, которое могло бы вместить противоречия, поэтому срабатывает защитный механизм расщепление, делящий мир на «абсолютно хорошее» и «абсолютно плохое».

В своей практике я часто вижу, как это работает. Сегодня клиент говорит: «Она лучше всех, я без неё не могу». А через неделю: «Она меня использовала, я всегда это знал». И оба раза это абсолютно искренне.

Страх покинутости: когда одиночество непереносимо

Для человека с ПРЛ перспектива остаться одному ощущается иначе, чем для большинства людей. Это не тревога «а вдруг мы расстанемся, и мне будет больно». Это состояние, при котором сама мысль об уходе партнёра переживается как крушение всего.

В норме, переживая разрыв или ссору, человек может опереться на внутреннее ощущение: «Я есть. Я справлюсь». При ПРЛ внутреннее ощущение «Я есть, и я справлюсь» очень хрупкое. Для его поддержания критически необходимо присутствие другого, и при реальной или воображаемой угрозе разрыва человек переживает невыносимый страх, панику и гнев, так как рушится то хрупкое ощущение «я», которое он с таким трудом в себе собрал.

В таком состоянии человек не может сказать себе: «Успокойся, это всего лишь ссора». Поэтому и рождаются те самые реакции, которые со стороны выглядят как манипуляции или безумие: бесконечные звонки, проверки телефона, мольбы, угрозы.

Это не холодный расчёт. Это паника.

Парадокс в том, что именно такое поведение часто и приводит к разрыву. Срабатывает «самосбывающееся пророчество», подтверждая глубинное убеждение: «Меня невозможно любить, меня обязательно бросят».

От идеала до врага номер один

Из-за расщепления, образ другого человека не удерживается в сознании как нечто постоянное. Сегодня он — главный источник тепла и надежды, а завтра, проявив малейшую слабость, воспринимается как враг, которому нельзя доверять.

Эта смена циклов изнурительна прежде всего для самого человека с ПРЛ. Каждое разочарование в «идеальном» партнёре лишь подтверждает: «мир ненадёжен, доверять нельзя». Агрессивные выпады и обвинения в такие моменты — это не нападение, а отчаянная попытка сохранить себя.

Пустота, которую нечем заполнить

Многие клиенты описывают это как физическое ощущение — свербящую пустоту в груди или в животе. Не скука, не тоска. Ощущение, что внутри тебя вакуум.

В норме, когда ребёнку плохо, рядом оказывается взрослый, который утешает, обнимает, говорит поддерживающие слова. Со временем ребёнок впитывает этот опыт, и у него формируется внутренний успокаивающий голос. При пограничном расстройстве этого голоса нет. Внутри просто не сложился образ того, кто может поддержать в трудную минуту.

Более того при ПРЛ не просто отсутствует внутренний успокаивающий голос, но сам процесс “впитывания” поддержки оказывается заблокирован, человек остается наедине со своей пустотой даже тогда, когда поддержка рядом.

Это чувство бывает настолько невыносимым, что в ход идут импульсивные, часто саморазрушительные действия: переедание, рискованные поступки, злоупотребление веществами. Они дают временное облегчение, но пустота возвращается вместе с последствиями.

Заполнить её извне невозможно — это одна из центральных задач психотерапии.

-2

Гнев, за которым прячется страх

Если внутри нет образа поддерживающего взрослого, любой намёк на отвержение ощущается как угроза. В такой момент невозможно взять паузу и осмыслить происходящее. Вместо этого мгновенно включается гнев — не как расчётливая манипуляция, а как последнее оружие, чтобы сохранить разрушающуюся целостность и достучаться до другого.

Такой гнев пугает самого человека не меньше, чем окружающих. Он неконтролируем, часто разрушителен. Но почти всегда за ним стоит одно: невыносимый страх и глубокая, часто неосознаваемая убеждённость — «я плохой, со мной что-то не так».

Кто я? Нарушение идентичности

При ПРЛ человек часто не знает, какой он на самом деле. Не потому что не задумывался. А потому что внутри нет чёткого ощущения: «Вот это я. Я такой».

Чужие слова, оценки и настроения легко проникают внутрь. Сказали «ты молодец» — и внутри тепло и уверенно. Сказали «ты не справился» — и ты уже чувствуешь себя никчёмным. Мнение о себе сформировано из оценок окружающих, а не из собственного восприятия.

Поэтому человек может тонко подстраиваться под окружение, быть чутким к чужим настроениям. Но эта подстройка — не он сам. Это искусная мимикрия под среду и ожидания окружающих.

Что со всем этим делать

Здесь я описала особенности работы психики при ПРЛ, которые при наличие квалифицированной помощи поддаются постепенной коррекции. Это долгий путь. Он требует времени и бережного отношения к себе. И да, скорее всего, потребуется помощь — не советы друзей «не обращай внимания», «возьми себя в руки», «перестань драматизировать», а работа с клиническим психологом или психотерапевтом.

В следующей статье я расскажу о том, как общаться с человеком, если вы подозреваете у него ПРЛ. Подписывайтесь на мой канал в Дзен, мне есть, что вам рассказать 😉

Мой сайт: www.evelinamarkova.ru

Дисклеймер: статья носит ознакомительный характер. При наличии симптомов необходима консультация специалиста.