Кукушки. Глава 107
Лина плакала. Ей было больно и обидно, ведь Антон ей очень нравился, а сейчас, когда она узнала, что они могут быть родственниками между ними, ничего быть не могло. Дверь тихонько приоткрылась, Неонила постучала костяшками пальцев по косяку и вошла в комнату. Она прошлась по своей спальне, в которой спряталась от всех внучка, провела рукой по туалетному столику, пыльно, пора проводить уборку и присела на краешек кровати, на которой, лицом к стене лежала Лина.
-Акилина, -позвала она внучку, -посмотри на меня, -попросила женщина.
-Не хочу! –дернула та плечом в ответ.
-Ты не можешь лежать здесь вечно, -резонно заметила бабушка, -в спальне невозможно укрыться от всех проблем, -сказала она –если бы это помогало, я бы лежала здесь вечно.
-Бабуля, ты не понимаешь! –Лина села на кровати, глядя на Неонилу заплаканными глазами.
-Что я скажу Антону? Извини, но ты мой брат? Мы не можем быть вместе потому что твой отец дядя Слава, а он, между прочим родной брат моего отца? Так это будет?
-Иди сюда, -бабушка похлопала рукой по кровати, приглашая внучку присесть рядом с собой, -я расскажу тебе одну притчу, -сказала она, обнимая девушку, которая приняла её приглашение.
-Ба, ты вечно их рассказываешь, но они все давно устарели! Понимаешь? Сейчас время другое, и мы другие! При чем здесь какая-то притча, когда у меня вся жизнь рушится? –возмутилась Лина.
-И всё же послушай. Как-то корабль потерпел кораблекрушение и с него спасся всего один человек, который был выброшен волнами на необитаемый остров.
-Ну, точно, сказка, -пробурчала девушка, но бабушка, не слушая её, продолжила:
-Каждый день он молился, чтобы его спасли и с надеждой всматривался в горизонт, желая увидеть там судно, плывущее ему на помощь. Но этого не происходило. И тогда человек начал строить себе жилище из досок того корабля, на котором он плыл, их также, как его выбросило на берег волной. Ему нужно было укрытие от дождя и зверей, которые жили на этом острове. Шел день за днем, надежда, что его найдут, таяла на глазах. И человек начал обживаться на этом острове, улучшал своё жилье, собирал на берегу выброшенные волнами вещи, искал пищу.
Однажды, когда он был на другом конце острова началась гроза и когда он вернулся к своему жилью, то увидел, как молния попала в него и оно объято высоким пламенем, в котором сгорели все те вещи, что он сумел найти к тому времени, он остался ни с чем. Эмоции: страх, гнев, отчаяние, обида, накрыли его с головой, и он крикнул в небо:
-Боже, за что ты так со мной?? -но ответом ему была тишина, разумеется. Весь в слезах, он прикорнул под деревом и уснул, а утром его разбудил гудок корабля. Какой-то корабль плыл к острову, чтобы его спасти.
-Как вы узнали, что я здесь? -спросил он матросов, забравшись на борт корабля до которого он доплыл.
-Мы увидели дым и решили, что это сигнал о помощи, -ответили они.
-Так что, моя милая, всё, что не делается, всё к лучшему, -закончила свой рассказ Неонила, -А Антону пока ничего не говори не нужно звонить ему в таком состоянии, тут недалеко и до глупостей, дай взрослым разобраться самим, вот увидишь всё образуется, -она крепко обняла девушку и так они сидели несколько минут, каждая думала о своём, но обе были уверены, эта история ещё не закончена.
Вечером, когда перессорившаяся друг с другом семья разошлась по комнатам, чтобы приготовиться ко сну, Наум и Неонила встретились всё в той же спальне.
-Думаю пришло время ему рассказать, -сказал Наум жене, которая расчесывала волосы перед сном. Он забрал из её рук расчёску и бережно провел по её волосам.
-Ты прав, нужно было раньше это сделать, но кто же знал, что всё так обернется, -Неонила вздохнула, -ох, грехи наши тяжкие, как бы всё это против нас не обернулось, -сказала она.
