Этот день в роддоме напоминал эпизод из «Звездных войн», где повстанцы пытаются выжить без навигации: интернет рухнул, электронные карты превратились в тыкву, а три роженицы решили штурмовать отделение одновременно. Я героически сражался с бумажными анкетами, когда в палату вплыла очередная пара.
Она была в режиме «терминатор на подзарядке», а он — бледный, как стерильный бинт, но с огоньком безумия в глазах.
— Доктор, — торжественно провозгласил он, поправляя бахилы, которые натянул поверх кроссовок 45-го размера. — У меня есть Стратегия. План «Победа».
— Прекрасно, — я мельком глянул на его дрожащие руки. — И что там? Техника «собачьего дыхания»? Ароматерапия? Массаж поясницы?
— Лучше, — он гордо выпятил грудь. — Юмористическая интервенция! Я буду травить анекдоты. Смех, как известно, расширяет сосуды и сознание.
Я мысленно помянул добрым словом нашу службу безопасности, но вслух лишь философски заметил:
— Главное — чтобы к финалу у вас остались все зубы.
Роды вошли в активную фазу. Женщина честно пыталась вспомнить, чему её учили на курсах, но муж решил, что сейчас — его бенефис.
— Внимание, дорогая! Первый пошёл! — бодро объявил он, игнорируя звук мониторов. — Знаешь, почему акулы не играют в футбол? Потому что боятся , что дельфины снова выиграют по пенальти.
В палате повисла тишина, нарушаемая только тяжелым дыханием будущей мамы. Жена медленно повернула голову в его сторону. В её взгляде читалось явное желание превратить мужа в экспонат для анатомического музея.
— Любимый… — прошипела она. — Ещё одна шутка про рыб, и ты узнаешь, как работает скальпель без анестезии.
— Понял! Смена жанра! — ничуть не смутился наш Петросян. — Интеллектуальный юмор! Почему беременные не ходят в библиотеку? Потому что боятся наткнуться на книгу «Как родить за пять минут» и расстроиться из-за спойлеров!
За моей спиной послышалось подозрительное хрюканье. Две акушерки, прикрывшись медицинскими картами, экстренно «изучали анализы», хотя по их трясущимся плечам было ясно — план мужа работает. Правда, не на той целевой аудитории.
Когда схватки вышли на финишную прямую, папа понял: анекдоты не вывозят. Настало время тяжелой артиллерии.
— Ладно, — выдохнул он, вытирая пот со лба (своего, естественно). — Переходим к высокому искусству. Лирика!
И, встав в позу античного героя, он начал декламировать прямо в ухо измученной супруге:
Родится наш пацан сейчас,
Он будет профи, будет класс!
Мамуля — тигр, ты держись,
За папу крепче ухватись!
Пациентка, которая секунду назад была готова вызвать экзорциста, вдруг… хмыкнула. А потом расхохоталась в голос, прямо посреди потуги.
— Боже, это… это настолько плохо, что даже хорошо! — выдавила она. — Твои рифмы больнее схваток!
Тут уже не выдержал персонал. Одна из акушерок, подхватив ритм, выдала экспромт, проверяя готовность инструментов:
— Давай, родная, поднажми,
— Свои ладошки подожми!
Я, стараясь сохранить лицо сурового медика, добавил басом:
— И мы поможем, не робей,
— Давай ребенка нам скорей!
Под этот коллективный поэтический слэм на свет появился крепкий карапуз. Огласив палату первым криком, он явно выразил протест против отцовских стихов, но папа был неумолим. Взяв сына на руки, он торжественно прошептал:
— Слышишь, боец? Я ради тебя даже стал поэтом-декадентом. Мать, признай, мой план сработал!
Жена, выжатая как лимон, но абсолютно счастливая, слабо улыбнулась:
— Сработал. Но если мы пойдем за вторым, я заранее договорюсь с анестезиологом. Не чтобы мне вкололи эпидуралку, а чтобы тебе дали успокоительное… и заклеили рот скотчем.
Позже, когда страсти улеглись, «молодой юморист» подошел ко мне в коридоре. Он выглядел так, будто сам только что пробежал марафон в ластах.
— Доктор, честный вопрос… Если будет третий, может, мне просто принести колонку и включить хеви-метал?
— Знаете, — улыбнулся я, — в этом зале я видел всё. Но ваш метод «испанского стыда» оказался на удивление эффективным. Главное, что от сердца.
С тех пор у нас в ординаторской ходит поговорка: «Если из родзала доносится смех — значит, там либо папа с анекдотами, либо акушерки дописывают его стихи». Ведь в медицине, как и в жизни, иногда лучший антисептик — это хорошая (пусть и крайне нелепая) шутка.