»: Фактура Дмитрия Смолева лишена заострённости и окончательности: он весь мягок, изменчив и подвижен. Пластичная мимика порой раньше слов вступает в диалог с партнёром. Это природное стремление к движению создаёт комический эффект в сочетании с пышностью тела и неуклюжестью создаваемого образа Бальзаминова (назвать в данном случае его Михайло Дмитричем никак невозможно). Герой Смолева отчаянно пытается быть мечтателем и романтиком, но он взрослый мужчина, который не смог побороть детской инфантильности. Вместо желанного голубого плаща — вязаный мягкий свитер, белые бантики на поседевших волосах. Золота кудрей здесь и не может быть — в наличии лысина и несогласие с миром. Газаров лишает поиск невесты всякого рационального мотива: ради денег ли он ищет жену или ради счастья, становится не так уж и важно. Он как в русской сказке — ищет «то, не знаю» что». И в этом, конечно, режиссёр угадывает серьёзную поколенческую проблему. Неспособность (или нежелание?) брать на себя ответственность
Рецензия Анастасии Мокшанихиной на спектакль Сергея Газарова «Женитьба Бальзаминова» в театре «Современник
4 мая4 мая
79
1 мин