Мысленно она вернулась туда, в свою молодость, когда они с Наумом только-только поженились и уехали в Тюмень, чтобы там начать совместную свою жизнь. Сняли комнату в одном из бараков, коих тогда было множество даже в центре и начали неспешно обустраивать своё гнездышко. Одно раздражало, бесконечные родственники и знакомые родственников, которые постоянно у них останавливались на ночлег, когда приезжали в Тюмень. Наум трудился на судостроительном заводе, Неонила пристроилась дом культуры и техники «Нефтяник». Жили скромно, как все и всё было бы хорошо, но Неонила всё никак не могла забеременеть, словно её организм отторгал даже мысль о ребенке. Все беременности заканчивались выкидышами, она что-то там лечила, ведь как известно надежда умирает последней, но ничего не получалось. Она много плакала, осунулась и очень боялась, что Наум бросит её и найдёт себе жену поздоровее. Но тот оказался не того поля ягода и жену поддерживал и утешал, не давая раскиснуть окончательно. Однажды, поздней осенью, к ним на постой напросилась дальняя родственница Наума из Шороховского, приехавшая в Тюмень по делам. Была она беременной и тяжело дышала, нося большущий живот на последних сроках. Неонила по доброте душевной принялась ей помогать, сопровождая ту по больнице и разным организациям, они даже чуток подружились, хотя гостья имела скверный характер и привычку обо всё говорить человеку прямо в глаза.
-Бедновато живете, -сказала она сразу, как только прошла к столу в их маленькой комнате, -да тут даже дышать нечем! –возмутилась она. Неонила отмолчалась, боясь резкими словами обидеть Ксению, так звали гостью, оберегая её нынешнее состояние.
-Бабка говорила, что ты в клубе работаешь? –спросила Ксения, проходя мимо стола к единственной кровати и укладываясь на неё прямо в одежде, забрызганной грязью.
-Работаю, -согласилась Неонила, глядя на то, как сминается под телом гости её любимое, светлое покрывало.
-Значит времени у тебя полно, будешь со мной ходить, да показывать где что находится, а то я тут совсем не ориентируюсь, -приказала ей гостья, широко зевая.
-Устала я с дороги, вздремну немного, а вы тут не шумите шибко, сон у меня чуткий, мешать станете, -сказала она, прикрыв глаза. Неонила промолчала, удивившись про себя человеческой наглости и в последующие дни тоже особо рот не открывала, впрочем, сделать это было невозможно, потому что Ксения не замолкала ни на минуту, вываливая на неё все подробности своей жизни. Жила она со старой бабкой, матерью отца, родители девушки угорели в бане, решив попариться в нетрезвом виде, когда ей было всего десять лет. Бабка поплакала для приличия, да и успокоилась, ибо пили они безбожно и работая в местном колхозе тянули оттуда всё что возможно на пропой. Дочь их оказалось не удел и желающих взять её в семью среди родственников не оказалось так что пришлось ей эту лямку тянуть самой. Как не старалась она, но путного из неё ничего не выросло, вечно гавкалась, не желала учиться и в девках залетела от заезжего механизатора, который сразу умыл руки, узнав о беременности Ксении. Та для начала пыталась вытравить плод сама, потом обратилась к знающим людям, зря отдала деньги, живот упорно рос, несмотря на то, что она постоянно утягивалась. В Тюмень девица прибыла неспроста, решив избавиться от ребенка, как только он появится на свет. Вариант у неё был только один - оставить в больнице и вернуться домой свободной от дитя. Слушая её разглагольствования о ещё не рождённом ребенке, Неонила только качала головой уже жалея этого ребенка.
Через несколько дней Ксения с схватками попала в роддом, родила сына и оттуда она вернулась уже без живота и ребенка, чтобы забрать оставленный в комнате Наума и Неонилы потрепанный чемодан. Чувствовала она себя прекрасно, улыбалась и шутила, словно не носила девять месяцев под сердцем дитя, от которого она сейчас так легко отказалась.
-Домой не вернусь, -доложила она им, -доставая свой чемодан из- под кровати, -нечего там делать, бабка того и гляди помрет, а мне что вслед за ней идти? Нет, я ещё пожить хочу, как белые люди живут! В Москву поеду! Бабка денег мне чутка дала с собой, на билет хватит, а там пристроюсь куда –нибудь, Москва она большая, всем место найдется! Вы как в Кукушки поедите, заскочите к ней, расскажите, что я уехала, а то ведь ждать будет, малохольная! Она ребетенку уж люльку приготовила, а на што он мне? Мне докука не нужна, ну, всё, счастливо оставаться! Ксения помахала им рукой и выскочила из комнаты, словно за ней гнались сотня чертей.
-Бедная её бабушка, бедный ребенок, -тихо сказала ей вслед Неонила, чувствуя, что сейчас расплачется, но Наум её остановил.
-Слушай, -сказал он, открывая форточку, чтобы выветрить запах больницы, оставшийся в комнате после Ксении, -а давай заберем ребенка себе? –предложил он и тут уж она не сдержалась и заплакала потому что муж прочел её мысли и угадал её желание. Вскоре, пройдя через определенные процедуры они смогли усыновить Славика и решили переехать в Кукушки, где ждал их родительский дом Наума, большой и просторный в котором их сыну будет так славно расти. Никто в деревне не знал о том, что он не родной, но и никто не удивился, когда они переехали с ребенком. Тюмень была далеко и Неонила вполне могла выносить и родить ребенка за то время, что они там жили.
