Апрель 1944 года. С одной стороны - отступающие эсэсовцы, минирующие каждый колодец и каждый дом. С другой - рвущаяся к Севастополю Красная армия. Но между ними, в серой зоне хаоса, действовала третья, самая опасная сила - тени. Те, кто еще вчера выносил из тюрем СД тела расстрелянных, сегодня меняли паспорта и пытались улыбаться освободителям. Именно в этот момент на сцену вышли профессионалы из СМЕРШ. Их задача была не просто брать города, а выгрызать вражескую агентуру из недр крымской земли, где каждая старуха могла оказаться агентом, а каждый «герой плена» - диверсантом с чемоданчиком взрывчатки...
Диверсанты из Тавеля и подвиг уборщицы
Накануне штурма советская разведка получила данные о настоящем «инкубаторе преступников» - Тавельской школе в 18 км от Симферополя. Это был учебный полигон абверкоманды «Нахрихтенбеобахтер» (НБО), которую наши называли «Черноморской абверкомандой». Там, в селе Краснолесье, готовили до 120 диверсантов одновременно: радистов учили стучать ключом, а подрывников - рвать мосты. Как только 4-й Украинский фронт перешел в наступление, советские контрразведчики уже знали, кого искать. Подчинённые Ковальчука Николая Кузьмича работали быстро и результативно.
...Результат ошеломил самих оперативников: в первые же дни операции был арестован 31 разведчик-диверсант и два радиста - всё выпускники Тавеля. Но главное открытие ждало впереди. Осенью 1943-го, когда немцы спешно эвакуировали школу, часть курсантов не ушла с хозяевами: одни подались в партизаны, другие растворились в сёлах. Сотрудникам СМЕРШ большую помощь оказывали местные жители – лица местных предателей они знали хорошо. Также опознавателями действовали бывшие вражеские агенты, которые добровольно сдались в плен.
Однако настоящей героиней, потрясшей даже чекистов, стала уборщица. Она работала в бывшем санатории НКВД в Евпатории, где немцы устроили подготовительные курсы для будущих шпионов, ориентированных на Кавказ. Когда немцы готовились к побегу, уборщица Новосельцева не растерялась: она сумела под носом у шнырявших немцев выкрасть и спрятать личные дела 23 агентов и 14 их фотографий. После прихода Красной армии эти снимки стали смертными приговорами для шпионов.
Любовь, предательство и 300 тысяч рублей
Самый запутанный клубок распутался в Симферополе, где осела абвергруппа-106 обер-лейтенанта Людвига Эберса. С мая 1943 года эти профессионалы работали против 4-го Украинского фронта. И вот, при разминировании города, чекисты выцепили одного призывника на пункте сбора. Его путаные рассказы о жизни при оккупантах не убедили - он раскололся при первом же допросе у следователя. Не прошло и суток, как поймали второго.
Всего группа насчитывала шесть человек: из них половина разведчиков и остальные – радисты, обученных в Полтавской спецшколе. При обыске у них было найдено шесть автоматов, 3 ящика со взрывчаткой, по рации на каждого радиста. А также 300 тысяч рублей на подрывную деятельность.
Но самой колоритной фигурой оказалась гражданка Гавриченко. 26 апреля, когда её задержали, она не стала запираться. Причина сотрудничества с Эберсом была до банальности человеческой: «Я полюбила шпиона, вышла за него замуж и помогала мужу». Пока её благоверный улетел в Румынию, она осталась в Крыму - собирать слухи и «стучать» на недовольных режимом. Но история делает крутой поворот: вместо тюрьмы Гавриченко... стала агентом-опознавателем отдела «Смерш». И тут же сдала всех, кого знала - 21 имя.
Ярые помощник СД
Отступая, немцы оставляли за собой настоящих монстров. В Бахчисарае СМЕРШ взял Талыбова, Шайхатдинова и Феюзи. Эти каратели, переметнувшись к врагу в 1942-м, служили в карательном батальоне «Шуцман». Талыбов дослужился до старшего роты, получил немецкую медаль и руководил сожжением десятков сёл, включая Татарку и Улу-Сала. В Феодосии взяли Абибулаева - вице-фельдфебеля вермахта, который в первый день нового 1944 года лично учинил расправу в себе Барабановка, лишив жизни 14 человек. Суд 77-й стрелковой дивизии был краток: троим - расстрел, Феюзи - 20 лет каторги.
Самое впечатляющее признание сделал Еремеев, которого разыскали в южных развалинах Севастополя. Бывший шофёр оккупантов гордо заявил следователю в мае 1944 года – он действительно с сентября 1942 года в течение почти двух лет возил офицеров СД, а потом приговорённых к расстрелу. В машину загружали до 12 арестованных, тут же садилась охрана. Всех увозили в Балаклаву, до противотанкового рва. Всего было порядка тридцати рейсов. А потом Еремеев активно закапывал заполненные ямы.
Бдительность красноармейцев
Борьба с врагом не происходила без потерь. В первых числах ноября 1943 года под Керчью погибли лейтенанты Калмыков и Кожухов. 7 мая следующего года пуля бандита настигла капитана Носкова. «Смершевцы» шли в атаку в пешем строю со всеми, поднимая бойцов, закрывали собой командиров.
Их работа давала результат. На 2 мая 1944 года на территории Крыма чекисты разоблачили 127 немецких агентов. Из них 81 контрразведчик, 41 диверсант и 5 радистов. А также 131 активный пособник. На пункты призыва хлынули десятки тысяч мобилизованных, из них чекистам удалось отсеять более 3 тысяч подозрительных. Благодаря агенту-опознавателю взяли бывшего старшего следователя Джанкойского СД Нечаева, который любил изобретать всё новые способы «физического воздействия» на пойманных партизан.
Итогом операции стала не только очистка Крыма. СМЕРШ добыл полные данные о дислокации абвергрупп-102, 106, 201, 302 («Геркулес»), 305 («Дариус») и других, а потом разослал ориентировки на всех, кто ушёл с немцами. Пока вражеские агенты, завербованные в Симферополе на улице Шаховской, 13, пытались устроиться на работу в советские тылы, их портреты уже лежали на столах особых отделов по всей линии фронта. Охота продолжалась.
Дорогие друзья, спасибо за ваши лайки и комментарии, они очень важны! Читайте другие интересные статьи на нашем канале.