Я терпеть не могу больницы. Запах, очереди, пластиковые стулья, на которых сидишь по полтора часа и к концу уже не помнишь, зачем пришла. Но в тот день у меня не было выбора — мама попросила забрать её результаты из лаборатории, потому что сама не могла отпроситься с работы. Ладно. Не убьёт.
Я взяла номерок, села в очередь и уставилась в телефон. Народу было много, кондиционер гудел, но не спасал. Август в нашем городе — это отдельный вид наказания.
Через двадцать минут я подняла голову, просто чтобы размять шею. И увидела его.
Он стоял у окна. Спиной ко мне, смотрел на улицу. Обычный мужчина в светлой рубашке. Ничего особенного.
Но что-то внутри меня резко сжалось.
Я смотрела на его плечи, на то, как он держит руки — одна в кармане, другая опирается на подоконник — и не понимала, что со мной происходит. Потом он чуть повернул голову, я увидела профиль, и у меня буквально перехватило дыхание.
Это лицо. Я его знала.
Не в смысле «где-то видела». В смысле — я его видела во сне. Много раз. Много лет.
Я даже не сразу поняла, что думаю именно об этом. Просто сидела и смотрела, и что-то в голове начало щёлкать, как старый слайдпроектор. Образы. Один за другим. Коридор какой-то, смех, голос, которого я не слышала наяву никогда в жизни, но который был таким знакомым, что...
— Сорок семь! — выкрикнула регистратор.
Я дёрнулась. Посмотрела на номерок в руке. Сорок три. Не я.
Мужчина у окна обернулся на голос. Теперь я видела его лицо полностью.
Руки у меня похолодели.
Это был именно он. Тот самый. Из снов.
Я, наверное, выгляжу сейчас как человек, который сходит с ума. Понимаю. Сама бы так решила, если бы услышала подобное от кого-то другого. Снится какой-то незнакомец — и вдруг он живой, стоит в очереди к регистратуре. Что за ерунда.
Но я видела этот профиль сотни раз. Эту линию лба. Эту привычку чуть прищуриваться, когда смотришь против света.
Я опустила глаза в телефон и попыталась взять себя в руки. Это просто совпадение. Похожие люди существуют. Мозг любит видеть знакомые лица там, где их нет. Я читала об этом. Парейдолия, или как там это называется.
Ладно. Смотрим в телефон.
Я смотрела в телефон ровно сорок секунд, потом снова подняла глаза.
Он шёл по коридору в мою сторону. Искал свободное место.
Свободное место было рядом со мной.
Он сел. Придвинул стул чуть в сторону, достал телефон. Обычные движения, ничего такого. А я сидела и чувствовала себя совершенно идиотски — потому что сердце колотилось так, будто я пробежала три этажа, а не просто сидела в очереди.
Минут пять я честно молчала. Смотрела в свой экран. Он смотрел в свой.
Потом он негромко спросил:
— Вы случайно не знаете, они по времени работают или до последнего пациента?
Я повернулась к нему.
— До последнего, — сказала я. — Я уже уточняла.
— Понятно. — Он кивнул. — Значит, сидим.
Голос. Этот голос я тоже знала.
Я почувствовала, как по спине прошла волна — не неприятная, просто странная. Как будто что-то сдвинулось с места.
— Вы здесь раньше бывали? — спросила я. Сама не знаю зачем.
Он посмотрел на меня внимательнее.
— В этой больнице? Нет, первый раз. Меня к вашим специалистам направили, я из другого города.
Из другого города. Значит, мы точно незнакомы. Ни разу не встречались. Нигде.
И всё равно его лицо — это лицо из моих снов.
Весело, что и говорить.
— А вы местная? — спросил он.
— Да, всю жизнь здесь.
Он снова кивнул и вернулся к телефону. Разговор, по всей видимости, закончился. Нормальная ситуация, двое чужих людей перебросились парой слов в очереди — и всё.
Но я не могла успокоиться.
Я украдкой разглядывала его. Лет сорок, может чуть больше. Не красавец в открыточном смысле, но лицо такое... живое, что ли. Когда он смотрел в телефон, на лбу собирались три маленькие морщины. Точно такие же, как в снах. Я даже помню, что всегда замечала их во сне и думала: наверное, он много читает.
Стоп.
Я потёрла висок. Это уже слишком. Я помню детали из снов — детали про человека, которого никогда не видела. Надо было меньше спать и больше выходить на улицу.
— Сорок три! — крикнула регистратор.
Я встала. Забрала вещи.
— Вам, — сказал он, не поднимая глаз от телефона.
— Да, мне, — подтвердила я и почему-то не пошла сразу. Стояла секунду, как дура. — Удачи вам с очередью.