Бабушку Ксении они навестили, не могли оставить её в неизвестности, она оказалась совсем не старой, шустрой, держали большое хозяйство и до конца её жизни они поддерживали с ней связь, доверив ей свою тайну. В правнуке своём она души не чаяла и помогала молодым родителям как могла. Они и похоронили её и поминки сделали, как положено и жили в Кукушках, как Бог велел: тихо, мирно, много трудились, воспитывали детей, ведь вскоре после того, как у них появился Славик Неонила забеременела и родила Сережу. Ксения так и не объявилась, сгинула в Москве или по дороге к ней, как будто и не было её на свете вовсе, и никто кроме них не знал, что старший их сын им не родной. Они и не хотели говорить об этом никому, но сложившаяся ситуация заставила пойти на этот шаг.
Утром Сергей и Катя уехали очень рано, им нужно было успеть на смену. Вставшая рано Неонила уже напекла блинов и накормила их завтраком, благословив в дорогу. В духовке доходил пирог с картошкой и мясом в ожидании других гостей. Но кроме Вячеслава к завтраку больше никто не пришел. Дети спали и под страхом смерти не пожелали бы завтракать в такую рань его жена плескалась в ванной, а он был не выспавшийся и недовольный.
Когда он уселся за стол, Наум встал, и сын тут же уставился на него, уж очень необычным было выражение лица отца, он хмурился, жевал губами, словно мысленно произносил какую-то речь.
-Отец, -говори, что хотел, -поторопил его Вячеслав, потянувшись за блинами. –время-деньги, -сказал он, -а мне ещё до города добираться.
-Не знаю, с чего начать –наконец-то выдавил из себя Наум и оглянулся на Неонилу, застывшую у плиты, -давно нужно было об этом рассказать, но мы всё никак с матерью не решались, -сказал он.
-Так начни с главного, -поторопил его сын.
-Мы тебя усыновили! –выпалил Наум и плюхнулся на табурет, ноги его не держали.
-Тааак, -протянул Вячеслав, отодвигая от себя тарелку с блинами, -это шутка такая что ли? –спросил он.
-Сыночка, -Неонила присела к нему рядом –я долго не могла забеременеть, и мы взяли тебя. А потом родился Сережа, -залепетала она, пытаясь справиться со слезами, -но ты всегда был есть и будешь нашей кровиночкой, нашим родным сыночком! Мы бы и дальше молчали, но вчера столько всего произошло. И ты, и Марина, и Антон, и Лина, как же теперь девочка, она же думает, что влюбилась в брата! –слезы душили женщину и говорила она невнятно, но сын прекрасно всё понял.
-Выходит вы, ради малолетней сучки решили мне правду рассказать? –рыкнул он на родителей, -значит плевать на меня, да? На то, что я столько лет считал вас родными! Плевать!? Да у неё этих парней сколько ещё будет! Одним больше, другим меньше, какая разница! –он не кричал, говорил шёпотом, но от него Науму и Неониле становилось нехорошо, словно разбуженная змея шипела и в любой миг могла укусить.
-Значит так, -Вячеслав тяжело встал из-за стола и сверху грозно посмотрел на родителей, -ни одна собака не должна узнать об этом разговоре! Ни одна! –припечатал он, -не было его! Понятно! Никому! Никогда! Вы об этом не расскажете! А если вы это сделаете, то пеняйте на себя! Я найду способ рассчитаться с вами за это! Я –ваш старший, родной сын! Это ясно?
-Ясно, -не выдержал Наум и встав сровнялся с сыном ростом, -только не появилось ещё то яйцо, что курицу учить станет! –сказал он.
-Успокойтесь, оба, пожалуйста, -попросила их Неонила, -сынок, сядь за стол, позавтракай перед дорогой, и ты, Наум, уймись, давайте спокойно поговорим, мы же родные люди! –попыталась она разрядить обстановку.
-Я всё сказал! –Вячеслав с грохотом отодвинул стул и вышел из кухни. Вскоре его машина отъехала от родительского дома, увозя с собой его жену с мокрой головой.
Продолжение следует..
Друзья, спасибо вам огромное, вы здорово нас выручаете, каждый ваш перевод, даже мизерная сумма помогает нам жить и вдохновляет на жизнь. Благодарю каждого из вас и храни вас Бог!
на поддержание "штанов" автору:
2202 2013 3250 2901 сбер
2200 7009 1589 4371 т-банк
2204240272708464 - озон банк
Марина Александровна М.
89195868883 привязан к сбер и т-банку
Если несложно пишите в сообщениях «благотворительность» или «подарок», чтобы их не заблокировали. Спасибо