Глава 1
Глава 2
***
— Ну, поздравь, мам, — послышался веселый голос Саши, — я сдал вступительные на юриста. Перед тобой будущий дипломированный адвокат.
— Сынок, дай-то бог, — Татьяна обняла сына, прижалась к нему. Саша вырос высоким и худым. Однако все, кто видел их семью со стороны, старшей почему-то считали Людмилу. А всё благодаря её серьёзному взгляду и отсутствию улыбки на лице.
Одноклассники посмеивались над девушкой. Был даже некий Валера Урицкий, который перевелся к ним в восьмом классе. Он приглянулся другой девушке, но сам положил глаз на Люду. Даже рискнул пригласить на танец в честь Восьмого марта, когда классная руководительница, учительница физики Наталья Михайловна, разрешила устроить чаепитие. В подсобке стоял трехлитровый электрический самовар, в котором и вскипятили чай. Разливать его в чашки довелось Люде, на которую Валера поглядывал украдкой, думая, что его косых взглядов никто не замечает. Заметили все, кроме Люды. До конца школьной поры она игнорировала парня, не видя его робких попыток ухаживать за ней. Однажды она спорила с одноклассницей, которая хотела, чтобы Валера обратил внимание и на неё.
— Я не воспринимаю Валеру как своего парня, хотя уважаю за ум и тягу к учебе, — ответила Люда на претензии девушки.
Расчет у последней был прост: родители Урицкого владели сетью розничных магазинов по продаже одежды и продуктов питания. Сам Валера всегда был одет с иголочки, несколько раз бывал по ученической визе за границей, где оттачивал владение английским языком. И ему было неприятно осознавать, что Люда, которая ни на какие курсы не ходила, говорила на иностранном языке так же легко и непринужденно, как слушатели дорогих языковых курсов.
На выпускном балу Валера демонстративно игнорировал Люду – это заметили все ребята из параллельных классов. Один из ребят отозвал его в сторонку и поинтересовался:
— Вы поссорились? Ты её бросил?
— Ну да. А что она меня за дурака держит? Пусть знает, что стоит мне свистнуть, любая девчонка будет рада прибежать, — небрежно бросил Валера.
Узнав об этом, девчонки обступили Люду.
— Это правда? Он тебя действительно бросил? И ты теперь бегаешь за ним?
— Я? Бегаю? За Урицким? А не пошли бы вы по всем известным адресам с вашими больными фантазиями! — моментально вспыхнула Люда.
Разозлившись на одноклассников, она решила уйти домой. Но проблема была в том, что во время выпускного вечера вся школа была наглухо закрыта, никого не впускали и не выпускали. И Людмиле пришлось сделать вид, словно ничего не произошло. Она сидела за столом, пила сок и думала о чём-то своем.
Двери школы открыли только ближе к рассвету. Люда еле дождалась окончания торжества. Когда ей вручали медаль, то на её равнодушном лице не дрогнул ни один мускул. Уставшая, она желала только одного: уйти поскорее домой, поскорее лечь и заснуть.
Валера так и не рискнул подойти, хотя бы чтобы извиниться за пущенную им сплетню. Зато успел поговорить с парнями из других классов, стараясь убедить всех в разрыве отношений с бывшей одноклассницей.
— Знаешь, Урицкий, ты сегодня превзошел самого себя, — насмешливо проговорил один из них. Его звали Тимур Филиппов, и он считался парнем себе на уме. — Людка всегда была простой, но честной. Она бы не стала говорить про тебя или кого-то ещё гадости за спиной, как это делаешь ты.
— Я? С чего бы мне делать гадости? — усмехнулся в ответ Валера. — Людка – всего лишь моя бывшая девушка. Я сам пообещал ей, что не стану никому рассказывать про наши отношения.
— А о чем ты мог рассказывать, если у вас и отношений-то не было? — прыснул Тимур. — Я давно её знаю. Ты же на нее сам запал. Сколько времени бегал за ней, чтобы она просто посмотрела в твою сторону? А когда понял, что ей на тебя плевать, принялся рассказывать всем небылицы. Как это вообще понимать?
Валера понял, что пора уходить. Но не успел: Тимур разбил ему нос, и на белоснежную рубашку капнула кровь Урицкого.
— Ты больной? — заорал парень, прижимая к лицу окровавленную салфетку. — Какая тебе разница, что я говорю про Людку?
— Ты назвал своей бывшей девушкой девчонку, которая нравится мне, — зло бросил Тимур. — А еще я слышал много чего неприятного в её адрес. Так что будь уверен, я такое не смогу простить. Постарайся после школы не попадаться мне на глаза.
— Да мне такие дешевки даром не нужны, — сплюнул Валера, когда Тимур ушёл. — Пусть забирает свою неземную любовь и валит из моей жизни.
Люда вернулась домой без настроения. Перед уходом с праздника ей подсунули записку, на которой было только одно предложение:
«Отвали от Валеры: ему такие дешевки не ровня».
— Я никогда не свяжусь с таким дерьмом, как Валерка. Даже если он останется один на всём белом свете. Этот напыщенный индюк еще получит своё, — бормотала Люда, засыпая в своей постели.
***
— Ого, какие люди, — послышался знакомый голос. Люда нехотя повернулась: возле неё стоял Валера и сверлил ее глазами, на его губах играла надменная ухмылка.
— И тебе не хворать, — ровным тоном ответила Люда. Она стояла возле уличного прилавка, на котором была разложена всякая мелочевка вроде сигарет, жевательной резинки, пакетиков с чипсами и жареными семечками. Это была идея Татьяны – начать заниматься торговлей после того, как пошли разговоры о сокращении штатов в больнице, где она проработала почти всю жизнь. Племянник её бывшей сотрудницы как-то зашел в процедурный кабинет и прочитал целую речь:
— Тётя Таня, вы же всю жизнь вкалываете, а что толку? Разве можно прожить на зарплату медработника, да еще и в госучреждении? Торговля – вот основа всего! Разве это жизнь – считать копейки и ждать очередную зарплату?
Татьяна не стала рассуждать на эту тему и сразу дала согласие.
Люда с первой попытки поступила на бюджет, выбрав направление психотерапии.
Она приехала в больницу, когда Татьяна была на дежурстве, и спокойным голосом сообщила:
—Привет, мам. Я поступила, можешь меня поздравить.
Стоявшие рядом коллеги принялись поздравлять Татьяну:
— Танюша, какие у тебя детки молодцы! Оба поступили, сами, без чьей-либо помощи.
Разумеется, нашлись и такие, кто фыркал на новость о том, что в семье скромного фельдшера, выполняющего обязанности процедурной медсестры, теперь два студента на бюджете учатся.
— Да у нас же Танька всем семейством на улице калымит. Ясное дело, подмазала кому надо, вот и поступили ее детишки. Своими силами сейчас никто не поступает…
Татьяна усмехнулась, когда до нее дошли подобные слухи.
— Если бы видели, как Людка по ночам не спала, готовилась к вступительным, рта бы не раскрыли. А так… пусть говорят что хотят, правда все равно на моей стороне.