Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Муж забыл про нашу годовщину — в десятый раз. То, что случилось потом, я не могла представить даже в самых смелых фантазиях

Утром я нарядилась, накрыла стол, позвала его и вручила ему фиктивный договор аренды отдельной спальни... Десять лет брака. Десять лет я намекала, напоминала, подсказывала. И десять лет он забывал. — Зай, у нас завтра что-то важное? — спрашивал он вечером накануне. — Важное, — говорила я. — По работе? По школе? К врачу? — Подумай. Он думал. И не вспоминал. Ни разу. В юбилейную десятую годовщину я проснулась с твёрдым намерением. Не скандалить. Не плакать. Не обижаться. А устроить представление. Я нарядилась. Надела его любимое синее платье. Сделала укладку. Накрыла завтрак — кофе, круассаны, свежий сок. Поставила свечу. Села и стала ждать. Андрей вышел из спальни, зевая. Увидел стол, удивился. — Ого! Что за праздник? — Праздник, — сказала я. — Садись. Он сел. Я поставила перед ним тарелку, чашку. Потом достала папку и положила рядом с круассаном. — Что это? — спросил он с набитым ртом. — Договор. — Какой договор? — Договор аренды отдельной спальни. Я сняла тебе комнату в соседнем доме.

Утром я нарядилась, накрыла стол, позвала его и вручила ему фиктивный договор аренды отдельной спальни...

Десять лет брака. Десять лет я намекала, напоминала, подсказывала. И десять лет он забывал.

— Зай, у нас завтра что-то важное? — спрашивал он вечером накануне.

— Важное, — говорила я.

— По работе? По школе? К врачу?

— Подумай.

Он думал. И не вспоминал. Ни разу.

В юбилейную десятую годовщину я проснулась с твёрдым намерением. Не скандалить. Не плакать. Не обижаться. А устроить представление.

Я нарядилась. Надела его любимое синее платье. Сделала укладку. Накрыла завтрак — кофе, круассаны, свежий сок. Поставила свечу. Села и стала ждать.

Андрей вышел из спальни, зевая. Увидел стол, удивился.

— Ого! Что за праздник?

— Праздник, — сказала я. — Садись.

Он сел. Я поставила перед ним тарелку, чашку. Потом достала папку и положила рядом с круассаном.

— Что это? — спросил он с набитым ртом.

— Договор.

— Какой договор?

— Договор аренды отдельной спальни. Я сняла тебе комнату в соседнем доме. У тёти Зины. Три тысячи в месяц. Удобства во дворе. Завтрак не включён.

Он перестал жевать.

— Катя, ты о чём? Какая комната?

— Андрей, сегодня наша десятая годовщина. Ты забыл. Как и девять раз до этого. Я больше не хочу ждать, что ты однажды вспомнишь. Я решила, что с сегодняшнего дня мы будем соседями. С разными спальнями. Ты будешь заходить в гости. По предварительной договорённости.

Он открыл рот. Закрыл. Потом медленно отодвинул тарелку.

— Десятая годовщина? Сегодня?

— Сегодня. Пятнадцатое мая.

— Кать, я... я забыл.

— Знаю. Ты всегда забываешь.

Он встал. Прошёлся по кухне. Потом сел обратно. Взял договор, прочитал. И вдруг — засмеялся.

— Ты серьёзно сняла комнату у тёти Зины?

— Серьёзно.

— У неё же куры во дворе. И петух. Он орёт в пять утра.

— Будешь рано вставать. Полезно.

Он смотрел на меня, и в его глазах было что-то новое. Не чувство вины — чувство удивления. Как будто он впервые увидел меня по-настоящему.

— Кать, а давай я не поеду к тёте Зине?

— А что ты предлагаешь?

— Я предлагаю сделку. Ты отменяешь договор. А я прямо сейчас одеваюсь, везу тебя в ювелирный. Ты выбираешь кольцо. То, которое хотела пять лет назад. И мы едем в ресторан. И я больше никогда не забываю про годовщину.

Я прищурилась.

— А если забудешь?

— Тогда к тёте Зине. Честно. С петухом.

Я сделала вид, что раздумываю. Потом взяла договор и порвала его пополам.

— Идёт.

Мы купили кольцо. Потом поехали в ресторан. Потом гуляли по набережной. Он держал меня за руку и молчал.

— О чём думаешь? — спросила я.

— О том, что иногда нужно чуть не потерять человека, чтобы понять. Прости меня. За все десять раз.

Я кивнула.

Сейчас у нас на холодильнике висит календарь. И 15 мая обведено красным маркером. Жирным. Ярким. И рядом подпись: «Не забыть. Иначе — тётя Зина».

Он не забывает. Петух тоже ждёт. Но пока — обходится.