— Спасибо, — он поднял взгляд. — И вам.
Улыбнулся. Коротко, просто вежливо.
У меня внутри всё перевернулось.
Потому что эту улыбку я тоже знала. Она была именно такой, как в снах. Самую чуточку асимметричной — левый уголок чуть выше правого.
Я забрала маму's бумаги и вышла на улицу. Постояла у входа, дышала горячим августовским воздухом и пыталась понять, что сейчас произошло.
Ничего не произошло. Я поговорила с незнакомым человеком в очереди. Два слова. Он из другого города, я никогда его не видела, завтра забуду.
Я повторила это себе три раза и пошла к машине.
Села. Завела двигатель.
И поняла, что не могу уехать.
Не в смысле технически не могу — в смысле что-то во мне отчаянно не хотело. Как будто я что-то забыла. Или что-то теряла прямо сейчас, с каждой секундой, что сидела в машине.
Глупость. Полная глупость.
Я достала телефон и позвонила подруге Ире.
— Слушай, — сказала я, — у меня вопрос на тему психического здоровья.
— Это интересно, — немедленно отозвалась она. — Чьего?
— Моего, предположительно.
— Ещё интереснее. Говори.
— Ты когда-нибудь видела во сне незнакомого человека много лет подряд, а потом встретила его в реальности?
Пауза.
— Саш, — медленно произнесла Ира. — Это называется «я познакомилась с кем-то и сейчас расскажу, с кем».
— Нет, правда. Сны были раньше. Я его раньше никогда не видела.
— И ты его сегодня встретила?
— В очереди в регистратуру.
— И?
— И ничего. Поговорили два слова, я ушла.
— Саша. — Ира помолчала. — Ты ушла?
— Да.
— Зачем?
— Потому что я нормальный человек, а не персонаж из романа, — сказала я. — Нельзя же подойти и сказать: «Извините, вы мне снитесь».
— Почему нельзя?
Я не нашлась что ответить.
— Возвращайся, — сказала Ира. — Прямо сейчас. Возвращайся и поговори с ним.
— Ир, это безумие.
— Сашенька, ты сидишь в машине и звонишь мне вместо того, чтобы уехать. Это не потому что ты нормальный человек. Это потому что ты и сама понимаешь — надо вернуться.
Я смотрела на вход в больницу.
— А если он уже ушёл?
— Тогда уедешь с чистой совестью.
Что ж. Логично, ничего не скажешь.
Я вышла из машины.
В холле было прохладнее, чем на улице. Я прошла к коридору с регистратурой. Очередь поредела — несколько человек, пластиковые стулья почти пустые.
Его не было.
Я огляделась. Прошла до конца коридора. Заглянула в боковой — там кабинеты, закрытые двери.
Ладно. Ира была права насчёт чистой совести.
Я уже повернулась, чтобы уйти, когда услышала голос за спиной:
— Вы кого-то ищете?
Обернулась.
Он стоял у автомата с водой в конце коридора. Держал пластиковый стакан и смотрел на меня с лёгким любопытством.
Я открыла рот.
И закрыла.
И снова открыла.
— Я... да, — сказала я наконец. — Вас.
Он чуть наклонил голову. Не удивлённо — скорее как человек, который слышит что-то неожиданное, но не спешит с выводами.
— Зачем?
Вот тут у меня было ровно две секунды, чтобы принять решение. Либо соврать что-нибудь про забытые вещи. Либо сказать правду и выглядеть полной ненормальной.
Я выдохнула.
— Это прозвучит странно.
— Ничего страшного, — сказал он. — Я переживу.
— Вы мне снитесь. Давно. Лет восемь, наверное, если не больше. Я никогда вас не видела, мы явно не знакомы, но ваше лицо я знаю лучше, чем лица многих людей, которых вижу каждый день. И я понимаю, как это звучит.
Тишина.
Он смотрел на меня. Долго. Я уже приготовилась к чему угодно — к смеху, к вежливому недоумению, к шагу назад.
Но он не засмеялся.
Он медленно поставил стакан на подоконник. И сказал:
— Как вас зовут?
— Саша.
— Максим, — сказал он. — Можно просто Макс.
И помолчал ещё секунду.
— Мне нужно вам кое-что рассказать. Но не здесь. У вас есть время выпить кофе?
Внутри меня всё замерло.
Потому что в его голосе не было ни иронии, ни флирта. Только что-то очень серьёзное. Как будто он ждал этого разговора. Как будто он знал, что я вернусь.
Но Саша и представить не могла, что Максим вернётся к автомату не случайно — и что он знает её имя. Уже давно.
Конец 1 части. Продолжение уже доступно по ссылке — если вы состоите в нашем клубе читателей. Читать 2 часть →